Ли Голдберг - Мистер Монк летит на Гавайи

—Эт хорошая теория, — похвалил Кеалоха, — но мне требуется гораздо больше для ареста этого парня.

—Арестовать меня? За что? Я ничего не крал, — запаниковал почтальон. — Видите, мои руки пусты.

—Все кражи, с которыми Вас можно связать, произошли в будни средь бела дня, — сказал Монк. — Никогда в ночное время или по воскресеньям.

—Стандартный график работы почтальонов, — заметила я.

—Преступления происходили в определенное время в тех же районах, — продолжал Монк. — В этом районе, например, взломы происходили около полудня. В районах западнее — в конце дня.

—В конце ежедневного маршрута почтальона, — произнес Кеалоха, взглянув на предусмотрительно молчащего подозреваемого.

—Я хотел поиграть в гольф сегодня утром, чтобы выяснить, кто передвигается по окрестностям в полдень, — объяснил Монк. — Когда появился почтовый грузовик, все стало ясно.

—Есть только одна проблема, — покачал головой Кеалоха, — у нас нет никаких доказательств.

—Вот именно, — с насмешкой брякнул почтальон.

—Задержите грузовик и получите ордер на обыск, — указал Монк. — Я гарантирую, найдутся воровские инструменты, несколько пустых коробок, может и кое-какие украденные вещи.

—Полагаю, стопроцентное попадание, — лейтенант посмотрел на почтальона. — А ты что думаешь, бро?

Тот ответил прыжком мимо Кеалоха, залез в работающий на холостом ходу грузовик и рванул с места с пробуксовкой.

Монк бросился к гольф-кару, схватил руль и тронулся в погоню. Когда крошечный кар проезжал мимо меня, я вскочила на заднюю площадку и ухватилась руками.

—Что Вы делаете? — закричала я, когда Монк направил кар через двор между двумя домами.

—Срезаю, — ответил тот. — Дорога петляет вокруг квартала.

—Но мы в гольф-каре, он сбросит нас с дороги!

—Подай мне клюшку, — попросил Монк, когда мы подпрыгивали на кочках.

Я схватила клюшку и собралась вручить ее Монку, но в этот момент мы начали прорываться через изгородь из бугенвиллей. Я отпустила клюшку и схватила подлокотник, чтобы не выпасть из кара.

Мы приближались к дороге. Почтовый грузовик мчался наперерез. Если мы не остановимся, через мгновение наши пути пересекутся.

—Быстрее, — крикнул Монк.

Я выдернула другую клюшку из сумки и передала Монку, который вклинил ее между сиденьем и педалью газа.

А потом небрежно выпрыгнул из движущегося кара на мягкую траву.

Это меня ошеломило. На секунду я осталась одна в несущемся каре. Я соскочила за мгновение до выезда кара на улицу, прямо перед летящим грузовиком.

Почтальон слишком резко крутанул руль, чтобы избежать столкновения, и грузовик перевернулся. Протащившись на боку, высекая искры из асфальта, он врезался в пальму.

Неуправляемый кар стремглав пронесся меж домов и скрылся за пределами поля для гольфа.

Мы с Монком вскочили на ноги, подбежали к почтовому грузовику и вытащили ошеломленного почтальона из кабины. Он немного поцарапался и заработал несколько синяков, но был жив. Мы уложили его на траву и осмотрели друг друга. У меня красовались царапины на коленях, а на новых штанах Монка сидели пятна от травы, но, в целом, мы оба не пострадали.

—Спасибо большое, — саркастично поклонилась я Монку.

—А что я сделал?

—Выскочили из кара!

—Разумеется, выскочил, — согласился он. — Я не стремлюсь погибнуть.

—А как же я? Не могли предупредить, что собираетесь прыгать?

—Ты же видела меня, не так ли?

—Не в этом дело, — возразила я. — Прежде чем водитель выпрыгивает из транспортного средства, он сначала обязан уведомить своих пассажиров.

—Позволю себе не согласиться.

—Это обычная вежливость!

Именно на жарком споре нас и застал Кеалоха, подбежав, обливаясь потом и совершенно запыхавшись.

—Зачем вы это сделали? — удалось выплюнуть лейтенанту между вздохами.

—Он собирался скрыться, — ответил Монк.

—Мы на острове, — пыхтел Кеалоха. — Он ехал на почтовом грузовике. Где он сумел бы скрыться?

—Ой, — опешил Монк.

В этот момент я случайно взглянула на поле для гольфа. И как раз вовремя, чтобы лицезреть как наш кар заехал в озеро, и резко затонул, утащив с собой все клюшки.

Какое счастье, что мы арендовали его на кредитку Монка, а не мою.

