Детектив к зиме - Елена Ивановна Логунова

вся четверка была отправлена Мирославой в приемную к Морису Миндаугасу.

Прошел почти час, прежде чем Миндаугас, проводив двоюродных братьев, зашел в кабинет Мирославы.

— Итак, что мы имеем? — спросил Морис, усаживаясь на стул напротив нее.

— Четверку сумасбродных братцев и убитого соседа под дверью их бабушки, — ответила Мирослава.

— Может, они и не такие уж сумасбродные, — усмехнулся Морис.

— Ты же слышал, сколько времени они морочили мне голову рассказом о причудах своей бабушки.

— Слышал. Но пришли-то они к нам из-за убийства соседа.

— С этого и надо было начинать, — сердито ответила Мирослава.

— Наверное, рассказом о бабушке они хотели ввести вас в курс дела.

— Не знаю я, чего они хотели, но заниматься я собираюсь убийством соседа, а с капризами своей бабушки пусть они разбираются сами.

— И все-таки странно, — проговорил Морис.

— Что странно?

— Зачем братьям оплачивать расследование убийства соседа?

— Разве ты не понял?

— Что именно?

— Они все четверо уверены, что убить хотели жениха их бабушки, Ефима Трофимовича Скоробогатова.

— А вы в этом не уверены?

— Пока я ни в чем не уверена.

— С чего вы собираетесь начать?

— С кого, а не с чего, — поправила помощника Мирослава.

— С кого, — послушно повторил Морис.

— Как и настоятельно советовали мне Гришины, с давней подруги их бабушки.

— Интересно, почему вы решили последовать их совету? — спросил Морис. А про себя подумал: «Это так не похоже на вас».

— Потому что хочу побольше узнать о прошлом бабушки наших клиентов.

Морис не стал спрашивать, зачем ей это надо, спросил только:

— А чем заняться мне?

— Нырни в интернет и узнай все, что можно, о братьях, их родителях, о бизнесе жениха Ираиды Максимовны.

— А о ней самой? — спросил Морис.

— Ну, если она там засветилась, то да. И еще о курсах женского счастья для великовозрастных дам.

— Хорошо, — ответил помощник детектива.

* * *

На следующий день рано утром Мирослава уехала в город. С вчера она долго думала над тем, предупредить ли ей о своем визите подругу Гришиной или нагрянуть к Карпухиной неожиданно.

В конце концов она решила позвонить Елене Анатольевне. Скорее всего, женщина захочет перезвонить кому-то из братьев, не поверив детективу на слово.

«И это правильно, — подумала Мирослава, — в пожилом возрасте опасно быть доверчивой. Да и в любом другом возрасте в наше время тоже».

Когда Мирослава позвонила давней подруге Ираиды Максимовны на домашний телефон, та, нисколько не удивившись, внимательно выслушала детектива и спокойно проговорила:

— Хорошо, я буду вас ждать. Пташка я ранняя, поэтому не могли бы вы приехать часам к девяти утра?

Мирослава согласилась, хотя и понимала, что встать ей придется ни свет ни заря, учитывая не только расстояние до города, но и возможность пробок.

Без пяти девять на следующее утро она стояла возле двери подъезда, в котором жила Карпухина, и жала на кнопку домофона.

Дверь открылась сразу, из домофона прозвучало:

— Заходите, пожалуйста.

Мирослава про себя удивилась уверенности женщины в том, что пришла именно она, и решила про себя, что незваные гости к Елене Анатольевне не ходят.

Времени до назначенного срока оставалось совсем мало, поэтому детектив, вопреки своей привычке, поднялась на лифте.

Хозяйка поджидала ее возле открытой двери.

— Здравствуйте, Мирослава Волгина, — произнесла она со сдержанной улыбкой.

— Здравствуйте, Елена Анатольевна, — вежливо ответила детектив и шагнула в квартиру, повинуясь приглашающему жесту хозяйки.

Карпухина привела ее в гостиную, усадила в одно из кресел возле журнального столика и тоном светской дамы спросила:

— Вам чай, кофе?

— Спасибо, — дружелюбно улыбнулась детектив, — можно просто побеседовать?

— Можно, — важно кивнула хозяйка квартиры и, пододвигая поближе к гостье сразу две вазы — с конфетами и крупными, судя по всему, крымскими яблоками, предложила: — Угощайтесь.

— Спасибо, — улыбнулась Мирослава, взяла из вазы яблоко и положила его рядом с собой. — Елена Анатольевна, внуки вашей подруги обратились в наше агентство для того, чтобы мы расследовали убийство соседа вашей подруги…

— Я все знаю! — перебила ее Карпухина.

— Даже так? — обронила Мирослава.

— Мальчики позвонили мне и все рассказали.

— Я вижу, что вы у них в авторитете, — попыталась пошутить детектив.

Но Карпухина приняла ее слова за чистую монету и сказала с нескрываемой гордостью в голосе:

— Конечно! Ведь они росли на моих глазах, — пояснила она и добавила: — И даже где-то на моих руках. А сейчас они оказались в сложной ситуации.

— Вы имеете в виду убийство соседа Ираиды Максимовны?.. — осторожно спросила детектив.

— Я имею в виду поведение Ираиды!

— То есть?

— Сами подумайте, как надо себя вести, чтобы у тебя на пороге убили человека!

— По-моему, от этого никто не застрахован, — заметила Мирослава.

— Ничего подобного! — резко возразила женщина и добавила безапелляционно: — Такого никогда не могло случиться со мной!

— Возможно, — не стала спорить Мирослава и попросила: — Елена Анатольевна, не могли бы вы рассказать о своей подруге?

— Конечно, могла бы, — вздохнув, ответила женщина. — Мы с Ираидочкой знакомы с ранней юности. Вместе в институт поступали, вместе учились, в один год вышли замуж за своих сокурсников, гуляли друг у друга на свадьбе. Потом пошли дети. У меня двое, у Ираидочки четверо. Появились внуки. В один год мужей похоронили. И после этого еще больше сблизились. Я была уверена, что мы так и будем тихо-смирно доживать свой век. И вдруг, — глаза женщины гневно сверкнули, — все в одночасье изменилось!

— В одночасье? — переспросила Мирослава.

— Можно сказать, что именно так все и было! Представляете, внуки решили то ли сделать бабушке сюрприз, то ли разыграть ее, взяли и записали ее на курсы женского счастья для тех, кому за семьдесят?!

— И Ираида Максимовна пошла на курсы?

— Не то слово пошла! — сердито взмахнула рукой Елена Анатольевна. — Побежала! Вприпрыжку! И что тут началось!

— Что?

— Ираиду точно подменили!

— Чего же именно в ней коснулись перемены?

— Она стала совершенно другим человеком!

— Например?

— За примером далеко ходить не надо, — насупилась женщина, — Ираида, как молоденькая, стала шастать по кабакам! Посещать стриптиз!

— С кем же она ходила?

— С такими же вертихвостками, в какую превратилась сама!

— И где же она с ними познакомилась?

— Вот на этом самом тренинге женского счастья!

— Понятно.

— Но это не все! Она стала ходить на быстрые свидания!

Мирослава, чтобы не улыбнуться, подняла вверх брови, имитируя удивление.

— Вы вот удивляетесь!

— Не то чтобы очень…

— А ведь это бесстыдство! Если хотите, распущенность! — перебила ее Карпухина.

— Думаю, что в этом нет ничего особо предосудительного, — попыталась Мирослава встать на защиту Гришиной.

— Как это нет?! — напустилась на нее Карпухина. — Как можно так вести себя в нашем-то с ней возрасте?!