Особое задание (СИ) - Горъ Василий

— Двое готовы!

— Понял! — шепотом ответил я и двинулся вниз.

Через десять минут прогулки по дому я начинал понимать, что все представления о роскоши, которые у меня сформировались еще в глубоком детстве при посещении всяких там музеев и просмотров фильмов о жизни высшего света, просто полная ерунда! Например, я в первый раз в жизни увидел унитаз из золота! Круто, конечно, но садиться голой задницей на металлический стульчак на мой взгляд, не очень приятно. Хотя, я могу что-то не понимать. Или вот оклеенная пятисотрублевыми русскими ассигнациями вместо обоев гостиная. Или муляж рояля в натуральную величину, выточенный из цельной глыбы горного хрусталя! — Я разгуливал по комнатам особняка, тихо дурея от увиденного: в гардеробе я насчитал тридцать один малиновый пиджак при двух серых! Десять совершенно одинаковых часов «Роллекс» на столе тысяч по двадцать долларов каждые! Оригинал картины Малевича вверх ногами! Мониторы компьютеров, не подключенные к стоящим рядом процессорам в каждой комнате, включая ванные и туалеты размерами с хорошую гостиную! Да о ванных разговор особый: зачем в каждой по два джакузи? Если есть еще и ванна? Или зачем в туалете зеркальные стены и потолок?

Я снимал все подряд на камеру, чтобы дать возможность увидеть все это «великолепие» Татьяне и потребовать у нее объяснений…

Еще бы немного, и я бы повредился рассудком, пытаясь вникнуть в логику хозяина, но тут на связь снова вышел Вован:

— Ну, что, ты добрался до входной двери?

— Да, можешь заходить! — прошептал я.

— Все охранники готовы! — довольно постучав себя кулаком по груди, он затворил за собой дверь и направился было вверх по лестнице.

— К чему? — спросил я, не врубившись.

— Уже ни к чему! — чуть не расхохотался Вован. — Я им всем по разу дал по голове!

— Тогда понятно! — подумал я про себя и задал интересующий меня вопрос: — Я обошел весь дом, кроме его спальни, но в нем нет ни одной живой души! Тебе не кажется это странным?

— Не может быть! — удивился он. А всякие там служанки, повара, уборщицы? Да просто пара телок, наконец?

— Да хоть на два конца! Никого! Даже камер наблюдения! Ни одной! — пожал плечами я.

— Ладно, там разберемся! — Вован явно не собирался особенно забивать себе голову всяким там удивлением, и, забросив автомат на плечо, спокойно зашагал вверх.

Добравшись до спальни, Вован подергал за ручку не поддающейся его рывкам и толчкам двери и удивленно посмотрел на меня:

— Заперся! В собственном доме! Офигеть! Кого он так боится? Открыть сможешь?

Я кивнул головой и присел к замочной скважине. Через три минуты замок поддался, и дверь бесшумно отворилась. Вован просунул головы внутрь, потом ошарашенно повернулся ко мне и, прикрыв за собой дверь, прошептал:

— Охренеть! Не может быть! — он еще раз заглянул внутрь и снова повернулся ко мне: — Теперь я врубился, почему в доме пусто! Загляни-ка внутрь!

Да, там было на что посмотреть: на огромной четырехспальной кровати, под зеркальным потолком на простынях во сне в объятьях сплелось два мужских тела. Судя по тому, что Димон был русским, то его плюгавенькое белое тельце терялось в объятиях здоровенного негра. Они же, в разных ракурсах присутствовали на экранах двух проекционных телевизоров в разных углах комнаты. Присмотревшись, я обнаружил даже камеры, закрепленные на специальных подставках на стенах.

— Да, есть, на что посмотреть! — отметил я, снова прикрыв дверь.

Вован напряженно размышлял. Я не стал его торопить, а просто уселся на пол рядом с ним и прислонился к стене. Вскоре на лице моего друга расцвела широченная улыбка и он от всего сердца долбанул меня по плечу:

— С меня причитается! А теперь слушай сюда: — быстренько сбегай за фотоаппаратом в тачку, а я пока достану из камер кассеты! Они мне пригодятся! Потом разбудим этих петухов, и посмотрим, что они будут петь! Эх, хотел бы я, чтобы все это видел Толян! — мечтательно закатил он глаза. — И еще пара братков!

