Скелет в расцвете лет - Янина Олеговна Корбут

class="p1">Алена горько усмехнулась краешком рта. Взгляд был отсутствующий, словно она витала где-то далеко, в своих воспоминаниях, где все было хорошо.

– Когда Вадим стал за мной ухаживать, многие красавицы города были недовольны. Молодой и богатый вдовец, в общем, сама понимаешь. До встречи с Вадимом я была бедной как церковная мышь. Зато свободной. Иметь много денег – это круто, но… многие хотят их у тебя отнять. Как и свободу. А теперь у меня есть деньги, есть свобода, но нет Вадима.

При этих словах ее лицо окаменело, рот скривился, и она быстро стиснула его ладонью, чтобы не зареветь в голос. Хорошо, что вернулся Славик со стопкой журналов и конфетами. Мы выпили чая, а через двадцать минут Алене пришли ставить капельницу.

На обратной дороге Славик выглядел чрезвычайно деятельным. Вообще, с момента, когда он получил хорошее наследство от умершего в Сочи деда, жизнь его забила фонтаном. Он будто бы ощутил всю остроту рогов и козлиное вдохновение, как в той песне Высоцкого, и рвался сунуть свой козлиный нос везде и всюду.

– Так, Алену навестили, надо успеть заскочить на стройку. Вдруг какие-то новости по нашей пропаже? Я же не дурак – местным работягам объяснил, чтобы в случае странных находок все складывали в мешок и сигнализировали. Мол, территория историческая, много там кого за века полегло.

– Смотри, еще раскопают скелеты со времен Наполеона.

– Найдем и им последнее пристанище. Мы потомки победителей. И наш народ помнит свою историю, – с пафосом выдал Славик. – А еще у меня в девять вечера занятие по пикапу. Гуру перезвонил, велел подъехать на консультацию. Он ко мне благоволит.

– С чего бы?

– Я рассказал ему, как лихо расследую преступления. И он тоже заявил, что я зарываю свой талант. И что мне надо прекратить слушать женщин, а проявить свое мужское волевое решение.

– Ага, открой агентство добрых услуг: найду говорушки, накормлю кота, потеряю скелет. Кажется, ваш гуру тоже немного того? Хотелось бы взглянуть на него хоть одним глазком. Наверняка неуверенный в себе коротышка с непомерным эго и лысеющей макушкой.

– Нет, он больше похож на мексиканского мачо.

– Носит сомбреро?

– Нет, темные очки, усы и бородку.

– А как называется ваше тайное общество?

– Очень креативно. «Без баб», – хрюкнул Славик.

– Для пикаперов, которые мечтают о бабах, – самое оно. Сдается мне, ваш гуру просто троллит вас. Сколько ты ему платишь?

– Мы экспериментальная группа. Все бесплатно. А знаешь, какое прекрасное название придумал для нашего бутик-отеля папа № 3? – сразу перевел тему приятель, который почему-то последнее время добавлял к упоминанию папиного отеля приставку «наш». Не иначе, папа № 2 подбил его вложить остаток наследства в проект. Хотя связываться со Славиком…

– Ну, и какое? – вяло поинтересовалась я, хотя мыслями уже витала далеко. Где-то между ромашками и зловещим домом в лесу, где сгорел Вадим.

– А такое – «Развитие себя»! Круто же звучит, да? Сразу ассоциации с чем-то современным, осознанным, экологичным…

– По-моему, тоже бред полный, – прыснула я и пробасила: – Да, дорогая, я остановился в «Развитии себя». Согласись, звучит так себе? Прямо вижу отзывы: «Мы уже три раза останавливались в «Развитии себя» и не пожалели!

Славик вытаращил глаза, почесал нос и тут же схватился за телефон. Оставив его выяснять с подельниками тонкости нейминга, я высадила этого дельца возле дома и отправилась к себе.

Глава 8

Мамуля, оказывается, была на каком-то кулинарном мастер-классе. И теперь приготовила очередной кулинарный шедевр, нашпиговав курицу маршмеллоу, о чем и сообщила мне прямо с порога. Курица, конечно же, пригорела, и мамуля громко жаловалась на противень.

– Уже час пытаюсь отмыть эту гадость. Не зря противень так ужасно назвали.

Быстро сориентировавшись, я сделала вид, что уже поужинала в ресторане. Про цветы мамуля почему-то не спросила. Наверное, решила, что раз уж теперь у меня поклонников хоть отбавляй – вопросы излишни. А я и порадовалась.

Проскользнула в ванную, оперативно приняла душ, после чего так же шустро улеглась в свою кроватку. Постельное хрустело, от подушки пахло лавандовым маслом, но сон не шел. Я достала из стеллажа свою любимую книгу – «Дни поздней осени», которую всегда перечитывала именно в эту пору года. Было в ней что-то щемяще-настоящее, про любовь и тоску.

Примерно через час, почитав и проворочавшись, я тихонько встала и замерла у окна, вглядываясь в темноту. Не знаю, что я хотела там увидеть. Наверное, просто задумалась и пялилась невидящим взором на шоссе, машины. Слышались отголоски загулявших компаний, шелест подхваченного ветром мусора по асфальту, шум проезжавшего мимо транспорта.

И вдруг внимание мое привлек мужской силуэт. Он исчез, а следом появился едва заметный огонек от сигареты. Судя по расположению огонька, кто-то курил сразу за толстенным тополем, что рос напротив моего окна.

Ему было лет шестьдесят (не курившему, а тополю), и на него постоянно жаловался мой сосед Кеша, призывая коммунальщиков срубить красавца. Мотивировал он это тем, что на ветках собирались вороны и гадили ему на машину. Я же была категорически против и с небольшой горсткой соседей отстаивала любимый тополь. Он был заслоном от солнца на все времена, создавал приятную тень в жару и вообще всячески украшал наш двор.

Но теперь наличие тополя позволило ночному курцу остаться в тени.

Хотя чего я так взволновалась? Кто-то из соседей вышел покурить. Или какой-то прохожий нашел удобное местечко: может, ждет такси или возлюбленную? Вариантов уйма. Но почему-то я почувствовала, что ночной огонек от сигареты как-то связан со мной, что наблюдают именно за моим подъездом.

Я постояла еще минут десять, всячески напрягая глаза, но никакого движения в темноте больше не уловила. Между тем никакой таксист так и не приехал, а вариантов отхода со двора, кроме как мимо моего подъезда, у курящего не было. Разве что он решил сигануть через забор-сетку, потому что сразу за моим двором располагался детский сад.

Я решила постараться уснуть и уже завтра попробовать обдумать все на свежую голову. Но какой-то глубинный страх, потревоженный в ночи, не давал мне покоя.

Может, Славику позвонить? Нет, он только посмеется над моим буйным воображением. Да и вообще, он уже явно спит, утомленный пикапом. Мамуля тоже давно похрапывала в зале, из чего я сделала вывод: бутылка вина, которую подарил мне на день рождения агентства Курочкин, уже распечатана.

Я на цыпочках протопала на кухню и, пошуршав в шкафчике, нащупала мамулину радость. На большом блюде притулилась куриная нога, что мамуля положила мне. Ею я и закусила, справедливо решив: в ногу маршмеллоу