Последняя лошадь Наполеона - Григорий Александрович Шепелев

но только после того, как внезапно, резко выполнил разворот. Стрелка подскочила к ста двадцати. «Ниссан» повторил манёвр и стал сокращать дистанцию.

– Не шифруются, – произнёс Сергей, бросив взгляд на Риту, – короче, тебе – хана. Он идёт на мокрое.

– В каком смысле?

– Да в прямом смысле, дура! Тебя сейчас мочканут.

У Риты свело живот. Она вжалась в кресло, как будто вдруг оказалась на высоте птичьего полёта, и проскулила:

– Нет! Ради Бога, сжальтесь! Я не хочу!

– Ты думаешь, я хочу? – процедил Сергей, давя на акселератор, – да чтоб ты, мразь, провалилась! Мне только и не хватает пули в башке для неимоверного счастья! Чёрт меня дёрнул связаться с такой козой!

Скорость неуклонно росла. «Ниссан» приближался, притом стремительно, наполняя «девятку» слепящим светом. Зеркало било им по глазам и нервам, лишая Риту последних крох самообладания. Колотя зубами о зубы, она молилась, хоть никогда ни в какого бога не верила.

– До шоссе не доедем, – сказал Сергей, приняв, судя по всему, некое решение, – тормоза нормальные?

– Да, нормальные, – пропищала Рита, – на той неделе меняли и регулировали!

– Отлично. Ты пристегнулась?

– Да!

– Фаркоп есть?

– Да, есть!

– Ну, держись!

С этими словами Сергей ударил по тормозам. Колодки зашлись поросячьим визгом. Асфальт был, к счастью, вычищен идеально. Риту бросило вперёд так, что если бы не ремень – она улетела бы сквозь стекло метров на пятнадцать. В следующую секунду её швырнуло назад, поскольку к «девятке» сзади, также визжа колодками, сокрушительно приложился чёрный «Ниссан».

Удар был неимоверный. Перед глазами Риты всё пошло вихрем и кувырком. У неё возникло твёрдое ощущение, что её лошадка своё отъездила. Но – не тут-то было. Сергей, мгновенно после удара врубив вторую, заложил круто влево и хорошенько дал по газам. «Девятка» опять помчалась в Перово. Краешком глаза Рита увидела, что «Ниссан» продолжает медленно катиться вперёд. Его радиатор был разворочен.

– Нам повезло, они не были пристёгнуты, – объяснил Сергей, включая четвёртую передачу, – а без ремней подушки безопасности – не спасители, а убийцы! На это я и рассчитывал. У «Ниссанов» вся эта хрень работает безотказно.

– Их там что, двое? – спросила Рита.

– Как минимум. Ведь они заходили слева – значит, стрелять готовился пассажир.

Это рассуждение показалось Рите логичным. Она задумалась, с тоской глядя на телефон. Но к клавишам так и не прикоснулась.

Сворачивая на Шоссе Энтузиастов, Сергей спросил, куда ехать дальше.

– Направо. Три светофора проскакиваем, и за четвёртым – налево.

Улицы были почти пусты, и весь этот путь занял минут пять.

– Если ты здесь живёшь, тебя уже могут ждать во дворе, а то и в подъезде, – предостерёг Сергей, свернув к дому, – короче, я тебе не завидую.

– Рано радуешься, дурак! Ты вместе со мной поднимешься до квартиры.

– А какой смысл? Нас обоих грохнут. Я – без ствола.

– Серёжа! Надо завершать то, что начал. Ты пока сделал только полдела.

Рита даже не сомневалась, что этот довод подействует, потому что уже неплохо знала своего спутника. И её расчёт оправдался. Серёжа молча въехал во двор и припарковал «девятку» под фонарём около подъезда. Выскочив из машины, Рита её осмотрела сзади. Ни одного повреждения не заметила.

– Эти идиоты прямо в него уткнулись, – сказал Сергей, ударив ногой в фаркоп, – Отличная штука.

Во дворе не было никого, и также в подъезде. Перед квартирной дверью Сергей прислушался, поглядел на следующий пролёт.

