Татьяна Луганцева - Суженый-ряженый олигарх

Ознакомительный фрагмент

– Я нормально училась… но по натуре – я чистый гуманитарий. Все предметы с текстом, где нужно читать, запоминать, у меня на твердую пятерку, а вот точные науки… – В голубых глазах Глаши мелькнул такой неподдельный ужас, что ее собеседница рассмеялась:

– Что? Китайская грамота?

– Вот тут бы я поспорила… Китайскую-то грамоту я выучила бы быстрее, а вот цифры не понимаю. Они мне как-то неинтересны.

– А у меня все наоборот! Физика, математика – как раз мое, я в них как рыба в воде. Мне кажется очень интересным решить сложную задачу – сродни выбросу адреналина в кровь. Чем больше цифр в примере, тем интереснее привести их к верному решению. А вот гуманитарное – не мое… А тут, как назло, экзамены начинаются с сочинения, с моего самого «трухлявого» места.

– Трухлявое место… – повторила Глаша, веселясь от всей души, и стала искать синонимы: – Слабое место, гиблое, жуткое…

– Тебе бы сценарии для ужастиков писать! – хихикнула кареглазая девушка. – Но про меня и сочинение – очень точно.

– Зато экзамены заканчиваются физикой, в которой я ничего не понимаю, – вздохнула Глафира.

– Да, обидно, – согласилась собеседница. – Я-то срежусь на сочинении и буду свободна, как птица. А ты сдашь сочинение, биологию… в общем, потратишь кучу нервов и сил и срежешься на последнем экзамене.

– Вот и я о том же думаю. Зачем вообще в мединститут сдавать физику? – пожала плечами Глаша.

– Наверное, специальность такая…

– Какая? – поинтересовалась Глафира.

– Очень серьезная! Все люди как-то зависят друг от друга. Так или иначе. Например, когда мы садимся за руль и выезжаем на дорогу, то представляем опасность для пешеходов и других автолюбителей. Но чисто гипотетически, то есть что-то может случиться неприятное, а может и ничего не произойти… Врачу же люди доверяют свою жизнь не абстрактно, а реально. Вот на приемных экзаменах в мединститут и хотят найти абитуриентов с нормально развитой головой… В смысле, чтобы у них и левое полушарие, и правое работало одинаково… Чтобы человек был всесторонне развит, а не «математик» или «гуманитарий».

Глаша слушала девушку открыв рот. Ее посетило смутное беспокойство:

– Ой, значит, я явно однобоко развита… Что же делать? Я нанесу вред людям?

Незнакомка рассмеялась:

– Да я просто так сказала! Ты что, серьезно поверила? Нельзя быть такой ведомой… Тут же, среди абитуриентов, наверняка и дураков, и мерзавцев полно. Вот какими они будут врачами – большой вопрос! Кстати, меня Настей зовут.

– Глаша, – представилась и Глафира.

Настя огляделась.

– В институт уже пускают. Пойдем вместе, а? Скоро уже начало экзамена.

И девушки вдвоем поспешили в главный корпус.

Так началась их дружба. Много лет спустя Настя с Глашей на вопросы: «Как вы познакомились? С чего началась ваша такая крепкая дружба?» – со смехом отвечали:

– С туалета. В нервной обстановке экзаменов так вот промахнулись и теперь мучаемся…

Но это будет много позже. А в тот день они еле успели к моменту, когда вся огромная разношерстная толпа ринулась в аудиторию для сдачи экзамена.

– Если бы мы сели рядом, я бы проверила твои ошибки, – шепнула новой знакомой Глаша, – но это невозможно. Здесь все предусмотрели: каждого входящего в аудиторию провожают на место, чтобы абитуриенты не расселись по своему желанию…

Девушки встали почти в хвост длинной очереди. Настя постояла некоторое время, потом задумалась. Наконец что-то пришло ей на ум.

– Стой здесь, я сейчас… – шепнула она Глаше.

Девушка начала пропихиваться вперед, извиняясь и говоря, что она не из очереди, но ей надо срочно что-то кому-то передать. Возле двери аудитории Настя замерла на несколько минут, прильнув к косяку. Член приемной комиссии, рассаживавшая абитуриентов, сделала ей замечание:

– Здесь нельзя находиться! Или проходите в аудиторию, или займите свое место в очереди…

– Сейчас-сейчас, я тут минутку постою и уйду! Мне плохо, – проговорила Настя. – Стало очень душно в очереди, перенервничала я что-то… На улицу не хочу идти, боюсь, экзамен пропущу, а здесь в дверях сквозняк. Сейчас подышу немного и уйду…

Через несколько минут Настя вернулась к Глафире и зашептала ей на ухо:

– Закономерность шахматного порядка есть… Сейчас просчитаю, на сколько человек вперед я должна оказаться в очереди, чтобы войти в аудиторию раньше тебя…

– Да как ты встанешь впереди? Никто не пропустит! Все же буквально на взводе!

