Ирина Волкова - Флирт с дьяволом

— "Потаскуха"? — угрожающе повторила Жозефина. — Ты, маленький несчастный поросёнок, осмелился назвать графиню Мотерси-де-Белей потаскухой?!!

— Все её так называли, — испуганно пожал плечами Карданю. — А как ещё можно назвать женщину, которая на шестом десятке каждую неделю затаскивает себе в постель очередного автомеханика или официанта, к тому же годящегося ей в сыновья, если не во внуки? Ну извини, если я тебя обидел. Ты что, была знакома с графиней и её мужем?

Скрипнув зубами, Жозефина взяла себя в руки и попыталась изобразить на лице нежную улыбку. Улыбка больше напоминала страдальческую гримасу.

— Прости, мой дорогой Наф-наф, — проворковала она. — Я так накинулась на тебя. Просто я ненавижу несправедливость. Я была близкой подругой графини и знаю её, как никто другой. Это была необыкновенная женщина. И, естественно, меня расстроило, что её муж, даже не дождавшись окончания траура, развлекается со стриптизёршами. Интересно, откуда у него взялись деньги? Насколько я знаю, графиня не оставила ему ни гроша. Да и вообще, как ты разыскал его?

— Очень просто, — объяснил Эжен. — Я отправился в поместье графини, и за пятьсот франков дворецкий охотно выложил мне всю историю. Оказывается сразу после смерти жены Пьер познакомился с неким Харитоном Ерофеевым, очень богатым "новым русским", живущим в Болье, и когда выяснилось, что графиня лишила его наследства, Большеухов переехал к нему. Дворецкий знал адрес Ерофеева, поскольку отправлял туда вещи Пьера.

Я стал ждать в засаде около виллы этого русского и увидел, как из ворот выехал чёрный "порше". В нём сидели Пьер, Ерофееев, его я узнал по описанию дворецкого, и ещё один молодой человек, который есть на фотографиях. Я поехал следом, и в конце концов оказался в стрип-клубе, а потом меня чуть не убил этот психопат из банды, который, похоже, тоже следил за Большеуховым.

— Что? — насторожилась графиня. — Какой ещё психопат? Из какой банды?

Эжен смутился. Он уже жалел, что неосторожно сболтнул о Предсмертном Кошмаре. Не дай бог, Жужу станет теперь выяснять, откуда он его знает. Карданю ни за что не хотел рассказывать ей, при каких обстоятельствах они познакомились.

— Один раз я видел его по телевизору в документальной передаче про рокеров и запомнил, потому что такую рожу трудно было не запомнить, — соврал Эжен. — Этот парень, который напал на меня, возглавляет банду "Ангелов Ада", а зовут его, кажется, Предсмертный Кошмар.

— Ну и имечко! — скривилась графиня. — Странно, оно мне что-то напоминает. Что-то очень знакомое. Рокер, главарь банды… Интересно, где я могла о нём слышать?

— Может быть тоже по телевизору? — предположил Карданю.

— Вряд ли. Не помню, — сказала графиня. — Меня гораздо больше интересует, какие дела могут быть у Пьера с этим рокером. А ты не пытался подслушать, о чём говорили эти трое в стрип-клубе?

— Пытался, конечно, — ответил Эжен. — Я даже постоял немного около их столика, притворяясь, что хочу быть поближе к сцене, только они говорили по-русски. Единственное, что я понял, это что в разговоре они часто упоминали о сексе и принцессе Стефании де Монако.

— А при чём тут Стефания? — недоумённо спросила Жозефина.

— Не знаю, — пожал плечами Карданю. — Может они какую-нибудь статью о ней прочитали.

— Ладно. Придёт время, и мы это выясним, — задумчиво произнесла графиня.

Предсмертный кошмар неподвижно застыл над свежим могильным холмиком. За его спиной, почтительно склонив головы, стояли рокеры в чёрных кожаных куртках, сверкающих молниями и заклёпками.

Предсмертный кошмар шмыгнул носом и тыльной стороной ладони незаметно смахнул скатившиеся из глаз слёзы. Он не хотел, чтобы "Ангелы Ада" стали свидетеллями его слабости.

— Прощай, мой любимый "Харлей", — дрогнувшим голосом произнёс рокер. — Я любил тебя даже больше, чем эту сумасшедшую Марию Анжелу. Теперь я потерял вас обоих. Но сколько бы мотоциклов у меня не было, клянусь, я никогда не забуду тебя.

Предсмертный кошмар наклонился и аккуратно положил на могилу букет белых лилий.

— А с тобой, поросёнок-убийца, я ещё посчитаюсь, — угрожающе пробормотал он.

— Мы должны выработать стратегию атаки на Стефанию, — сказал Харитон Ерофеев.

