Костры из лаванды и лжи - Дарья Урбанская

Неторопливо спускаясь обратно на первый этаж башни, Женя теперь видела то, на что не обратила внимания прежде, когда в панике мчалась к себе в номер – ступени лестницы были перепачканы, ненавистных факелов-бра больше не наблюдалось, а вместо них из стен торчала проводка.

Женя вернулась в коридор и озадаченно осмотрелась. Затем отряхнула ступни и обула босоножки, что до сих пор сжимала в руках.

«Всё нормально, сейчас у кого-нибудь спрошу дорогу».

И действительно, за одним из поворотов она наткнулась на тележку горничной, а из приоткрытой двери доносился шум пылесоса. Женя заглянула в номер, который оказался вполне стандартным, как на фотографиях с сайта отеля. Женщина лет сорока в белом фартуке приветливо улыбнулась.

– О, мадам, это же правое крыло здания, – ответила она на вопрос. – А хозяйская башня расположена в левом. Добраться можно двумя путями: вернуться на ресепшен или в обход через жилые коридоры.

– В обход! – выпалила Женя.

Вновь сталкиваться с Люком совершенно не хотелось, так что другой вариант даже не рассматривался. Вскоре она с облегчением выдохнула, закрыв за собой дверь комнаты. Мелкие цветочки на стенах всего за одну ночь внезапно стали такими родными и близкими, что даже от одного взгляда на них Жене становилось спокойнее. Хотя какое уж тут спокойствие, после новостей, которые ей удалось подслушать…

Макс ответил на видеозвонок моментально, как будто сидел с телефоном в руках и ждал.

– Ну? Чего так долго? – проворчал он. – Я уже начал волноваться и гуглить телефон Интерпола.

– Я ходила на завтрак, – призналась Женя и сразу же добавила, чтобы предотвратить вопли возмущения: – Это был завтрак с начальством!

– Смотри у меня! – Макс шутливо пригрозил пальцем. – Ладно, сейчас расскажешь. Но первым делом покажи, куда тебя поселили.

После краткой экскурсии по своим «покоям Марии-Антуанетты», во время которой друг трижды присвистнул, Женя устроилась поудобнее на кровати, подложив под спину пухлую подушку, и стала изливать душу.

– …и тогда он, бодяк безволосый[22], заявил, что пообещал моё место внучке какой-то там мадам Бовье! А мне лучше в сентябре ещё раз приехать!

Женя возмущённо смотрела в камеру, ожидая реакции Макса. Всё её спокойствие испарилось под напором вновь пережитых эмоций.

– Огромный лысый негр в розовых джинсах? – ошарашенно переспросил он, даже не отреагировав на смешное ругательство.

– Максим! Это всё, что ты услышал из моего рассказа?! И, между прочим, говорить «негр» нельзя, это нетолерантно. – Женя укоризненно покачала головой, а потом тяжко вздохнула и тихо спросила: – Что мне делать?

– Снимать розовые штаны и бегать, – ухмыльнулся он.

– Ну Ма-а-акс, я же серьёзно с тобой говорю, а ты…

– А я уже гуглю другие вакансии в твоём городке. – С экрана на миг исчезла его русая шевелюра, появился монитор компьютера со светящимся заголовком «Экс-ан-Прованс», а потом Максим вновь направил камеру на себя. – Видишь? На этом сайте я тебе вакансию нашёл. По-любому найдём и другую, тем более ты уже на месте. Сейчас кину ссылку. Сама тоже посмотри, а то я с переводчиком до утра возиться буду.

Макс привычно улыбался, излучал уверенность, и на душе стало немного легче. На пару секунд. Пока на экране русую голову не потеснила блондинистая.

– С приездом в новую жизнь! – поздравила Лиза, повернулась к Максу и звонко чмокнула его в губы. – Извини, нам пора.

Изображение зашуршало, замелькало, отражая то комнату, то стол, то руки.

– Эй, погоди, отдай телефон, – донёсся голос Макса сквозь возню и девичье хихиканье, а затем связь оборвалась.

У Жени внутри всё словно коркой льда покрылось. Так, что вдохи давались с трудом. Видеть этих двоих вместе, таких беззаботных и счастливых, было просто невыносимо.

«Могло ли всё сложиться иначе? Могла ли я быть сейчас там, с ним?..»

Женя уткнулась в подушку и долго лежала, вздрагивая от рыданий, пока на улице кто-то не завопил. Следом скороговоркой посыпались бранные словечки, которых по большей части Женя не знала, но общий негатив уловить сумела. Она подскочила к окну и увидела, как двое мужчин в одинаковой униформе волоком тащат огромный деревянный стул.

«Это трон, что ли?»

Массивные подлокотники выглядели потемневшими от времени, но при этом то и дело поблёскивали на солнце. Вероятно, свет отражался от металлических накладок, украшающих старинный предмет мебели. Во всяком случае так казалось из окна третьего этажа. Одна из перекладин кресла так и норовила попасть по ноге тому, кто держал переднюю часть. Он-то и ругался… На Фабриса. Женя четко уловила имя своего, похоже, не состоявшегося начальника.

«Да и чертополох с ним! Как бы там ни было, Макс прав – нужно срочно найти другую работу. Не домой же возвращаться! Дядя Костя меня убьёт! Нет. Сначала проклянёт, потом убьёт. Или в обратном порядке».

Женя умылась, переплела косу, поправила одежду и отправилась в кипарисовую аллею, где приметила белую лавочку ажурной ковки. Деревья дружелюбно шумели над головой, словно подбадривали. Пахло свежескошенной травой и сладкой сдобой – несмотря на ранний час, садовники и повара в ресторане уже давно начали рабочий день. Дневная жара ещё не успела набрать силу, но чувствовалось горячее дыхание прованского лета. Впрочем, в тени кипарисов сидеть было одно удовольствие. На свежем воздухе, тем более с видом на такую красоту вокруг, как-то и думалось легче, и поиск вакансий не казался чем-то совсем уж страшным.

Женя сохранила в заметках телефона наиболее подходящие варианты, где у неё были хоть какие-то шансы. И даже по ходу попробовала звонить по указанным номерам, но в воскресенье это оказалось бессмысленным. А потому она решила воспользоваться предложением управляющих и прогуляться по замковому парку, развеяться, отвлечься от невеселых мыслей.

Ведь завтра у неё, вероятно, уже не будет такой возможности…

Глава 8. Реквием по надеждам

Любуясь стройными рядами кипарисов, тянущихся вверх, словно ракеты, готовые к старту, Женя и сама не заметила, как прошла всю аллею до конца. Затем свернула на усыпанную гравием тропку, и вскоре строгие упорядоченные линии вечнозелёных красавцев сменились хаотично растущими кряжистыми деревьями: высокими, с переплетающимися стволами. Они были совершенно не похожи ни на какие из известных ей деревьев, и Женя из любопытства подошла поближе к одному из этих гигантов. Кора оказалась серебристо-коричневой, с трещинками, а кое-где от неё даже отслаивались некрупные пластинки. Задрав голову, Женя разглядела узорные листья, до боли напоминающие что-то, и недлинные острые шипы на молодых ветках.

Когда необычная рощица расступилась, Женя оказалась перед старой каменной стеной метра четыре высотой, поросшей зелёно-бурым мхом. Местами кладка обвалилась, а провалы затянулись колючим кустарником.