Хотя инструменты для взлома и украденные вещи таки были найдены в почтовом грузовике, я лелеяла надежду, что две разбитые машины, три утопленные сумки с клюшками и возмущение служащих гольф-клуба впредь удержат лейтенанта Кеалоха от перекладывания нераскрытых дел на Монка.

Монка не волновал причиненный им ущерб. Игра в гольф в одну лунку и погоня за преступником привело его в полное энтузиазма расположение духа и стремление расследовать другие преступления.

Я же не желала предпринимать ничего активнее лежания в гамаке. На один день волнения итак предостаточно.

К счастью, больше расследовать было нечего, пока Кеалоха не вернется с новыми данными о Лэнсе Вогане и Роксане Шоу. Я полагала, пройдет некоторое время, пока Кеалоха полностью разберется с делами, связанными с утренними событиями.

Поэтому мы пообедали в парке Пойпу Бич, захватив с собой несколько сандвичей с тунцом из ресторанчика Бреннекис Дели. Монк заставил обрезать корки и одолжил свою рулетку, дабы сандвичи разрезали ровно пополам. С упакованной едой мы присели за один из столов для пикника недалеко от пляжа, разбросанных на траве.

Пляж за парком был заполнен семьями с детьми, катающимися на буги-бордах и резвящимися в воде. Толстый тюлень-монах грелся на песочке, его сон запечатлевали для потомков пара дюжин туристов с камерами.

—Знаете, кто это такой? — спросила я.

—Тюлень-монах.

—Как я понимаю, это единственный вид тюленей, чистящих рыбу перед едой.

—Долго думала?

—С сегодняшнего утра, — призналась я.

Пообедав, мы вернулись обратно в отель, припарковавшись на стоянке рядом с другим кабриолетом Мустанг. Монк вышел из машины и осмотрел соседний автомобиль.

—Эту машину арендовал Брайан, — заявил он.

—Половина машин на стоянке являются кабриолетами Мустанг. Как Вы можете утверждать?

—Благодаря маленькой инновации под названием «номерной знак».

—Вы запомнили номер?

—И идентификационный номер транспортного средства, — сказал Монк. — Кроме того, я узнал три вмятины и царапины.

—Здорово.

—На машине заменили лобовое стекло и откидной верх, — Монк заглянул в окно с водительской стороны. — И пятна на сиденье больше нет.

—Значит, его отчистили. Это должно обрадовать Вас. — Я пошла к вестибюлю.

—Но это было постоянное пятно, — бросил он мне в спину.

—Очевидно, нет, — я продолжала идти.

Он догнал меня. — Думаю, они заменили сиденье.

—Как скажете.

—Зачем тратить столько денег на замену сиденья и при этом оставить испачканные красной грязью коврики, вмятины и царапины?

—Я не знаю, мистер Монк. Более важный вопрос: кого это волнует?

—Я просто размышляю…

Я бы предпочла подумать о миллионе других вещей, но говорить об этом Монку не имело смысла. В конце концов, он человек, запомнивший идентификационный номер чужого арендованного автомобиля!

На подходе к лифтам нас перехватил низенький гаваец в шелковой рубашке, брюках и отличных кожаных ботинках.

—Простите, мистер Монк! Могу я поговорить с Вами? — он протянул Монку руку. — Я Мартин Камакеле, менеджер по операциям отеля.

Они пожали друг другу руки. Я приготовила салфетку до того, как Монк попросил.

—Вы следите за снабжением минибаров? — спросил Монк, протирая руки.

—Да, это одна из моих многочисленных обязанностей. Я так понимаю, Вы поручили уборочному персоналу на четвертом этаже складывать полотенца вместо скатывания?

—Не благодарите меня.

—Я понимаю, Вы предпочитаете видеть свои полотенца сложенными, и нам очень хочется, чтобы Ваше пребывание у нас было максимально комфортным, — поклонился Камакеле, — но мы не можем складывать все полотенца в отеле.

—Но это единственный способ хранения их!

—Самый трудоемкий способ. Складывание полотенца занимает в три раза больше времени, чем скатывание в рулон, а у нашей команды горничных весьма плотный график. Следуя Вашим инструкциям, они отстают от графика на два часа.

—В их обязанности входит класть в минибары лишние Тоблероны?

—Мы с удовольствием будем складывать Ваши полотенца, но в других номерах продолжим их скатывать.

—Но я буду знать, что они скатаны, — занервничал Монк. — Знайте, что я не засну в здании, наполненном свернутыми полотенцами!

Камакеле взглянул на меня в поиске поддержки, но не получил ее. Это касалось только его и Монка.

—Не знаю, что и сказать Вам, — развел руками менеджер.

—Скажите, что будете складывать полотенца, — отозвался Монк.

—Мне очень жаль.

Теперь Монк и Камакеле оба уставились на меня, ища поддержки. Я вздохнула и обратилась к менеджеру.