Дороти Кэннелл - Как убить мужчину мечты

Миссис Давдейл опустилась на стул рядом с Глэдстоном Шипом, который сосредоточенно отлавливал упавшую петлю.

– Верно, рекламные агенты Каризмы могут клюнуть на эту приманку, – задумчиво произнесла миссис Давдейл. – Конечно, особенно уповать не стоит, но эти люди вполне могут решить, что популярность Каризмы только возрастет, если он посетит библиотеку, проклятую сто лет назад человеком, который ненавидел любовные романы.

– Вы меня пугаете!

Судя по виду Сильвии Бэбкок, она была готова искать утешения в объятиях кого угодно, даже мистера Паучера. Ворчание последнего ясно давало понять, что он думает о гениальной идее Наяды. Я уже собралась было заявить, что нельзя подвергать риску Каризму: одержимый навязчивой идеей призрак, по которому давно психиатр плачет, может разъяриться, и тогда… Но тут слово взял Глэдстон Шип.

– Дорогие друзья, – проникновенно заговорил он, напомнив интонациями свою жену, проповедующую с церковной кафедры. Мистер Шип дал петуха, и я подумала, не сказались ли на его голосовых связках гормоны, которые он наверняка принимает, готовясь к операции. – Должны ли мы потворствовать грубым предрассудкам, жертвами которых становятся порою даже самые богобоязненные люди? По моему мнению, – он снова взялся за вязание, – пригласить этого человека, каким бы красавцем он ни слыл, будет большой ошибкой.

– Вздор! – выкрикнул сэр Роберт Помрой и стукнул кулаком по столу. Усы баронета воинственно топорщились. – Никогда не верил в привидения. И никто, если у него в голове мозги, а не каша, не верит в такую белиберду. Про особняк Помроев тоже всегда говорили, будто там шастает привидение – то ли женщина в белом, то ли дама в соплях, – никак не могу упомнить. В старинных домах должны быть привидения, это придает им больше шику. Всякие там лабиринты тоже устраивают для шику, только призраки лучше, потому что их не нужно содержать в порядке. Предлагаю: давайте используем эту брехню о Гекторе Риглсворте на полную катушку. Нам необходимо собрать деньги на памятник, а уж смазливый Каризма привлечет в библиотеку кучу народа!

– Отлично сказано, сэр Роберт! – Миссис Давдейл, владелица бакалейной лавочки, порозовев, улыбнулась сэру Роберту, тот ответил галантным поклоном.

Эти двое были знакомы с детства. Миссис Давдейл как-то рассказала мне, что в давние времена сэр Роберт, приезжая в отчий дом на каникулы, частенько захаживал в их лавку, чтобы купить кулечек конфет. Тогда за прилавком еще стоял ее отец. Юный лорд казался миссис Давдейл таким же прекрасным и недосягаемым, как коробки с печеньем на самой верхней полке. Любопытно, испытывал ли сэр Роберт интерес к хорошенькой девушке, какой наверняка когда-то была миссис Давдейл? Сожалел ли он о разнице в происхождении, зарубившей на корню робкое чувство, которое могло бы радужным сиянием осветить их жизнь?

– Что скажешь, Элли? – спросила Наяда.

– О Каризме? – Я тряхнула головой, возвращаясь к действительности. – Думаю, надо поставить вопрос на голосование.

– Здравая мысль, – обрадовался Лестер-Смит. В мире уставных норм и поправок он чувствовал себя как рыба в воде. Полковник перебрался во главу стола, где лежал его отполированный портфель. – Прошу всех садиться. Я, как заведено, прочту протокол предыдущего заседания, и, если он не вызовет возражений, поставим вопрос на голосование.

– Не было никакого предыдущего заседания! – нетерпеливо заявила Наяда, плюхнувшись на стул. – Мисс Банч сыграла в ящик, сломав нам кайф.

– Я имею в виду заседание, состоявшееся до того печального события.

Лестер-Смит открыл портфель. Щелчок замка прозвучал как пистолетный выстрел. Сильвия Бэбкок немедленно втянула голову в плечи. Я избегала встречаться с ней взглядом: как-то она управляется с Хитклиффом, сущим дьяволом во плоти?

– Забудьте о чертовых протоколах! – Сэр Роберт уселся напротив меня. – Давайте приступим сразу к делу. Что?! Что?!

– Я вношу предложение! – Миссис Давдейл подалась вперед и – вероятно, нечаянно – задела грудью сэра Роберта. – Вношу предложение от имени Библиотечной Лиги пригласить Каризму в Читтертон-Феллс с целью собрать средства для памятника мисс Банч.

– А я поддерживаю это предложение! – прохрипел мистер Паучер. – Так что давайте поскорей голосовать. Мне пора корову доить, а то у моей престарелой матушки начнутся колики, если она выпьет чаю без молока.

Полковник Лестер-Смит взял остро отточенный карандаш, дабы записать результаты голосования.

