Таинственный рыцарь и грустная курица - Усольцев Андрей Николаевич

Я обрадовался. Нифига себе, такие деньги. Пишу ей ответ.

11:25.

— Конечно, готов, как Гагарин и Титов. Я вообще, как юный пионер, всегда готов.

Думаю: здорово как! И главное, вовремя. Вот теперь будет чем с банком рассчитаться…

И вот наступил час „Ч“, т. е. день съёмок. Как всегда, прихожу на локацию без опозданий… Да, чуть не забыл рассказать… все-таки накануне съёмок я уточнил.

Из переписки с продюсером.

Я, 12:50.

— Полина, насчёт откровенности я понял и особо не парюсь, но сцена точно не гомосексуальная и не педофильская? С мужиками и малолетками я сниматься не буду. И в порно тоже не хочу сниматься. Можно поподробнее: в чём заключается моя роль?

Полина, 13:48.

— Не-не. У нас исполнительнице 37 лет, остальным актрисам примерно столько же, все окей. Там смысл в том, что вы соблазнили дам и увезли к себе и только хотите начать насилие… пока они уснули, а тут приезжает папа героини с охраной и спасает ее.

Я, 13:50.

— Хорошо, если так, проблем не будет.

И вот, прихожу на площадку и… первый сюрприз, приятный.

Главные режиссёры на площадке — Карен и Хэйван, и вся их команда, это Евгений, наш бригадир, ну и другие ребята и девчонки — все мои давние знакомые. Молодые ребята снимают ролики и выкладывают их на Ютуб-канале. Очень талантливые режиссёры и актёры. Я играл у них в нескольких проектах. Один раз снимался главой мафии, почти главная роль со словами. Ребята и платят неплохо, а работать с ними одно удовольствие, никогда не нервничают, расскажут и покажут, как надо сыграть, у них любой начинающий актёр так сыграет, что „Оскара“ точно получит.

Второй и тоже приятный сюрприз, что моими компаньонами по съёмкам будут коллеги по АМС, назову их условно Валерий и Юрий (а то вдруг им не понравится, что я про них напишу).

И вот съёмки начались, снимаем в каком-то „Караоке Хаус“ по проспекту Энгельса. Актёры работают хорошо, группа снимает быстро.

Мы — три старых гриба, сидим за столом, пьём водку, танцуем на танцполе, поём, в общем, подбираем себе девиц на ночь. (Это всё по сценарию). И вот в бар входят наши „жертвы“, три красивые и уже пьяненькие девушки. Мы заигрываем. Я посылаю воздушные поцелуи, Юра шаловливо машет ручкой, Валера делает радостное лицо. Девушки на нас не реагируют. Тогда Юрий, мой компаньон, подсыпает в их фужеры клофелин.

Во, блин, сценарий, старики-клофелинщики… Голливуд отдыхает. Интересно, кто только это придумал. Кстати, Юра хорошо сыграл, получилось смешно и сняли со второго дубля. Да, а если бы девушкам в вино слабительного добавить, было бы, наверное, ещё смешнее, но, правда, не так эротично и сексуально. Ну кому понравятся какающие девочки? В углу бара целуются две девчонки, они изображают „Татушек“ из клипа песни „Нас не догонят“. Слышу, сзади разговаривают два оператора:

— Надо было стариков поставить на камеру. Пусть обнимаются.

— Да ладно, пусть сидят, им на квартире достанется, — ответил второй.

И стало мне так тревожно на душе. Как говорят в народе, кому-то нравится поп, кому-то попадья, а кому-то попова дочка. Так вот, я из тех людей которые любят попадьёв. Э-э, нет, попадей… в общем, поповых жён. Я бывший Донжуан, Кобельеро с большой буквы, люблю только женщин, причём опытных женщин. Хотя, если честно сказать, бывших Кобельеро не бывает. Кобельеро он и в Африке Кобельеро. Что для меня может быть слаще женщины?.. Только другая женщина!

— Карен, — я ещё раз спрашиваю режиссёра, — это точно, что старики у тебя не педики?

— Нет, — говорит, — зуб даю: вы честные насильники-клофелинщики. Ну, если бы старики были голубые, зачем бы они тогда девушек украли, к себе на квартиру отвезли?

Убедил… ну и в такой роли, какую мы играем, хорошего тоже мало. А что сделаешь? Зато деньги неплохие.

Сцену в караоке-баре сняли, едем на вторую локацию: квартира, на которой мы, старики, должны заняться с девушками чем-то неприличным, но о-о-очень приятным, т. е. сексом в извращенной форме.

