Волчье логово божьих коровок - Маргарита Эдуардовна Южина

сплетни тут собирать не позволю! Не успела заявиться, а уж про хозяев не знает что наплести!!

Дездемона Карповна вздохнула:

— Нет, видно, все же придется жениться на старике-то… Никак не понимает человек, что к нему с добрым сердцем…

Домой Дездемона возвращалась отчего-то жутко уставшая, и даже не хотелось пройтись по магазинам. Да и зачем? Кака все равно домой заглядывал редко — прибежит, бывало, да все чаще, когда жены дома нет, и снова улетучится. И зачем ей на магазины тратиться? А может быть, они с Какой и в самом деле уже чужие люди? Надоела она ему, молоденькую теперь обхаживает. И хотелось бы у мужа все выспросить, да самой некогда было.

В этот день Дездемона пришла на работу без опоздания. Сегодня была ее первая суббота, и она хотела отпроситься пораньше. Вообще-то считалось, что у нее один выходной — воскресенье, но уж так давно она не видела Дёмика, так соскучилась по Яночке, по Данилу, по Ане с ее Володей, да и по Аркадию, куда ж без него, что твердо решила — отпросится!

Однако, прямо с порога ее огорошил Кирилл Мокеевич:

— Манечка, а у нас сегодня гости! — сверкал он искусственными зубами. — Тебе надо приодеться. Ника тебе приготовила, сходи наверх.

Ника и в самом деле — всегда находила для таких случаев что-нибудь подходящее. У нее был закуплен целый склад «для мамочки», и девушка охотно дарила вещи подружке свекра. Дездемону это всегда радовало, но только не сегодня. Она уже хорошо знала — гости, это работа до позднего вечера. А то и до полуночи! А сегодня ей совсем не хотелось хоронить субботу с этим стариком.

— Нет-нет, сегодня я никак, — категорически замотала головой Дездемона. — Отмените встречу, скажите, что я смогу принять их только в понедельник!

— Но… краса моя! Люди будут здесь уже в три! Так не делается! И потом… не стоит забывать — это есть твоя работа.

— Да? А если я сверхурочно не работаю? — прищурилась Дездемона. — Я ж не какая-то там… ночная капустница, чтобы свои выходные тратить черт знает на что!! Я серьезная дама! И хочу домой!

— Без денег? — лукаво склонил голову старик.

— С деньгами! Только с ними! А как же!

— Ну тогда… никаких суббот, выходной только в воскресенье.

Дездемона насупилась. Хорошо, она ему устроит светский раут!!

Для начала она просто не стала переодеваться. Она еще не заработала на богатые наряды, а подачки этого… хама! она принимать не будет!

— Манечка, там тебе Ника приготовила … — попытался было напомнить ей Кирилл Мокеевич, но та его перебила.

— Я помню! Но я буду в своем! У меня платье хоть и не Армани, но… зато …тоже… ручной работы! У нас как раз тогда еще машинки не было…

— Как угодно, пышечка моя, как угодно… — на все соглашался прилипчивый кавалер.

И Дездемона была в своем! Конечно, потом уже пожалела, потому что дамы блистали чем могли — и оголенными плечами, и бриллиантами и новыми, скрипящими платьями, и лишь Дездемона Карповна явно выбивалась из их среды в своем пестреньком наряде. Зато как тоскливо смотрел на нее Кирилл Мокеевич! Как тревожно бегали глазки у Ники! Как нервничал Лео! Да она в следующий раз и вовсе в халате придет! Пусть знают — у нее тоже есть собственное достоинство!

Злилась Дездемона не напрасно — гости совсем потеряли стыд и даже в три ночи еще не думали расходиться. К таким приемам Дездемона Карповна была не готова. У нее уже давно был выработан режим, да и не привыкла она скакать по ночам. А посему женщина тихонько подошла к Леониду и попросила:

— Ленчик, отвез бы ты меня домой, а? тут уж и без меня весело.

— Только, если отец не против, — предательски поджал губы тот. А потом радостно распахнул глаза. — Да как же я отвезу — я ж уже выпил!

— Вот гад, а? — запыхтела Дездемона. — А скоро эти скакуны остепенятся?

Леонид только пожал плечами.

Конечно, самой Дездемоне до дому было не добраться, и потому она просто удалилась в дальнюю комнату на втором этаже, свернулась на диванчике клубочком и… и тут же уснула.

Проснулась она от ужасного воя.

В глаза бил свет, ее окружали серые стены, и неизвестная комната была наполнена странными людьми. Люди были нездоровы, это она поняла сразу. Кто-то сидел на кровати и беспрерывно качался, кто-то заунывно выл, кто-то лез к ней слюнявыми руками и смотрел совсем безумными глазами, кто-то корчился на полу…

Дездемона от ужаса даже не могла кричать. Вокруг были не только мужчины, но и женщины. Или даже не так… это были люди без пола, просто… просто люди! И они были безумны, это совершенно точно! И лежала она, крепко привязанная к железной кровати, на голом матрасе…

Это был сон… чудовищный, страшный сон… Дездемона щипала себя за руку, за ногу, ощущала боль, но у нее выпало из головы — что это значит. Ее голова в этот момент вообще не могла ничего соображать. В ней царил только ужас!

А к ней уже тянулись липкие руки, кто-то тянул с нее пестрое, цветастое платье, кто-то пораненным пальцем рисовал на ее ногах кривые линии, и оставалась длинная, мерзкая, кровяная полоса, чья-то невидимая рука дернула за волосы так, что из глаз брызнули слезы.

— Н-не трогай… те меня… не надо… — по овечьи проблеяла Дездемона, понимая, что ее никто не собирается слушать. — Уйдите.

И снова руки! Кто-то уже вовсю трепал голову, кто-то лез в глаза, и даже в рот — чтобы вытащить язык! И тут Дездемона не выдержала. Она закричала что есть мочи! Чтобы отпугнуть эти противные, мерзкие руки! Чтобы проснуться! Чтобы… чтобы прекратить этот кошмар!.. Но кошмар продолжался. В комнату не торопливо вошли два здоровенных мужика в синих шапочках, с силой дернули Дездемону за руку, и она почувствовала, как в ее вены впивается игла.

И все. И тишина. И никаких рук… а потом шепот…кто-то был рядом с ней…кто-то гладил ее руки, ноги…Опять безумцы? Нет!!!!!

— Не-е-е-т… — уже сквозь слезы слабо проговорила она …и открыла глаза.

Она лежала на том же самом месте, где уснула, только в глаза теперь бил солнечный свет, а рядом с ней, на диване сидел Кирилл Мокеевич и гладил своей рукой ее ноги и руки.

Господи!! Она и не знала, что когда-нибудь будет так радоваться этому старикану!!

— Кирилл Мокеевич… — всхлипнула она и уткнулась ему в руку. — Ну как хорошо-то…

— А чего тебе снилось — то? — спросил Леонид, он тоже был здесь. — Весь дом пробудила.