– Ты меня еще не знаешь… – усмехнулась Настя и снова двинулась вдоль очереди. Потом она вклинилась впереди какого-то парня, поблагодарив судьбу, что нужный по счету человек оказался именно парнем. Дальше разыгрался спектакль о внезапно возникшей неземной любви с первого взгляда. Оторопевший парень ничего не понимал и едва слышал, что говорит незнакомая девица, рассыпаясь ему в комплиментах. И даже не заметил, как та вошла в аудиторию перед ним.

– Вам уже лучше? – спросила распорядительница, узнав Настю.

– Абсолютно! – ответила девушка, ожидая появления в аудитории Глаши.

Расчет оказался верным – Глафира села четко позади нее.

– Гениально! – прошептала Глаша в каштановый затылок новой знакомой.

Вскоре внесли конверт, распечатали его, написали на доске четыре темы для сочинения и начали отсчет времени. Абитуриенты принялись творить. Глафира свое сочинение не проверяла – она писала без ошибок, зато вовсю напрягала зрение, чтобы увидеть лежащее перед Настей сочинение. Как назло, почерк у той был довольно мелкий. Глаша тыкала в спину Насти ручкой, и по количеству «уколов» девушка отсчитывала строчку, а затем слово, в котором допущена ошибка. И так страница за страницей.

Из аудитории они вышли вместе.

– Ты нашла у меня десять ошибок, – вздохнула Настя. – Я бы не написала даже на тройку.

– Десять ошибок – это как раз тройка, – возразила Глафира.

– Все равно я у тебя в долгу и помогу тебе на физике, – с благодарностью пообещала новоиспеченная подруга.

– Как? Опять сядем вместе?

– Сделаем проще, – отмахнулась Настя. И вдруг попросила: – Напиши для меня какой-нибудь текст с цифрами.

– Зачем?

– У меня талант – я умею подделывать документы и подписи. Я просто решу твой вариант задания, полностью написав его твоим почерком. Потом мы вместе поднимемся с места. Главное – правильно рассчитать и одновременно подойти к столу сдачи работ. А там я незаметно передам тебе твой вариант, вот и все. А какой номер задания у тебя, ты мне, где бы я ни сидела, покажешь жестом. Например, три раза пригладишь волосы – задание номер три…

Глафира смотрела на девушку во все глаза. Это был для нее единственный шанс поступить в вуз. Сама она совершенно не умела решать задачи по физике.

– И ты успеешь решить за отведенное время два варианта? – ахнула Глаша.

– В школе я успевала решать четыре варианта, для всех.

– Задачи будут сложные…

– Перед тобой победитель общесоюзной олимпиады по физике, – засмеялась Настя.

– Общесоюзной? – выдохнула Глаша.

– Ага! В Москву ездила. Я там из девочек одна была, как белая овечка в стаде черных баранов. Мне, как победителю олимпиады, давали место без экзаменов в Московском физтехе или на физфаке МГУ. Так что не боись, успею. К тому же здесь не будет очень сложных заданий, все же медвуз, не технический.

– А почему ты…

– Не воспользовалась шансом поступить без экзаменов в Москве? – уточнила Настя.

– Ну, да.

– Из вредности. Надоело, что меня воспринимают как будущее советской физики. Я хочу быть разносторонне развитым человеком. Чем плохо стать врачом? Мои знания и ум пригодятся и в этой области!

– Я даже больше чем уверена, что пригодятся, – согласилась Глаша.

– Вот именно. А если честно… Ты же видишь, что я тоже одна. Отца у меня, можно сказать, и не было, а мама – инвалид. Она, правда, всю жизнь мечтала, чтобы я стала физиком, но ведь у нас в городе такого вуза нет, а уехать в Москву я не могу… На кого я брошу ее? Она так радовалась, что я выиграла олимпиаду, что меня берут учиться в столицу… Знаешь, я до сих пор не решилась ей сказать, что никуда не еду. А у нас в городе самым престижным считается медицинский институт. Мама уважает врачей, вот я и решила втайне от нее поступить сюда и уже постфактум сообщить ей. Конечно, она расстроится, что я не пойду в ту область, в которой у меня, по ее мнению, талант, но поступление в институт подсластит ей пилюлю, – вполне здраво рассуждала Настя.

Глаша с уважением посмотрела на новую знакомую.

– Понятно…

– Ну так что, рискнем на физике? Доверишься мне? Заметь, я тоже рискую. Мы или поступим вместе, или вылетим тоже вместе – за подлог. А поступать надо и тебе, и мне. Это наше уравнение с двумя неизвестными, и мы его решим, вот увидишь!

– Рискнем, – согласилась Глафира. – Хотя я никогда ничем подобным не занималась. Но ты умеешь быть убедительной!