Мафия. Одиннадцать ночей - Илья Андреевич Калеватов

напрочь разбив панорамное стекло с восьмого этажа.

Двое возлюбленных одновременно подошли к окну. Спустя длительное время Петр все же сказал:

— Спасибо.

— Сама в шоке.

День четвертый. Он ушел…

Мирон уже два дня не видел Михаила, после того, как они на руках унесли Ольгу в больницу. Мирон знал, что его друг — личность ранимая, но не так же, чтобы прям страдать. В первый день товарищ крикнул, что не может, а после этого началась тишь да гладь, которая не шутку раскалила обеспокоенность в мироновском сердце. Наконец, тот не выдержал и побежал к Виктории:

— Вы же главная сейчас? Откройте номер Михаила!

— Я не могу, — возразила она. — Это его личное пространство, и мы не вправе его нарушать. Может, он обиделся на вас и поэтому не выходит на связь?

— Да мы, если хотите знать, ни разу не ссорились. Вот такие мы! — Мирон был горд, но сразу же напрягся опять. — Поймите, вы же врач. А если он сейчас умирает и у нас последний шанс его спасти? Пожалуйста, я бы не побеспокоил Вас по ерунде.

— Ну хорошо, — согласилась Виктория. На чужие проблемы ей уже было все равно, так что от нее не убудет теперь.

Открыв дверь, люди обнаружили Михаила повешенным.

— Господи! — воскликнул Мирон и закричал. — Его убили!

— Нет, — грустно произнесла Виктория. — Это суицид. Тут я уверена наверняка.

Рядом на полу лежал листок бумаги и карандаш. Это было прощальное письмо:

"Простите меня. Да, самоубийство — самый большой грех, но иначе я не мог. Перед глазами застыло окровавленное тело Ольги и я начал вскакивать ночью. После началось еще хуже — я стал слышать ее голос. Да, смерть — самый простой выход, но я никогда не любил сложных путей. Я сам себя доконал и теперь мне же это и разгребать. Я не знаю, каково пришлось вам это видеть, но хотя бы приблизительно поймите, что я чувствовал по поводу Ольги. Надеюсь, мы когда-нибудь еще встретимся. Но не в этой реальности…"

— Шизофрения, — вздохнула Виктория. — Теперь уже ничего не поделаешь. Сможете его донести до медпункта? Только сначала за носилками сходим, а то вот так нести его по улице нельзя.

— Люди уже достаточно видели, им будет все равно.

— Но мы не можем опустить руки и идти назад в эволюции. Давайте же. Если не можете, я могу попросить другого.

— Да нет, — сказал Мирон. — Все нормально.

Ночь пятая. Двое на одного

Патрульный

Василиса сидела все в том же баре на ресепшене и задумалась. Именно она направила Любовь в нужное русло, где впоследствие погибла Маргарита. Смертей уже не скрывали от посетителей, чтобы не сеять смуту. Василису же только пугало: "Кто была эта самая Маргарита?".

Девушка не любила ждать и отправилась в хижину Маргариты, которая в данный момент пустовала в ожидании полиции. У Петра же не было ордера на обыск, а у того, у кого он был, уже нет самого его.

Подойдя поближе к хижине, Василиса увидела выходящего оттуда Петра.

"Только этого еще не хватало, неприятностей и так много" — подумала она и развернулась, чтобы уйти.

— Василиса, подождите! — крикнул вдогонку Петр и подбежал к спутнице.

— Да? — как можно приветливей спросила Василиса, всем видом показывая, что она просто проходила мимо, но Петр даже не собирался играть с ней в какую-либо игру и напрямую заявил:

— Слушайте, время сейчас непростое в отеле, все ждут Кирилла с полицией. Но пока те придут, никого в живых может не остаться. Как Вы могли заметить, я совершенно беспардонно влез в номер к Маргарите и обыскал ее вещи. У меня к Вам просьба ради всех нас. Не могли ли Вы пойти сейчас к хижине Яши?

— Зачем? — недоверчиво спросила Василиса.

— Скорее всего, Вы их цель. Но эта цель ошибочна. К Вам ведь не заходил на днях Марк?

— Он? Заходил? — фыркнула "жертва". — Еще чего скажите?

— Именно поэтому мы должны Вас спасти. Я не дам никого в обиду.

— С чего мне тебе верить?

Петр предъявил свой полицейский орден.

— Хорошо, — согласилась Василиса. — С чего это ты мне веришь?

— Просто верю. На веру доказательства не нужны.

Мафия

— Послушай, тут девушка тусовалась около дома Маргариты, как думаешь, что ей надо? — сказала Мария Олегу.

— Мне то какое дело? Я тут не главный, — заявил Олег. Он понял, что кто главный, тот быстрее всех умирает, поэтому лучше просто лежать на диване (как он сейчас это и делал) и слепо выполнять все, что приказывают.

— Сейчас же иди и застрели ее! — приказала Мария.

— Мне что, делать нечего?

— Я женщина! Иди. Свяжемся по рации, выполняй все мои приказы, никакой самодеятельности. Выстрелил — и ушел.

Олег неохотно встал с дивана и пошел за снайперской винтовкой, которая без дела пылилась в шкафу.

Якудза

Василиса осторожно подошла к хижине Яши. Увидев в окно девушку, парень решил, что судьба стала благосклонна к нему, то и дело посылая на жертву нужных ему людей. Еще немного и такими темпами он свергнет Яну. Только Яша и не подозревал, что жертва-то как раз — он.

Яша вышел из номера и направился к девушке. Многочисленный опыт жизни в отеле показал, что здесь старыми способами действовать нельзя, нужно во что бы то ни стало резко накидываться на конечную цель, словно кот на мышь. Он быстрыми шагами направился к Василисе, та быстрыми шагами начала отходить. Когда же убийца ускорил шаг, она развернулась и побежала. Тот прыгнул на нее, но тут же упал, выронив нож прямо около ног напуганной до смерти Василисы.

Мафия

— Прием, я на позиции, — проверил связь по рации Олег.

— Отлично, видишь Белку? — спросила Мария.

— Нет, только Василису, — недопонял снайпер.

— Дурак, — стукнула себя по лбу Мария. — Это кодовое имя цели.

— Ок.

— Стреляй.

Олег стрельнул.

— Она жива? — поинтересовалась Мария, услышав выстрел.

— Да.

— Кровью сильно истекает?

— Нет.

— Ты куда попал?

— В небо.

— Дурак? В нее надо было стрелять.

— Понял.

Олег стрельнул.

— Она жива? — со вздохом и без надежды спросила во второй раз нынешняя глава преступной сети.

— Да.

— Ты куда стрелял?

— В нее.

— А попал куда?

— В Яшу.

— Господи, — произнесла Мария и нечаянно уронила рацию. Та упала в тазик с водой, оставленный ею на днях, чтобы отстирать одежду от крови, и сломалась полностью и до конца.

Олег же должен был