— А что там особо вырабатывать, — лениво откликнулся Влад. — Всё очень просто: пришёл, увидел, победил.

— Не нужно было тебе тогда тормозить, — со вздохом сказал Пьер, обращаясь к Харитону.

— Да прекратите, наконец, цапаться! — рассердился Ерофев. — В конце концов то, что мы делаем, мы делаем для России.

Драчинский фыркнул.

— Плевать мне на Россию, — сказал он. — Лично я делаю это для всего человечества. Мои стихи станут весомым вкладом в мировую культуру. Может быть, я даже Нобелевскую премию получу.

— О господи, — простонал Харитон. — С какими кадрами приходится работать!

— Я тебя предупреждал, — пожал плечами Большеухов. — С ним мы уж точно нарвёмся на неприятности.

— Значит так, — решительно заявил Ерофеев. — Или мы прямо сейчас детально разрабатываем план действий, или вы оба уволены, а пари автоматически аннулируется.

— Как это! — вскинулся Влад. — Ты же слово дал!

— Я хозяин своего слова, — гордо произнёс Харитон. — Хочу — даю, хочу — забираю обратно! Так что кончай валять дурака и займись, наконец, делом.

— Ладно, — сдался Драчинский. — Хотя это чистой воды шантаж. Так чего ты от меня хочешь?

— Мой детектив сообщил, что в ближайшие дни принцесса покинет Австрию, — сказал Ерофеев. — Она хочет побыть в одиночестве и подумать о своей жизни. Похоже, слухи о том, что она собирается снять охотничий домик в Приморских Альпах подтверждаются, но конкретное место Стефания держит в секрете, поскольку она не желает, чтобы за каждой скалой и под каждым кустом торчали репортёры с камерой.

— А как мы её найдём, если она будет скрываться от всех? — поинтересовался Пьер.

— Об этом не беспокойся, — ответил Харитон. — Лучше подумаем о том, как мы будем действовать после того, как узнаем, где поселилась принцесса.

— Занятный вопрос, — заметил Большеухов. — Ведь нам ещё предстоит решить, кто из нас первым познакомится со Стефанией.

— Именно об этом я и хотел поговорить, — кивнул головой Ерофеев. — Вы с вашим вечным соперничеством можете всё дело испортить. Вы должны будете действовать сообща, как одна команда, и чтобы никаких ссор и подлянок по отношению друг к другу. Я предлагаю, чтобы вы одновременно познакомились с принцессой, а дальше всё уже будет зависеть исключительно от вашей инициативы и личного обаяния.

— И как мы с ней познакомимся? — спросил Влад. — Что, прямо так подойдём и представимся?

— Ну зачем же так примитивно! — усмехнулся Харитон. — За Стефанией столько народу бегает, что она на вас и внимания не обратит, а ваше знакомство просто обязано быть эффектным и впечатляющим.

— Что ты имеешь в виду? — с подозрением поинтересовался Пьер.

— Вы спасёте принцессу из рук бандитов или, может быть, даже террористов! — торжественно заявил Ерофеев.

— Что? — приподнялся с места Драчинский. — Только не говори мне, что ты собираешься организовать нападение на Стефанию! Да у неё же куча телохранителей! Во что это ты нас втягиваешь?

— Да не будет с ней никаких телохранителей, — воскликнул Харитон. — Принцесса уже два раза накололась на телохранителях, так что теперь она их не слишком-то жалует. Кроме того, я же сказал, что она хочет побыть в одиночестве. В полном одиночестве.

— Это ты так думаешь, — заметил Большеухов. — В первый раз я готов согласиться с нашим гениальным поэтом: давайте не будем организовывать никаких, пусть даже фиктивных покушений на принцессу. Русских и так уже во всём мире не любят. Мы или экспортируем за рубеж нашу мафию, или просим денег. Нам только терактов в Европе не хватало. Давайте не будем усугублять международную политическую ситуацию.

— А кто сказал, что покушение на Стефанию обязательно должны устроить русские? — удивился Ерофеев. — Во Франции и свои террористы есть. Что вы скажете насчёт Корсиканского Фронта Национального Освобождения?

— Нет! Только не это! — взмолился Влад. — У меня и так виза просрочена. Я не хочу в тюрьму! Ладно, можете не издавать мои стихи, только не втягивайте меня в эту историю!

— Не дрейфь, парень, — подмигнул ему Харитон. — Всё будет просто отлично!

— Всё получилось! Я сделал это! — радостно воскликнул Эжен, врываясь в номер Жозефины.

Он вытащил из кармана миниатюрную кассету от магнитофона и помахал ею в воздухе.

— Я записал их разговор! — добавил Карданю на случай, если Жужу не поняла, о чём идёт речь.