Ли Голдберг - Мистер Монк идет в пожарную часть

— Что-то я ничего не понимаю, — сказала я. — Почему вы думаете, что это был Брин?

— Средства, мотив и возможность, — произнес Монк, и объяснил мне свою теорию произошедшего в пятницу вечером.

Лукас Брин выскользнул из Эксельсиора примерно в четверть десятого, подошел к дому Эстер, и задушил женщину подушкой. Обставил все так, будто она заснула с непогашенной сигаретой. Затем спрятавшись снаружи, убедился, что гостиная объята пламенем. Брин мчался обратно в отель, и вдруг обнаружил, что оставил нечто компрометирующее на месте преступления.

Бежать в дом уже было поздно, поскольку он горел и пожарные уже подъезжали. Но он не мог допустить, чтобы это нечто, принадлежащее ему, сгорело. К счастью, или к несчастью, пожарная часть находилась поблизости. Он решил украсть пожарное снаряжение, вернуться к дому Эстер, вытащить оставленное из огня и затем вернуть экипировку в часть на пути к отелю.

— Но он не знал о Спарки, — заключил Монк. — Собака напала на него, поэтому Брин схватил киркомотыгу для самозащиты.

Это означало, что все произошло именно так, как Монк описал в первый визит в пожарную часть.

Мы были так поглощены разговором, что я не обращала внимания на окружающую обстановку, и вдруг мощный поток холодного воздуха словно заставил меня проснуться.

Лес небоскребов закрывал лунный свет. Ветер свистел между зданиями, швыряя обертки от фаст-фуда и другой мусор — перекати-поле современного города.

Я плотнее закуталась в куртку. Холод был не единственной причиной, заставившей меня дрожать. Казалось, что мы с Монком были единственными людьми на улице. Удивительно, как быстро опустели здания района Финансистов. За исключением редко проезжающих машин или автобусов, было ощущение, что мы последние люди на Земле.

— Как Вы поняли, что Брин приходил украсть пожарную экипировку? — спросила я.

— Когда мы впервые были в части, я заметил плащ, висящий на неправильно ориентированной вешалке, — объяснил Монк. — Я ее перевесил, но это беспокоит меня до сих пор.

Только Монка могло обеспокоить нечто подобное. Однажды я ошиблась, купив чертову дюжину пончиков Уинчелл, и тринадцатый пончик Монк до сих пор вспоминает с содроганием.

— Капитан Мантуз обожает порядок, — говорил Монк. — Пожарные хорошо знают, что нельзя вешать плащи на неправильно висящие вешалки. А Брин не знал. Плащ, который я перевесил, он и украл в ночь убийства Эстер.

— Тогда на нем повсюду остались отпечатки пальцев Брина, — предположила я.

Монк покачал головой:

— Плащи и шлемы чистят после пожара, чтобы удалить токсины от дыма.

Если бы пожарные не были помешаны на чистоте и блеске, у нас были бы доказательства, чтобы прижать Брина к ногтю. Сейчас же у нас не было ничего, кроме того, что понял и выяснил Монк, но мне пока не рассказал.

— И как Вы собираетесь доказать, что Лукас Брин был в пожарной части?

Перед тем, как Монк успел ответить, кто-то схватил меня сзади, и приставил лезвие очень острого ножа к моему горлу.

— Бросай кошелек, — скрипучий голос прошипел мне в ухо.

Монк обернулся, и его глаза расширились в шоке:

— Отпусти ее.

— Заткнись и иди сюда, или я перережу ей горло прямо сейчас!

Монк сделал, что ему сказали. Мы пятились глубже в переулок. Я старалась не дышать и не дрожать, опасаясь, что любое движение приведет к порезу.

— Ты, — сказал напавший Монку. — Давай свой бумажник и часы!

Монк вынул бумажник, открыл его и начал внимательно изучать содержимое.

— Какого черта ты там делаешь? — крикнул грабитель. Меня это тоже волновало. Разве Монк не видит нож у моего горла?

— Я сортирую содержимое бумажника для Вас, — ответил Монк.

— Я и сам могу! — рявкнул грабитель. Я чувствовала запах алкоголя от его дыхания и запах отчаянья от его пота. А может быть, это от меня пахло отчаянием.

— Но если я сделаю это, — обратился Монк к грабителю. — То смогу сохранить то, что Вы просто выбросите.

— Давай мне чертов кошелек!

— Очевидно, Вам нужны только деньги и кредитная карточка, а я бы хотел сохранить фотографию моей жены, — Монк показал ему крошечную фотографию Труди.

— Хорошо, оставь ее себе. А остальное давай сюда, или я зарежу ее! Я сделаю это!

Я чувствовала, как он дрожит от нервного разочарования, и дрожь передавалась приставленному к моему горлу лезвию. Еще чуть-чуть, и у меня потечет кровь.

