Татьяна Луганцева - Забавы негодяев (сборник)

Ознакомительный фрагмент

Часто прогуливаясь по парку, Снежанна видела счастливые лица влюбленных и светящиеся глаза матерей с колясками. Она понимала, что они ничем не лучше и не хуже ее. Просто им на роду было написано быть счастливыми, а ей нет. И в какой-то момент Снежанна уверилась, что так никогда и не узнает, что такое любовь и семья.

Ей даже стало казаться, что и из школы она ушла из-за того, что устала отвечать на вопросы коллег: «Что такая грустная?», «Почему такие потухшие глазки?», «Когда же у тебя появится принц на белом коне?», «Неужели еще никого не встретила?», «И чего мужикам надо? Все же при тебе!».

Кто был понаглее, тот и продвигался в жизни, а Снежанна так не могла, хоть и понимала, чем и как некоторые женщины добывали себе счастье, подворовывая на время чужих мужей и принимая от них «спонсорскую помощь». Постоянно подливала масла в огонь и ее подружка с институтской скамьи Лика.

– Вот не пойму я, подруга, что им, мужикам, надо? Что ты одна маешься всю жизнь? Уж молодость прошла, так ничего и не получилось.

– Только не голоси как на похоронах! – морщилась Снежанна. – Кому-то везет, кому-то нет…

– Ага! Мужикам улыбаться надо, вешаться на них, делать для них все, а не ходить с видом Снежной королевы. Они у нас сейчас балованные, за них бороться надо, завоевывать. А ты как думала? На одного мужика сейчас по пять баб приходится. Вот он и будет выбирать из пяти. Чем ты лучше остальных? Сейчас уже не прокатит «путь к сердцу мужчины лежит через желудок» или «она мастерица в постели». Надо совмещать все качества, все!

Снежанна с ужасом смотрела на подругу. Вот уж кто-кто, а Лика старалась, из кожи вон просто лезла. И старания ее были вознаграждены, правда, весьма своеобразно. Лика никогда не была одна, вокруг нее постоянно крутились мужчины, но все время разные. Снежанну такое положение дел не устраивало. Она как-то с детства была настроена на одного принца. Только вот он где-то затерялся в жизненных лабиринтах, в юбках других фрейлин.

– Ты не устала быть одной? – допытывалась Лика.

– Что ты хочешь услышать от меня? Крик души?! Конечно, мне плохо одной, но изменить свое отношение к жизни я не могу! Вот уж такая уродилась!

– Бедная ты моя, – обняла ее Лика, – а мой бывший-то, Костик, намекал, что не против был бы познакомиться с моей подругой поближе.

– Ты с ума сошла! – отстранилась от нее Снежанна.

– А что? Он отличный любовник!

– Да как я с ним после тебя? После своей подруги?

– А я что, заразная? Да ладно, не смотри ты так на меня! Все я поняла, так и зачахнешь! У нас на работе тоже такая умная была, все одна да одна… А потом, смотрю, в больничку загремела, что-то там по-женски… вырезали, в общем, все, и дело с концом. Сказали, что для нормального функционирования женской репродуктивной системы необходима регулярная половая жизнь. А по-русски говоря, с мужиками спать надо, плохие они или хорошие – это уже второй вопрос! Иначе и у тебя что-нибудь заболит, и тогда уже поздно будет… и матерью не станешь.

Эти разговоры никогда ни к чему не приводили, Снежанна выслушивала подругу, но всегда оставалась при своем мнении. Но… Его величество случай придал Снежанне невиданное ускорение.

Два раза в неделю Снежанна ездила к одному своему очень богатому клиенту Всеволоду Владимировичу Шубину – давала уроки русского и английского его дочери. Остальные ученики приходили к ней домой, правда, и платили значительно меньше. Чем конкретно занимался Всеволод Владимирович, Снежанна не знала, но платил он ей исправно и очень хорошо. Да и девочка Злата ей нравилась, она была смышленой и любознательной, и у них сложились вполне дружеские отношения.

Поначалу, конечно, были некоторые разногласия, так как девочка была избалована и считала, что Снежанна всего лишь очередная прислуга в доме, которой папа платит и которая должна выполнять свою миссию. А вот слушаться ее вовсе не обязательно. Но Снежанна быстро разъяснила девочке, что она – учительница и Злата должна ее слушаться и уважать. Что ее отец не должен выбрасывать деньги на ветер, платя зарплату преподавателю, который при этом не будет вкладывать знания в свою ученицу.

– Я уважаю тебя, ты уважаешь меня, – сказала она Злате.

– Ага, и при этом тебе платят деньги! – выпалила девочка.

– Любой труд у нас оплачивается, – терпеливо пояснила Снежанна.

– Хорошо… А могу я называть тебя не Снежанна Игоревна, а просто Снежанна? А то у тебя, что имечко, что фамилия, – сморщила носик Злата.