Приехали на новую локацию, это квартира… блин! в таких богатых и красивых квартирах я ещё никогда не был. Кругом мрамор, хрусталь, чёрное и красное дерево, карельская берёза, зеркала, и всё это в позолоте. Телевизор на всю стену… камин. И это была так называемая умная квартира. Свет и камин загорались от голоса типа „ёлочка, зажгись“ — и всё загорается. Пылесос из-под дивана сам выскакивает и уборку делает, шторы на окнах тоже автоматически открываются. По сценарию эта квартира принадлежит мне. Я — очень богатый извращенец, а старички — мои друзья-единомышленники.

Хозяин (настоящий хозяин квартиры) предложил кофе… я, конечно, не отказался и впервые попробовал „Лювак“ — это самый известный сорт кофе, один из трёх самых дорогих. Пока пил кофе, сидя в мягком кресло-качалке, ел сладкие, только что привезённые с юга, прямо с плантаций, фрукты, подъехала съёмочная группа, подтянулись наши „жертвы“, три очень красивые девушки. Костюмеры пригласили артистов на „перекостюм“. И вот тут началось самое интересное.

Господа, если вы поборники нравственности, то дальше я вам читать мой рассказ не советую. Товарищи родители, если вашим детям не исполнилось восемнадцать лет, убедительная просьба убрать их от монитора ноутбука. Коллеги, артисты АМС, вас я тоже прошу не читать, так как я начинаю писать всякие пошлости. Даже самому противно.

В общем, в зависимости от роли нам выдали костюмы. Я садист, мне дали стринги и кожаные ремни, ну, типа портупеи. Юра — он был садо-мазо — просто одни стринги. Валерию, он был по сценарию мазохист, — кожаные трусы. Конечно, стринги я ни разу не носил, видел только в интернете да на некоторых каналах ТВ. Поэтому знаю, где треугольник — там перёд, а верёвочку надо между ягодиц спрятать. Ну, я так и сделал.

Но оказывается, стринги разные бывают. Вот у Юрия на стрингах была не одна верёвочка, а две. Он их обе себе в зад и засунул. Потом оказалось, что это неправильно. Верёвочки, которые сзади на стрингах, должны свободно лежать на ягодицах, чтобы анус мог легко пукать и его можно было использовать на как на выход, так и на вход… Это нам девушки-костюмеры рассказали. Они ему верёвочки из жо*ы вытащили и расположили на ягодицах. Поэтому Юрий все съёмки ходил и зад свой зонтиком прикрывал, чтобы, не дай бог, его анус кто-нибудь на вход не использовал.

Валерий пришёл на съёмки полностью готовый к роли извращенца-мазохиста. Он взял для съёмок женские колготки… на голову надел парик. Сходил на кухню, выбрал там здоровый тепличный огурец и засунул его себе в кожаные трусы. На мой недоумённый взгляд он пояснил:

— Хочу, чтобы у меня гульфик был как у танцора балета… мощный такой.

Кстати, роль мазохиста он сам себе выбрал.

— Господа, — подошёл к нам режиссёр Карен, — выбирайте, кто какой смертью будет умирать. Двоим старикам папа главной героини голову свернёт, третьего в унитазе утопит.

— Я… я в унитазе, — закричал Валерий. — Пусть он парик сорвёт с меня и хлещет им по лицу… и хлещет, а потом головой прямо в унитаз… раз. А что ты на меня так смотришь, — сказал он, повернувшись ко мне. Я хочу набраться актёрского опыта, испытать что-то новое, хочу всё попробовать.

Ничего я ему не сказал, не стал его переубеждать. Только подумал… вот я в своей жизни никогда г*вна не ел, вот мухи едят говно, а я не ел и не хочу. Даже пробовать не хочу, и опыта такого набираться тоже не хочу.

Ну, Валерий если вам нравится закончить свою жизнь, захлебнувшись в унитазе, даже понарошку — то флаг вам в руки, вперёд и с песней. Может, денег ему за унитаз больше пообещали? Не знаю! Suum cuique (лат. — каждому своё)… Кстати, он самый старший среди нас, актёров АМС, и, наверное, самый мудрый.

Ну, переоделись мы, вышли на площадку, т. е. в комнату, где будут съёмки, сели на мягкий диван, едим виноград и ждём, когда актрис, „жертвенных агнцев“, подготовят. Да, кстати, к тому времени мы уже пообедали вместе со съёмочной группой. Обед доставил курьер из какого-то крутого ресторана. Свежая паста ручной работы, ризотто по рецепту из Италии. Было очень вкусно.