По следам старых грехов - Галина Владимировна Романова

пишем. Непринципиально. Главное, чтобы в отчете не совпало одновременно, и все. Наши постояльцы иной раз за ночь по три раза переселяются. То им дует, то гремит. Между собой меняются. И мне, что же, каждый раз записи исправлять?

— А гостевые дома? Там регистрируете точно?

— А там так тем более! Некоторые туда приезжают, чтобы поблудить. Вы понимаете, что я имею в виду? — Ее широкие черные брови поплясали вверх-вниз. — Не найдете вы тут ответов, поймите. И не потому, что помочь не желаем, а потому, что давно это было.

Он вышел из главного корпуса с перекошенным от злости лицом. Девица врала ему, это очевидно. Но заставить ее раскрыть тайны постояльцев он не мог. Бессилен был.

Сев в машину, Игнатов решил вернуться в гостевой дом, который покинул ранним утром, переночевав в маленьком номере с удобствами на этаже. Там ему тоже не помогли, потому что не помнили. Но там хотя бы сносно готовили. И еще: тамошние жрицы любви ходили на работу круглосуточно, а не только ночами, как здесь.

Может, кто-то из них запомнил Ардина, потому что он отказался от их услуг?

Пятьдесят километров он преодолел за рекордно короткое время. И сразу пошел в ресторан на втором этаже. На первом располагалась закусочная. Поев много и сытно, он попросил кофе с собой. Расплатился и с горячим стаканчиком вышел на улицу. Сел за столик под выцветшим зонтом, открыл пластиковый клапан на крышечке.

— Что, никак меня забыть не можешь? — заставил его вздрогнуть вкрадчивый голос за спиной.

Он медленно повернул голову. Девушка — высокая, черноволосая, голубоглазая. Если бы не джинсовая ткань, то он подумал бы, что она в трусах, а не в шортах, настолько они были крохотными. Майка без бретелек телесного цвета такой низкой посадки, что держалась, кажется, только на сосках.

— Мы знакомы? — Он приветливо улыбнулся, поняв, что его сразу срисовали и приняли за клиента. — Не замерзла? Не июнь ведь. Кофе хочешь?

— Давай, что ли, свой кофе. — Разочарованно вздохнув, девушка села напротив. — Вижу, что не за тем ты здесь. Вчера был. Селился. От наших услуг сразу отказался. Сегодня вернулся. Не ради же меня? Или нет? Что скажешь, красавчик?

— Сколько?

Бесплатно она говорить не будет точно. А ему нужна была хоть какая-то информация. Не мог же он вернуться в отдел с пустыми руками.

Кира час назад прислала сообщение о какой-то важной информации. О которой не по телефону и которая в корне все меняет, и Ардин точно ни при чем.

Обычные женские штучки! Он даже перезванивать не стал. На это и был расчет с ее стороны: напустить тумана, заинтриговать. Чтобы он — что? Кулаки с досады принялся кусать? Кинулся ей тут же звонить, а у нее будет занято.

Не-ет, дорогая госпожа Кира! Не поддастся он на подобные уловки. Он тоже приедет не с пустыми руками.

Девушка назвала цену. Он вытащил бумажник. Положил на стол две купюры по тысяче. Накрыл их ладонью.

— Мне нужна информация, — пояснил он, поймав ее взгляд на своей ладони.

— А в номер не пойдем? — изумилась она.

— Нет. Только информация. Если сможешь помочь, деньги твои. Если нет, хватит с тебя и кофе. Договорились?

— Не знаю. Смотря что тебе нужно. Своих сливать не стану, так и знай. — Она осторожно тянула горячий кофе из стаканчика. — Ну! Давай озвучивай свой интерес.

Игнатов полез за телефоном. Открыл приготовленную заранее фотографию Ардина в мобильном. Тут же подумал, что за минувшие сутки он проделал это несчетное количество раз. И все безрезультатно.

— Видела его здесь? Только не мотай сразу головой. Всмотрись! — Ее взгляд снова прошелся по деньгам, прикрытым его ладонью. — Только не вздумай врать.

— Ага, вам врать — себе дороже. Думаешь, не поняла, что ты мент? Вынюхиваешь тут, высматриваешь…

— Ну!

— Видела я его. Видела. И даже подкатывала к нему. Я в день все время. У меня дочка маленькая. Ее на ночь нельзя одну оставлять. А больше не с кем. — Она поставила на край стола кофейный стаканчик. Пожала голыми плечами. — Я сразу поняла, что мужик с деньгами, и поспешила. Только толку-то! Он с бабой был.

— Как же ты к нему подкатывала, если он был с женщиной?

— Они порознь приехали. В противоположных углах машины поставили. Я, пока ее еще не было, к нему в номер постучала. Он открыл. Я начала с заманчивых предложений. А тут она подходит сзади. Потеснила меня. — Девушка встала и изобразила, как ее потеснили от двери жильца. — И хрипло так мне: он занят! А мне что? Я извинилась и ушла. Самое поганое, что эта цыпа уехала уже через четыре часа. И мне все обломала, потому что смена моя уже закончилась, и сама, судя по всему, обломалась.

— Почему так думаешь?

— Злая к машине шла. Из-под каблуков искры летели. — Девушка красиво рассмеялась, запрокидывая голову тоже очень красиво. — Видимо, поругались.

— Ну а теперь, красавица, ты должна мне рассказать то самое главное, за что я должен заплатить тебе в полном объеме.

Игнатов чуть сдвинул руку с денежных купюр, глядя на девушку с выразительным ожиданием.

— Хитрый ты, мент, — вдохнула-выдохнула она. — Номеров машины не помню, точно. И зачем? Если бы знала, что тебе понадобится… Но мадам сфотографировала. Не из-за ее выдающихся внешних данных, хотя они о-го-го.

— А из-за чего?

— Показала нашему Марику. Говорю, пробей, что за конкурентка клиентов уводит из-под носа? Может, в частном порядке решила деньги делать? В обход правил.

— Марик, надо понимать, твой сутенер?

— Смотрящий, защитник, — поправила она Игнатова, серьезно нахмурившись.

— И что Марик?

— Проверил мадам. У кого-то узнал номера ее машины. Не спрашивай, не знаю у кого! Говорит: нет. Серьезная. Не из наших. На этом все. У меня больше нет информации. — Ее пальчики потянули деньги из-под ладони Игнатова. — И ее фотографию, скажу сразу, я из телефона удалила. Марик — не знаю. Надо у него спрашивать. Но он на отдыхе в Тае. Вернется в конце сентября. И связи с ним нет.

Игнатов больше не сопротивлялся. Деньги отдал. Но напоследок попросил описать женщину, с которой встречался Ардин.

Описание вышло бестолковым, ничего не проясняющим. Красивая, высокая, ноги от ушей. Волосы длинные русые. Но могли быть и крашеными. Глаз не видно, лица не рассмотреть — слишком огромными были солнцезащитные очки.

Под такое описание подходила половина женщин из офиса, где работал Ардин. Если дама серьезная, а об этом свидетельствовал своей подопечной недосягаемый ныне Марик, он же Марк Сушилин, то узнать ее имя будет сложно. Она