– Вроде всё нормально. Пойду?

– Куда ты пойдёшь? – ужаснулась Рита, схватив его за рукав, – а если в квартире киллер засел?

Сергей согласился, что и такое возможно, хотя его впечатлила величина ключей от дверных замков, да и сама дверь. Вошли. Светы ещё не было. Мюрат спал в уголке прихожей. Шевельнув ухом и приоткрыв один глаз, он пристально поглядел на двоих вошедших и снова его закрыл. Ему было всё равно.

Рита провела Серёжу на кухню. От коньяка он не отказался. Сказал, что хочет и бутерброды. Пока он ел, Рита написала длинное сообщение. Ей ответили. Прочитав ответ, она закурила, положив ноги на табуретку. Сергей на них не взглянул. Он был очень голоден.

– Кто тебя подослал? – поинтересовалась Рита, следя за ним, – Михаил Борисович?

Этот вопрос удивил Сергея, но не настолько, чтоб он перестал жевать. Его удивление выразилось лишь взглядом.

– Ну, хорошо. Сама всё узнаю. Ты автогонщик?

– Нет.

– Сварить тебе кофе?

– Да.

Его рот был всё ещё занят. Поднявшись, чтоб подойти к плите, она вдруг увидела, что носки у него – не очень. Каждый имел по две-три дыры. Ей стало смешно. Ну как можно было подумать, что он к ней кем-то подослан? Тощий, мрачный оборвыш! Неожиданно для себя самой она положила руки ему на плечи. Он среагировал – весьма вяло, но недвусмысленно. Первым делом она стянула с него носки, так как они выглядели ужасно.

Чайник вскипел. Про него забыли. Вскоре явилась Света. Она была вся в слезах. При виде того, что происходило на кухне, её лицо прояснилось.

– Ой, извините, – пробормотала она и ушла к себе. Неаполитанский король, прискакавший следом за ней на кухню, остался и досмотрел до конца. А потом втроём пили кофе. Третьим, конечно, был не Мюрат. Он пил молоко.

– Ритка, а он кто? – поинтересовалась Света, разглядывая Серёжку через стол спереди после взгляда сзади, справа и слева. Серёжка не придавал ей особенного значения. Он был занят своими мыслями, а ещё сдувал со лба чёлку, между глотками кофе затягивался «Парламентом» и поглядывал на окно, как будто под фонарём стоял его «Мерседес».

– В каком смысле, кто? – не поняла Рита.

– В смысле – телёнок, цыплёнок или утёнок?

– Я в затруднении, если честно. Трахается как кролик, а в остальном ведёт себя как свинья!

– Сама ты свинья, – вдруг подал голос Серёжка, гася окурок, – так я у вас до утра останусь?

– А ты разве не спешил по срочному делу?

– А я его уже сделал.

– Так ты к девчонке спешил?

– Ну, да.

– Тогда оставайся. Я живу слева от туалета.

Время близилось к двум часам пополуночи. Допив кофе, Серёжка в одних трусах с небольшой дырой поплёлся в указанном направлении. Пока плёлся, Рита и Света не отрывали глаз от этой дыры. Потом, когда дверь закрылась и кровать скрипнула, засмеялись. Рита, гладя Мюратика, положила ноги на табуретку.

– Прости, что я тебя не предупредила! Внезапно как-то случилось всё.

– Что случилось?

– Нет, сперва ты рассказывай! Что с Малютиным? Он живой?

Ответом был жест, который давал понять, что Малютин жив, но радуются по этому поводу пускай те, кого он ещё не трахнул. Рите опять сделалось смешно.

– Так ты с ним встречаться уже не будешь?

– Да почему не буду? Может быть, буду, может быть – нет. А ты где была?

– Каталась.

– А этот парень в рваных трусах спас тебя от смерти?

Рита внимательно поглядела Свете в глаза и допила кофе.

– С чего ты это взяла?

– Да очень уж ты ему шикарно давала раком!

– Я, вообще, всё делаю шикарно, за что