– Ты можешь называть меня по имени, но к взрослому человеку обращаться лучше на «вы», – ответила Снежанна, пряча улыбку.

Злате исполнилось тринадцать лет, она была высокой девочкой с уже намечающимися пышными формами, длинными, темные волосами и круглым лицом с курносым носом. Жили они с отцом в роскошном четырехэтажном коттедже в элитном поселке «Восход», неподалеку от МКАД. В доме было полно прислуги – домработница и кухарка, дворник, следящий за благоустройством территории вокруг, и несколько охранников, а также человек, ухаживающий за зимним садом, и чистильщик бассейна. На дом приезжали личные врачи, массажисты, парикмахеры, портные и еще куча каких-то людей, о роде деятельности которых Снежанна не имела никакого представления.

Непосредственно к Злате, кроме Снежанны, приходила еще учительница музыки. А три дня в неделю девочку возили в элитную частную школу в Подмосковье. Почему-то сама Злата остановила свой выбор именно на Снежанне и всегда заваливала ее кучей вопросов. Снежанна долго старалась держать себя в рамках учителя, но эта девочка смогла влезть к ней в душу и стать чем-то большим, чем просто ученицей.

«Да оно и понятно, – размышляла Снежанна, – у девочки нет ни матери, ни сестры, никого близкого, с кем бы она могла поговорить, посоветоваться, поделиться… Отец все время на работе, да и не очень-то он ее балует своим вниманием. Нет, конечно, Всеволод Владимирович очень заботится о Злате. Она одета, обута, накормлена, он следит за состоянием ее здоровья, дает хорошее образование, ни в чем не отказывает… Но как бы это выразиться… Точно также он заботится и о своем лабрадоре, к которому раз в неделю приезжает личный ветеринар, и о породистых лошадях, за которыми установлен ежедневный ветеринарный контроль, а дорогой корм взвешивают на весах с точностью до грамма. Все у него так вот: ухожено и оплачено, по-богатому и по-крутому. Но ведь для маленькой, одинокой девочки, запертой в стенах дорогой клетки, этого мало. Ведь она не собака и не лошадь, ей нужна любовь, внимание и человеческое общение. Тем более у нее сейчас такой трудный возраст… Может, влюбилась в кого, а поговорить не с кем…»

Один раз Снежанна набралась смелости и прямо заявила об этом Всеволоду Владимировичу. Он сидел в своем кабинете на втором этаже, водрузив ноги на стол, и недоуменно рассматривал Снежанну. Примерно так смотрели бы люди на таракана, вдруг подавшего голос.

Всеволод Владимирович был видным, даже, можно сказать, красивым мужчиной лет сорока с жесткими, темно-пепельными волосами, темно-серыми глазами и плотно сжатыми губами, в одежде предпочитал классические костюмы и белые рубашки, которых у него было великое множество.

– Извините, как вас… – прищурился он.

– Снежанна. Снежанна Игоревна, – быстро ответила она, переминаясь с ноги на ногу. Сесть Всеволод Владимирович ей не предложил.

– Так вот, Снежанна Игоревна, я вам за что плачу? За то, чтобы вы учили мою дочь чему?

– Русскому языку и английскому. – Снежанна чувствовала себя так, словно не выучила урок, а ее вызвали к доске. Она уже понимала, что диалог не получится, и все же она должна была попробовать.

– Вот именно! Кстати, как успехи у моей дочурки?

– Отличные.

– Вот и хорошо, вот и славно, а остальное не должно вас заботить.

– Но у Златы даже нет подружек, ей не с кем поделиться! – не отступала Снежанна.

– А чем ей делиться? – удивился Шубин.

– У каждой девочки ее возраста есть мечты, тайны, которые ей хочется доверить близкой подруге. Впрочем, вам не понять! – махнула она рукой.

– Да уж, маленькой девочкой я никогда не был, – согласился Всеволод Владимирович, смеясь и бесцеремонно рассматривая Снежанну, словно она была его собственностью. – А все, о чем вы мне сейчас поведали, – полная чушь! Мне не нужны в моем доме толпы не нужных зевак и глупое хихиканье.

– Но к вам ходят друзья… – попыталась возразить Снежанна, но Шубин не дал ей договорить:

– Дорогая моя Снежанна Игоревна, у меня нет и никогда не было друзей. Больше скажу, их никогда и не будет. Потому что в наше время, тем более когда ты ведешь крупный бизнес, у тебя могут быть только партнеры, подчиненные и враги. И никому из них нельзя доверять. Меня так отец воспитывал, что человек в этой жизни может рассчитывать только на себя, и я дочь так воспитываю. На следующий год я отправлю ее в частный, закрытый колледж для девочек, в Англию. Пусть получает образование и познает реалии жизни.