– Кто «за», прошу поднять руки!

– Я не знаю, как надо голосовать. – Сильвия Бэбкок робко приподняла руку и тут же опустила. – Я бы с радостью познакомилась с Каризмой, но толпы людей пугают меня до смерти.

– А вас все пугает до смерти. Как вы еще только живы! – Мистер Паучер решительно поднял руку.

Его примеру последовали все остальные, замешкались только Глэдстон Шип и я. Меня неудержимо тянуло присоединиться к большинству. Речь сэра Роберта о привидениях отрезвила меня.

Я принадлежу к тем увлекающимся натурам, которые не столько верят, сколько притворяются, будто верят в нечистую силу, потому что это вносит в их жизнь немножко остроты. Без мистического вмешательства Гектора Риглсворта смерть мисс Банч утратила бы ореол загадочности. Все любят рассказы о привидениях, и мы с полковником Лестер-Смитом поддались искушению стать персонажами саги о библиотечном призраке. Но разве это преступление – немного поважничать перед прочими обитателями Читгертон-Феллс? Не большее, чем забыть о дне рождения знакомого. Члены Лиги до сих пор не вспомнили о моем дне рождения, хотя подобные даты отмечены в нашем календаре. Я чувствовала себя немного уязвленной и, желая скрыть обиду, порывисто произнесла:

– Голосую «за».

И тут же у меня закружилась голова и перехватило дыхание: не пройдет и нескольких дней, как я воочию увижу воплощение мечты всех женщин! Каризма приедет в Читтертон-Феллс – я знала это. Он примет наше приглашение – так говорили звезды, сиявшие в моих глазах. Каризма въедет в мою жизнь на белоснежном лимузине в облаке славы. Непокорная грива только подчеркнет благородство его черт. Рот, зовущий к поцелуям, смягчится в улыбке, которая отразится в его чудесных глазах, когда он увидит меня, скромно стоящую в сторонке, – прядь волос выбьется из прически, и я вдруг стану неотразимо прекрасной. «Ангел мой, – нежные слова польются из самых глубин его души, – где же ты была прежде?»

– Предложение принято большинством голосов, «против» – один. – Лестер-Смит разочарованно поглядел на Глэдстона, тот неутомимо работал спицами.

– Понимаю, миссис… – Сэр Роберт запнулся и быстро поправился: – То есть мистер Шип. Вам, как мужу викарисы, Каризма и дешевые любовные романчики, на которых этот малый прославился, наверное, кажутся чепухой. А некоторые весьма занятны. Что?! Что?! Я как-то позаимствовал одну книжонку у невестки. Автор – женщина, фамилия у нее, если мне не изменяет память, Сельми, а имя какое-то невозможное – Далия, Фалия или что-то вроде того. Но, полагаю, с именем Дорис или Дороти такого сорта литературу не продашь! Я пролистал книжонку, чтоб посмотреть, отчего моя невестка с ума сходит. Местами, знаете, весьма забористо, аж пот прошибает! Граф Весь-Из-Себя такое проделывал со своей подружкой на шелковых простынях, что при дамах и сказать неприлично.

Миссис Давдейл с нарочитым изумлением покачала головой.

– Но, сэр Роберт, любовные романы не все такие противные, уверяю вас! Те, что я читаю, рассказывают про молодых леди из хороших семей. Только, к сожалению, в этих семьях дочерей плохо готовят к откровениям первой брачной ночи и девушки часто бегут в ужасе, когда жених преподносит им кое-что посущественнее красной розы.

Полковник Лестер-Смит покраснел до корней волос, а Глэдстон Шип наконец открыл рот.

– Я тронут вашим вниманием ко мне, – он улыбнулся сэру Роберту и миссис Давдейл. – Но я проголосовал «против» вовсе не из-за отвращения к подобным романам. На мое решение повлияли личные причины. Надеюсь, этого объяснения достаточно?

Мистер Шип побледнел, его пальцы, сжимавшие спицы, задрожали. Конечно, Глэдстону не улыбалось вернуться из больницы в новом облике и застать Читтертон-Феллс кишащим репортерами и фотографами. Но, увы, интересы коллектива победили. Библиотечная Лига единодушно проголосовала за то, чтобы почтить память незабвенной мисс Банч монументом, которому позавидовали бы египетские фараоны.

– А теперь, – Наяда Шельмус, купавшаяся в лучах славы Гениального Стратега, вскочила на ноги, – почему бы Элли не взять быка за рога и не позвонить агентам Каризмы?

Я ошалело глянула на подругу.

– Как, прямо сейчас?

– Самое время! Что?! Что?! – Сэр Роберт ободряюще похлопал меня по плечу, так что я едва со стула не свалилась.

– Но почему я?!

– Вы секретарь Лиги, – угрюмо напомнил мистер Паучер. – Вам и висеть на телефоне.