Кто есть who, или Почем фунт лиха? - Сергей Михайлович Кравцов

– …Понимаете, – пытался втолковать Андрей дежурной на телефоне, – нет ведь никаких гарантий, что он не умер от особо опасной инфекции. Что, если от него сейчас заразятся другие люди?

– Да, бросьте вы! – раздражённо произнесла его собеседница. – Какая инфекция? Скорее всего, это обычный бомж, умерший от передозы. Или перепил денатурата. Только и всего лишь. В данный момент помочь вам ничем не могу. Позвоните лучше в милицию.

Но и в милиции ничего обнадёживающего не сообщили. Дежурный долго выяснял, как одет неизвестный (не бомж ли?), в каком положении лежит, давно ли валяется?..

– Да, может быть ещё с самого вечера! – уже начав раздражаться, Березинцев был готов перейти на непечатный слог. – А вы не допускаете, что это могло быть убийство? Мужчина, явно, не из стариков – на вид ему всего лет сорок… Ну, не может же он лежать там до бесконечности! Кто-то же его, в конце концов, должен убрать с тротуара?

– Вам лучше бы позвонить медикам! У них есть специальная служба, есть машины для перевозки трупов… Это их обязанность, – отрезал дежурный.

Андрей снова набрал «ноль три». Вновь услышав всевозможные отговорки, он, уже закипая, пригрозил, что сейчас же поедет по редакциям газет и на областное телевидение.

– …Я думаю, они быстро разберутся, кто и что обязан делать. И если кому-то перепадёт шишек – на меня прошу не обижаться! – уведомил он.

Горемычно воздыхая, его собеседница пообещала, что сейчас же обо всём доложит начальству. Взглянув на часы и, прикинув, что у него в запасе осталось менее получаса свободного времени, Березинцев побежал к ближайшему универмагу. Сделав покупки, минут через пятнадцать, он вернулся к художественной студии. На сей раз на тротуаре уже никого не было. Значит, «крайний», всё-таки, нашёлся…

Кто-то назвал город идеальным средством уничтожения человечества. И, надо сказать, вполне обоснованно. Во все времена лишь деревня, да ещё мелкие, провинциальные городишки, обеспечивали страну населением. Крупные города, подобно пылесосам втягивающие в себя провинциалов, без постоянной людской подпитки давно бы уже обезлюдели. Себя они, по сути, не воспроизводят. Наивные провинциалы, мечтающие о городском комфорте, о городских материальных благах даже не задумываются о том, что за всё это придётся им платить. Чем? Прежде всего, риском того, что может не оказаться продолжения себя в детях, внуках и, тем более, правнуках…

* * *

Вот и сейчас, слушая Инну и Киру, Березинцев с трудом удержался от ироничного замечания. Ну, напились деревенские девахи колы, квасу, кофе… А о возможных последствиях этого опрометчивого шага они хорошо подумали? О том, чем это изобилие жидкости может обернуться для них всего через каких-то полчаса-час?! О-о-о!.. Ведь теперь с ними такое может приключиться, что и врагу не пожелаешь. Они же не где-нибудь, а в ГОРОДЕ, и об их всяких там проблемах тут никто не подумает, кроме них самих.

…Механик, завершивший свой «шоп-тур» по ближайшим магазинам, с довольной улыбкой плюхнулся в кабине на своё место. Уселись и все остальные. Загудел мотор, и уазик помчался по улицам Староновска. Глядя на проносящиеся мимо дома, Андрей ушёл в свои мысли. Неожиданная встреча с Романом Самилиным и явно неадекватная реакции коллеги на упоминание о сибирке, побуждали об этом хорошенько помозговать. Но, утомлённый ранним подъёмом и долгой поездкой, незаметно для себя, Березинцев задремал. Однако через какое-то время, после резкого манёвра уазика (какой-то нахал «подрезал» их самым беспардонным образом, и Василию с большим трудом удалось избежать столкновения) Андрей, под матерный аккомпанемент Резникова, вновь вернулся к реальности.

К этому времени их изначально резвое продвижение к выезду из этих каменных джунглей существенно замедлилось – уже начались традиционные для любого города предвечерние пробки. Теперь уазик полз в нескончаемо длинной череде авто со скоростью катафалка, то и дело останавливаясь. Василий едва не скрежетал зубами – мотор начал греться, да и бензина могло не хватить до ближайшей заправки.

В какой-то момент, взглянув в сторону своих соседок, по их напряжённо-окаменевшим лицам Березинцев догадался и без подсказок, что у дам начались никак не предполагавшиеся ими проблемы. Более того, было яснее ясного, что их терпение уже на пределе, и скоро оно может лопнуть. А осознание кошмарной неопределённости, того, на сколько времени может затянуться эта пробка (на час, на два, на пять) усугубляла и без того их невыносимое состояние.

* * *

Нелирическое отступление о пагубе пристрастия к пиву и прочим жидкостям перед дальней дорогой

Венька Груздев, бывший одноклассник Андрея, учился в областном культпросветучилище, и они на занятия с выходных частенько ездили вместе. И вот, однажды, весенней порой, загрузившись в рейсовый «Икарус», парни отправились в свои «альма матер». Задремавший в дороге Березинцев неожиданно проснулся от того, что Вениамин потряс его за плечо.

– Андрюха, что мне делать? – прошептал Венька ему на ухо. – Ща, наверное, сдохну! Пива, чёрт бы его побрал, надулся, теперь… Теперь обписаюсь! Ё-моё! Что ж делать-то? Бли-и-и-н! Терпежу никакого нет!

Андрей на это пожал плечами.

– Попроси «шефа» остановиться. Вон, кое-где есть кусты, сбегаешь туда. Что за проблема?

– Да, неудобно мне! Понимаешь… С нами едет одна девчонка кипаровская, она учится у нас на первом курсе. Хочу с ней сойтись поближе – нравится она мне очень. А тут – такой «аврал»! Как она на меня потом посмотрит, если я сейчас при всех поскачу отливать в кусты? Это будет полный трындец…

– Слушай, Вень, даже не знаю, чем тебе помочь… Автобус-то я остановить могу, но вместо тебя в кусты, согласись, уже никак не сбегаю.

– Ну, Андрюха, – с глазами полными безграничной муки, простонал Венька, – ты остановишь, и мы вместе туда рванём… Всё же, это не так в глаза будет бросаться! Сделаешь?

Сдерживая смех, Березинцев пошёл к водителю. Когда они с Венькой (а следом за ними ещё человек пять) десантировались из автобуса и побежали к зоне зелёных насаждений, шофёр сердито высказался:

– Ну, каждый день – одно и то же! Сколько уже просили, убрать этот хренов пивбар подальше от вокзала?!

Когда автобус снова тронулся в путь, ликующий Венька облегчённо вздохнул.

– Андрюха, ты – настоящий друг! – он блаженно зажмурился. – Ты, можно сказать, спас мне жизнь. Я твой должник!..

Да, беда с этой комплексующей деревенщиной, к тому же ещё и обожающей пиво…

* * *

Вспомнив ту, давнишнюю поездку с Венькой Груздевым, его терзания, как душевные, так и физические, Андрей досадливо вздохнул. Он хорошо понимал теперешнее состояние Инны и Киры. Ох уж эти две лопушары! О чём только