— Пожалуйста, сделайте, как он говорит, мистер Монк!

Монк проигнорировал мою мольбу, достал зелено-золотую карту и показал грабителю.

— Чем моя скидочная карта книжного магазина Барнста и Нобля может Вам быть полезной? Вы не кажетесь мне заядлым читателем. Вам действительно нужна десятипроцентная скидка на книги? Думаю, нет.

— Я собираюсь прирезать ее, черт побери! — я ему верила. Он все сильнее раздражался с каждой секундой.

— А как насчет моей клубной карты магазина Ральфс? Какой Вам смысл от нее? Вы, вероятно, получаете скидку на продукты, воруя их.

Все внимание грабителя было сосредоточено на Монке. Я чувствовала, что давление на мою шею и талию ослабло. Недолго думая, я схватила его запястье левой рукой, ударила по лицу тыльной стороной ладони правой руки, и наступила ему на ногу изо всех сил. Я чувствовала, как хрустнули кости под моим каблуком.

Грабитель вскрикнул и отпустил меня. Я пнула нож, развернулась и заехала ему со всего размаха коленом в промежность. Он согнулся пополам, и я треснула его головой о стену. Грабитель отскочил от стены и рухнул навзничь на землю. Я поставила колено ему между ног, прижала его руки и посмотрела на Монка.

Он все еще стоял на месте, поглощенный раскладыванием карточек обратно в нужные отсеки бумажника. Мое сердце бешено колотилось, я тяжело дышала от нахлынувшей волны адреналина.

— Спасибо, — произнесла я. — Вы очень помогли.

— Я отвлекал его, чтобы ты сделала свой ход.

— Мой ход? А как насчет Вашего хода?

— Это мой ход, — Монк сунул бумажник в карман. — Где ты этому научилась?

— Мне тоже это интересно, — простонал грабитель.

— Наблюдала за дочерью на занятиях тхэквондо, — я взглянула на Монка и дернула головой в сторону своей сумочки. — Вы можете взять мой телефон и позвонить в полицию.

— Пока нет, — Монк подошел, и присел рядом со мной. — Простите, мистер грабитель. Вы давно здесь работаете? Это Ваше постоянное место для грабежей?

Грабитель не ответил. Я стиснула ему яички коленом, пока он не захныкал. Я женщина — слушайся меня!

— Отвечай на вопрос! — приказала я.

Грабитель кивнул:

— Да, это мой участок.

— Вы работали в пятницу вечером? — спросил Монк.

— В моей профессии не предусмотрены выходные, — ответил вор.

— Не был ли одной из Ваших жертв в пятницу вечером человек, которого зовут Лукас Брин?

— Да пошел ты!

Я увеличила давление на его чресла:

— Тебе будет очень трудно совокупляться с кем-нибудь, если ты не станешь более сговорчивым.

Знаю, это звучало как глупая реплика из плохого фильма про полицейских, но я была на адреналине, и зла на него за приставленный к моему горлу нож. Чем жестче я говорила, тем лучше себя чувствовала, а страх исчезал.

— Да, я ограбил Брина, — прохрипел он. Его глаза были так выпучены, что я боялась, не выскочат ли они и не укатятся прочь. Я ослабила давление на его тестикулы.

— Во сколько Вы сделали это? — спросил Монк.

У меня нет часов.

— За свою карьеру Вы, должно быть, украли не одну сотню часов. Никогда не думали оставить себе одни?

— У меня не так много важных встреч.

— Брин ничего не терял?

— Только после встречи со мной, — сказал грабитель.

— Но не до нее, — задумчиво произнес Монк.

— Я забрал его бумажник и часы, и оставил ему обручальное кольцо.

— Зачем? — удивилась я.

— Потому что люди слишком чувствительны и глупы из-за этого. Они готовы рисковать жизнью из-за обручального кольца, — он посмотрел на Монка. — Но я никогда не видел, чтобы ею рисковали ради клубной карты Ральфс.

— Экономия — штука сложная, — сказал Монк. — Не заметили ли Вы что-нибудь необычное в Брине?

— Он сильно спешил, не мог дождаться, чтобы отдать мне вещи, — ответил грабитель. — И от него пахло дымом, будто он только что выбежал из горящего здания.

Монк позвонил Стоттлмайеру, и пока он рассказывал ему нашу историю, подъехала посланная капитаном черно-белая машина, из которой выскочили два офицера для ареста грабителя. Я взяла телефон у Монка, позвонила моей соседке миссис Трофамнер, попросив ее последить за Джули пару часов, пока мы не проверим сведения, полученные от грабителя. С тех пор, как я начала работать на Монка, миссис Трофамнер привыкла к моим безумным звонкам с экстренными просьбами присмотреть за Джули.