Дамочка с гарантией - Татьяна Игоревна Луганцева

не понимаю! Вы не смеете бросать поиски! Это пять человек! Пять!! — Зачем-то показал следователю на пальцах Мартин, сжимая кисть в кулак.

— Поиски продолжатся, успокойся, но уже не так интенсивно. Самолет полностью обнаружен на земле, людей там точно нет. Значит, они в море. Больше двух суток прошло! В море долго искать нет смысла, — сказал Анатолий.

Мартин резко развернулся и поспешил прочь, к причалу. Он сразу же нашел свои яхту и катер и решил выйти в море на катере.

— Мартин, вы куда так спешите? — спросил его мужчина, который был нанят морским рабочим и присматривал за яхтой и двумя катерами, принадлежавшими семье Вейкиных.

— Я буду самостоятельно искать Яну и других пропавших людей. Я иду в море сам, — ответил Юрию Мартин.

Он всегда знал, как зовут людей, которые на него работали, и даже помнил, когда у них дни рождения, был всегда приветлив и вежлив с персоналом, что у себя в клубе, что здесь, в санатории.

Теперь еще временно и в культурном центре, о помощи в котором его попросила Яна.

Он прекрасно сам управлялся со своим водным транспортом, имел сертификаты на вождение, все катера и яхта проходили все нужные профилактические осмотры. Если требовался ремонт, Мартин никогда не жалел на него никаких денег. Он был человеком военным и ответственным и понимал, что от состояния техники зависит жизнь людей. Точно так же он следил и за самолетом. Известие о том, что тот рухнул, повергло Мартина в шок.

— Шеф, можно я с вами? Вы не в лучшем состоянии, помощник точно не помешает. — Юра, не дожидаясь его ответа, уже прыгнул на палубу, пряча швартовые.

Мартин на приличной скорости вышел в море, ориентируясь и по приборам, и по карте, он держал курс на тот квадрат поиска, который просто навсегда отпечатался у него в голове.

— Там все осмотрели. Я с ребятами говорил. Местное население тоже пыталось помочь — кто на катере, кто на лодке, — сказал в широкую спину Мартина Юрий.

Шеф молчал и до боли в глазах всматривался в море. Линия горизонта начала плавать перед глазами. Его тошнило и мутило, чего раньше на воде с Мартином никогда не наблюдалось. И на море поднялись уже достаточно высокие волны.

— Будет буря, передавали штормовое предупреждение, — снова сказал Юра.

— Мне все равно, а ты зря со мной увязался, подойдем к земле, я тебя высажу.

— Нет, я с вами. Просто рисковать жизнью не стоит. Вы сейчас в отчаянии просто. Я понимаю.

— Только не надо мне говорить, что время лечит, я чувствую, что она жива и ждет моей помощи, — ответил Мартин.

— Самое страшное — это смириться с потерей близкого человека. А если не будет найдено тело, то смириться с этим вообще невозможно. Человек переходит в разряд пропавших без вести, и родственники годами думают, что он жив. Им так легче жить — с надеждой.

— Юра, ты прости меня, конечно, но просто заткнись.

Несколько часов они колесили по морю. Мартин понимал, что надо расширять радиус поиска, прикидывал, в каком направлении течение могло отнести людей.

Их катер уже сильно скакал по волнам, но Мартин уверенно стоял у штурвала. Один раз он попросил Юру его подменить, потому что самого Мартина выворачивало за борт.

— Накачали какой-то дрянью. Что можно было сделать, чтобы заставить человека все время спать? — выругался Мартин и посмотрел на темные, атакующие волны.

Дикое желание шагнуть в эту пучину накрыло его с головой. «Зачем жить, страдая? А так и ушли бы вместе…»

Мартин закрыл глаза и вспомнил Яну: то прижимающуюся к нему сзади на мотоцикле, то в красивом вечернем платье, похожую на голливудскую кинодиву, то трогательную и нежную с маленьким ребенком на руках. Она могла быть такой разной. Мартин открыл глаза.

«Ева! Ее Ева, ее жизнь. У нее нет отца, и если… Нет, нет, Яна мне этого никогда не простит. И еще одна девочка — Настя — тоже сирота. Яна мечтала удочерить ее. Куда они теперь? Я не могу подвести ее. Я буду биться за этих девочек ради нее. Они не останутся сиротами», — решил для себя Мартин.

Юра крикнул ему:

— Шеф, с вами все в порядке? Что-то вы долго! Еще вывалитесь за борт. Идите сюда. Сильная качка.

Мартин вернулся на капитанское место, его пульс зашкаливал. Для себя он твердо решил: если не найдет Яну, на всю жизнь останется один, но посвятит эту жизнь детям Яны.

— Не нравится мне все это, — покачал головой Юра, — буря идет, смотрите, как небо темнеет. Скоро и это огненное пятно исчезнет. Мы только сейчас можем его использовать как маяк. И относительно него и надо отходить к берегу.

— Что это за пятно? — оживился Мартин. — Там что, еще остров? Я его не видел на поисковых картах.

— Кто там будет искать? Это не остров, а вулкан, причем действующий. Там все лавой залито. И не может там быть никаких людей. Если в воде не утонули, то в огне сгорели.

— Идем к вулкану, — через несколько секунд тишины сказал Мартин тоном, не терпящим возражений.

— Мартин Романович, зачем? Не надо! Это верная погибель! — занервничал Юрий. — Вы с ума сошли!

— Никто и ничто меня не остановит!

Мартин твердо держал курс на пылающий остров. В его глазах стояла картина из сна: Яна в огне, с развевающимися светлыми волосами, молящая о помощи.

Глава седьмая

— Ты уникальная женщина, Яна! На вулкане, покрытом пеплом и лавой, все-таки найти несколько не сгоревших веток, — обрадовался Витольд Леонидович.

— А вы у меня уникальные ребята. Это же надо было принять действующий вулкан за остров с разбивающимся, то есть разбившимся самолетом! — усмехнулась Яна.

— Я уже понимал, когда мы подплывали, что здесь не пахнет разбившимся самолетом, но сил-то плыть в другое место у нас уже тоже не было. И так мы с Ваней были на морально-волевых.

Они все понимали, что выжили чудом, что уже пару дней находятся в этом «чертовом месте», которое, увы, не стало их «местом спасения». Они все также понимали, что почему-то службы спасения их не нашли, и что долго они без воды не протянут. Чувство голода было ничто по сравнению с жаждой. Скрип пепла и песка на зубах и сухость слизистой уже сводила с ума. Человек может долго ждать чего-то, если точно знает чего. Но время ожидания у них уже заканчивалось. Поэтому спасенные боролись до последнего шанса и обследовали сантиметр за сантиметром земли,