Жизнь как квест - Елена Казанцева

Она ревниво окидывает меня взглядом. Хмыкает и приглашает присесть на стул.

На бейджике имя: Ядвига Куровская.

Мы оформляем договор. И я радуюсь, сумма моего оклада даже выше, чем я предполагала.

Вот я и принята на работу! Пройдем еще один квест, сколько еще всего впереди?

Вечером ко мне врывается ураган по имени Римма.

— Ну, как?

— Римма, меня приняли на работу.

— Уаааау! Гуляем!

И тут же из пакета достает бутылку шампанского. Пришлось заказывать роллы, салаты. Мы отмечали новый этап моей жизни.

— Рассказывай, — начинает Римма после второго бокальчика.

— Что рассказывать?

— Да, ладно тебе, там, говорят, директор просто вау, — Римма хитро щурится.

— Рим, там директор — это мужик размером, как два платяных шкафа, похожий на медведя, я чуть не описалась от испуга, дважды пожалела, что памперсы не одела, — возмущаюсь я.

— Он не медведь, он бывший боец ММА, женщинам он очень нравится, — делает хитрые глаза Римма.

— А ты откуда знаешь?

— Потому что я сплю с его другом, он тоже из бывших бойцов, — закатывает глаза Римма.

— Так, что-то я пропустила в этой жизни, ты мне не рассказывала.

— Ну, мы встречаемся всего месяц.

— Месяц? Рим, это достижение! У тебя и недели никто не задерживался.

— Ну, Светик, плохие были любовники, поэтому и не задерживались. А этот…

— Расскажешь?

— Пока нет, но если мы не поубиваем друг друга в ближайшее время, то возможно даже познакомлю.

Римма смеется, и в его глазах я вижу что-то такое, чего никогда прежде не было.

Наверное, это любовь.

Глава шестнадцатая

На следующий день началась моя трудовая жизнь. Мне пришлось привыкать к новому коллективу, к новым условиям.

Хотя коллектив — это почти всегда террариум единомышленников. Нет ничего более неизменного, и в этой организации все точно также.

В первый день столкнулась с вопиющей безответственностью. Договора хранились, как попало, в некоторых папках они просто были навалены кучей, даже не подшиты. Это всегда было делом секретарей. Но только не в этой организации. Пришлось разбирать договора по организациям, годам, месяцам. Смотреть и сверять регистрацию. В этом мне должна была помогать секретарь Оленька, но она оказалась существом крайне ленивым и безответственным. Пришлось ее постоянно подпинывать. Катька, с которой мы сразу подружились, зовет Оленьку «замороженной рыбой».

Та действительно нерасторопна, слова до ее красивой головки доходят, как до жирафа. Как утверждает Катя, скорость прохождения нервного импульса в коре головного мозга данной особи приближается к нулю.

Это конечно смешно, если бы не было так грустно.

Пришлось разбирать все прошлые документы в гордом одиночестве. Но через пару дней на полках выстроились красивые папки зеленого цвета с указателями. Дела пошли быстрее. Теперь нужный договор можно с легкостью было найти в любую минуту.

Затем пришлось перешерстить все действующие договора. Проверить их на соответствие. У Соболева было открыто ИП и ООО, разные фирмы, разные задачи. Я проштудировала все документы по всем фирмам. До меня здесь работал хороший юрист, ни к одному документу не было у меня претензий, все составлены грамотно. Через неделю у меня все было сделано, а обещанного вала работы все не было. И я заскучала.

Хорошо была Катя, с которой можно было перекинуться словами.

— Кать, а как случилось, что у вас не стало юриста, ведь работал кто-то грамотный на моем месте?

— Так Василь Васильевич у нас работал раньше. Грамотный был мужик. Вот только здоровье его в последнее время подкосилось, пережил сердечный приступ. А после взял год. Говорит восстановить здоровье. Может, вернется ещё. Да ты не бойся. И тебе работа найдется, вон Кирилл собрался еще автосалон открыть.

— И когда он все успевает?

— Да, Кирилл у нас энерджайзер.

— Он к тебе, как к родственнице относится?

— Не, мы с ним не родственники, мы с ним друзья по несчастью. Мы оба побывали в детском доме.

— Вы детдомовцы? А он говорил, что ты всю жизнь в Китае провела.

— Да, у меня папа был востоковед, мама преподавала китайский, мы подолгу жили то в Китае, то в Корее, даже в Японии одно время жили.

— А как так получилось, что ты попала в детский дом?

Катька горестно вздохнула и отвернулась к окну, чтобы я не заметила ее слез.

— Если не хочешь, не говори, извини, что эту тему подняла.

— Да, ладно, уже все в прошлом. Маму с папой сбил грузовой автомобиль. Мы приехали в отпуск в Россию, маме с папой зачем-то надо было съездить в область. По дороге у них спустило колесо. Папа вышел из машины. И тут в них врезалась гружённая фура. Водитель уснул за рулем. Их даже хоронили в закрытом гробу. Смерть у них была мгновенной.

— А как же ты в детский дом попала?

— Так у моих родителей близких родственников не было, только дальние. Никто меня взять в семью не захотел. Все они бросились раздирать на части то наследство, что осталось от моих родителей, а меня в детский дом.

— И как тебя нашел Кирилл Дмитриевич?

— Он в этот детский дом с гуманитарной помощью приехал, и сразу меня среди других вычислил. Сказал, что тех, кто недавно туда попал, сразу в толпе видно. У нас глаза другие, мы более беззащитные. Вот. Потом он, каким то образом, сумел оформить надо мной опеку, вытащил из детского дома. Оформил в нормальную школу. Нанял адвокатов, те вернули мне наследство. Потом устроил меня в университет, денег давал на практику, я в Китай ездила.

— Теперь понятно, почему он тебя считает сестрой. Он тоже детдомовский?

— Да, у него похожая судьба, ему его дальний родственник помог, тоже вытащи из клоаки. Поверь, он только на вид страшный, а так добрейшей души человек, — смеется Катька. — А давай твое устройство на работу отметим?

— Давай, у меня есть подруга, давайте вместе соберёмся?

Звоню Римме, договариваемся. И вот уже мы сидим в кафе, пьем красное вино, закусываем вкусными салатиками. Римма с Катькой быстро нашли общий язык, словно уже много лет друг друга знают. Они сошлись на языковой теме, Римма открыла языковые курсы, а у Кати подруга искала себе место.

И вдруг к нашему столу приближается мужик. Огромный, бритый на лысо, с небольшой модной бородкой, с черной татуировкой на шее, которая уходит под черную футболку. Длинные рукава той футболки жалобно растянулись на огромных бицепсах. Да и футболка больше похожа на чехол от рояля, на который этот чехол с трудом натянули. Груда мышц, ходячий тестостерон, энергия, возведенная в куб, у него настолько сильная