След смерти - Марина Серова

ближайший магазин купить воды. А у входа в магазин столкнулась со знакомой кепкой.

— О, опять вижу солнце на небе! Танечка, здравствуй! Опять судьба посылает встречу с тобой!

Венчик Аякс, собственной персоной, отвешивал мне поклон.

— Ну, привет детям подземелья! Как вижу, кепочка пришлась в самый раз! Повезло тебе, что унисекс, а то бы не надел. Сказал бы — девчачья! Какие новости?

— Танечка, а новостей хоть пруд пруди! Позавчера подвалы шерстили, повыгоняли всех нас на улицы. Хорошо тепло. Вот мы с Василием и решили место жительства поменять. Поехали в деревню. Так сказать, как Лев Толстой, мы уходим, чтобы жить! Ведь он говорил, что Бог един, а миссия верующего в том, чтобы находить в вере то, что объединит его с остальными. Вот мы и решили в деревне жить.

— Мой дорогой Венчик, так он ещё и за сохой ходил, да и воздвиг физический труд в ранг высшего стремления человека. Как на этот счёт, а?

— Танюш, правда в твоих словах есть, конечно. Но мы и трудились. Помогли бабке картошку окучить, а она нам картохи и яиц выдала. Так сказать, натурпродуктом оплатила работу. А вечером пошли с Василием на рыбалку. Только удочки забросили. А темно вокруг. Соловьи поют. Мы природу созерцаем и по стаканчику принимаем. А тут на реке видим — плывёт лодка, а в ней чёрный человек. Во всём чёрном и тоненько так воет. Струхнули мы с Васькой и дали дёру. Только кусты затрещали. Что это было, ну не знаю. Как ты думаешь, может, подскажешь? А когда убегали, услышали громкий всплеск. Может, это сам водяной был? Хотя чего это водяному на лодке плавать? Он и без неё прекрасно обходится.

— Знаешь, Веня! Единственное, что могу тебе сказать: меньше надо употреблять. Тогда и не будет всякая нечисть попадаться на пути.

— Обижаешь, Таня. Мы ещё только первую рюмку налили.

— А кстати, где это вы так вальяжничали?

Его сообщение о месте событий повергло меня в шок. Это была деревня, из которой я убежала от Митяя.

Попрощавшись с Веней, идейным бомжом из подвала, и кинув ему на пропитание, я задумалась. Это не может быть простым совпадением. Что-то здесь не так.

Я купила воду и вернулась к машине. Скоро ко мне подъехал и Володя Кирьянов. И мы вместе направились в КПЗ. Немного времени заняли формальности, и вот я уже вижу Гаруту.

Войдя в допросную, Гарута удивлённо вскинул на меня глаза:

— Кого я меньше всего ожидал увидеть, так это вас, Таня. И что вас заставило посетить меня в столь «приятном месте»? Я устал жить, Танюша. И говорить о превратностях этой жизни. Пожалуй, вы на сегодняшний день единственная, с кем мне приятно увидеться. Хотя бы потому, что помогли увидеться с сыном, пока он был жив. Хотя он уже был не в сознании, но его душа была ещё рядом. Если вас интересует также, убивал ли я кого-либо в последние дни, то сразу хочу вам сказать, что нет. Моя вина лишь в том, что я нарушил условия содержания.

— Мне это не интересно. Возможно, вам просто захотелось провести лето в тюрьме.

— Узнаю ваш чёрный юмор. Врагу не пожелаю своей участи. Мне сейчас и лето не в радость.

— Сожалею. Но сейчас мне бы очень хотелось узнать о Вадиме, бывшем друге вашего сына. И если знаете, то, может, подскажете, где его можно найти, кроме его места регистрации проживания.

— А что, он уже на свободе? По моим подсчётам, он должен был ещё года два в тюрьме чалиться. На что мне его местонахождение? Насколько я помню, они вечерами тусовались в так называемом местечке Краски. Это пристанище художников-любителей. В основном там собираются художники-граффитисты или райтеры. Но, наверное, знаете, что они тоже разных категорий. Так вот он тусовался среди так называемых вандалов, которые творят в местах, где это запрещено. А промышлял он тогда на рынке, где у нас постоянно ярмарки проводятся. Вот всё, что я знаю.

— Это точно всё? Больше вам ничего не известно?

— Таня, будьте с ним осторожны. Он хитёр, как лис. Для чего он вам понадобился?

— Я, как Бэтмен, пришла вас спасать.

— А что, вы думаете, он мог похитить эту пропавшую девушку?

— Не исключено.

— Но в любом случае спасибо вам, что, несмотря на мои неблаговидные порывы по отношению к вам, вы не теряете человечности.

— Не обольщайтесь. Я просто выполняю свою работу.

На этом наша встреча закончилась. Ко мне спешил Володя с удивленным лицом:

— Как тебе удалось разогнать депрессию Гаруты? Он ведь ни слова не проронил после того, как мы его взяли! Молчал, как партизан!

— У меня свои методы воздействия, — засмеялась я.

И мы попрощались.

Не успела я сесть в машину, как зазвонил телефон. Это был Станислав. Несмотря на то что наши отношения стали близкими, он продолжал «выкать» в общении со мной. Что, признаться, создавало такую умопомрачительную ауру в общении, что даже я, воспитанная на лаконичном общении, таяла.

— Таня, прошло всего три с половиной часа после того, как вы уехали. Но меня не оставляет чувство беспокойства за вас. Как ваша голова и самочувствие? И чем занимаетесь?

— У меня всё в порядке. А у вас есть новости?

— Увы. Разве что обнаружилось, что пропала машина Юли.

— А машина, случайно, не серебристая, марки Volvo?

— Танюша, ну вы — просто ясновидящая! Откуда вы знаете?

Я рассказала Стасу о находке в сервисе. Он был озадачен.

— Спасибо, Танюша. С этим я сейчас же разберусь. Когда нам вас ждать снова?

Я ответила, что пока занята, но обязательно увидимся, и, попрощавшись, поехала к парку, рядом с которым располагался упомянутый Гарутой рынок.

Подъехав к рынку, я обратила внимание, что здесь происходило праздничное действие, которое началось с утра. Навстречу мне шли высокие фигуры на ходулях, ростовые ряженые, играла музыка.

Обойдя это весёлое шествие, я обратила внимание на бойкую торговлю в рядах. Впрочем, веселье продолжалось не только на рынке, но и в парке. Там крутились аттракционы, выступали артисты.

Я, занятая своими заботами и делами, не обратила внимания на то, что сегодня отмечается День города. Я тихонько шагала вдоль торговых рядов. Наконец ряды закончились, но поток людей не прекращался. И я пошла дальше. Этот путь привёл меня к улице, где он упирался в длиннющую и высокую каменную стену, около которой суетились художники-граффитисты. Каждый из них создавал свой шедевр, вкладывая в него своё мировосприятие и талант.

Я понаблюдала вместе с другими зрителями процесс создания