— А в чем проблемы? — удивился я. — Компьютер у меня в машине, камеру я к нему подключу, устроим видеоконференцию! У твоего босса есть грамотный компьютерщик?

— Само собой! — не веря своему счастью, прошептал Вован и отойдя подальше, схватился за телефон…

Через десять минут передача из цикла: «Это вы можете! Но, может, не надо?» вышла в эфир. Вернее, в Интернет! Во вступительной части передачи Вован немного прогулялся по территории, с помощью камеры, ноутбука и мобильного телефона показывая своему боссу местные достопримечательности. Потом, игнорируя нетерпение Толяна, он немного побродил по дому, и, как следует разогрев аудиторию, тихо вошел в спальню Димона. Чтобы не мешать корреспонденту работать, но в то же время уберечь его от нежелательных эксцессов, я взял в руки автомат и занял удобную позицию на подоконнике.

Наконец, Вовану надоело водить экскурсии, и он вошел в комнату и направил камеру на спящих красавцев. В динамике раздался удивленный свист Толяна, потом длинная матерная тирада, смысл которой остался для меня непонятным: что-то из жизни курятника и карточных игр, по-моему, под названием «Очко». В общем, неважно. Справившись с удивлением, зритель вскоре пришел в себя и нарушил тишину снова.

— Польем, девочки! — голосом Толяна заорал динамик компьютера.

— И без глупостей! — Вован кивнул обалдевшим любовникам в мою сторону и осторожно уселся на стул, чтобы не сбить изображение.

Димона аж подбросило на месте! Непонимающе глядя на нас, он пытался нашарить руками простыню, но, увы, она валялась на полу, и довольно далеко. Стоило ему кинуть взгляд на экран компьютера, откуда на него презрительно щерился заклятый враг, как его лицо посерело.

Толян явно наслаждался своим триумфом:

— Да ты, я смотрю, в Америке-то в авторитете! — усмехнулся он. — И как авторитет-то? Не давит ни где? Или привык уже?

Димон затравленно молчал, кусая губы от унижения.

— Петушок — золотой гребешок! — ласково обратился к нему Толян. — Докукарекался! Кому ты теперь такой нужен? Все, аллес! Твоя песенка спета! Признаюсь, я хотел тебя замочить, но что-то руки пачкать противно! Но оставить тебя в покое я тоже не могу! Поэтому, извини, но придется тебя трудоустроить. Где-нибудь в симпатичном бордельчике на исторической родине твоего муженька! — он весело кивнул в сторону испуганно замершего негра. — А твое имущество пойдет на возмещение моих убытков! Ведь ты не против? Не против, я тебя спрашиваю? — металл в его голосе заставил Димона задергаться.

— Не против! — выдавил из себя он.

— Вот и хорошо! А чтобы ты не особенно надеялся на помощь, я разошлю кассетки, любовно приготовленные тобою, всем твоим друганам! Так что удачи тебе на новом поприще! И большой-большой любви! — с отвращением в голосе добавил он. — Кстати, не забудь оставить свою подпись! Нам она очень пригодится!

На этом передача в основном закончилась. Толян внимательно посмотрел на меня, очень горячо поблагодарил за помощь, попросил навестить его в Москве через недельку, сказав, что у него ко мне есть серьезный разговор. Я, само собой, согласился, и, вытащив наручники, занялся будущей звездой Африки, оставив Вована беседовать с начальством…

Под утро, собрав вместе пришедших в себя охранников, естественно, тех, кто остался в живых, мы продемонстрировали им пару кассет с записями и отрывки из видеоконференции, мы заплатили им отступные и тепло с ними распрощались. Потом, оставив Вована вступать в права наследства деловой и финансовой империи растоптанного врага, я уехал домой.

На душе было спокойно и радостно, словно от хорошо проделанной работы.

Татьяна, увидев мою довольную донельзя физиономию, бросилась мне на шею и с надеждой спросила:

— Ну, что?

— Все! Докукарекался ваш Димон! Теперь все ваши проблемы решены! Хотя, нет! Осталась еще одна, и довольно большая! — я озабоченно нахмурился.

— Какая? — испуганно посмотрела она на меня.