Все красное или преступления в Аллероде - Хмелевская Иоанна

– Здесь тоже осталось совсем немного.

Всеми этими репликами мы обменивались вполголоса, в кухне было тихо, поэтому вопль, который издала Алиция, прозвучал как гром трубы иерихонской.

Банка с кофе вылетела у Зоси из рук, Павел уронил чашку с блюдечком. Я не нанесла Алиции никакого материального ущерба по той лишь причине, что в этот момент у меня ничего не было в руках. В дверях появилась разъяренная Алиция.

– Холера! Только этого мне не хватало! Напрочь забыла!

В руке она держала какую-то бумажку.

– Тетка Торкиля пишет… О! Что у вас тут произошло?

– Ничего особенного. Только в следующий раз воздержись, пожалуйста, от резких, неожиданных криков, уж слишком нервная атмосфера в твоем доме.

Черепки блюдечка и чашки, присыпанные кофе, образовали на полу интересную композицию. Кофейная банка не разбилась, а покатилась под стол, оставляя за собой темную полосу в форме правильного полумесяца, так что Павел имел все основания заметить:

– Абстракция получилась.

Зося наконец пришла в себя и, стряхнув с тапочек осколки чайной посуды, сказала:

– Ну и отпуск у меня! Если я не сойду здесь с ума – будет чудо. Что такое могла написать тебе тетка Торкиля, чтобы нас так пугать? И кофе весь высыпался. Есть еще у тебя где-нибудь в запасе?

– Понятия не имею. Иоанна, посмотри в шкафчике, там слева банка.

– Здесь какао, здесь порошок шоколада, а тут действительно кофе, окаменелые остатки растворимого.

Павел наводил порядок в кухне. Вытащив из-под стола банку, он заглянул в нее и поспешил нас обрадовать:

– Еще немного осталось. И я могу ложечкой собрать с черепков на полу…

– Я тебе соберу! – возмутилась Зося, вырвала у него из рук совок со щеткой и лично подмела пол. Алиция высыпала остатки кофе из стеклянной банки в маленькую подручную, с грустью заметив при этом:

– Как-то быстро израсходовалась эта банка. Я начала вчера, вы докончили сегодня…

Не забыть завтра купить новый кофе.

– Тут еще закаменевший растворимый, может, растворится.

– Конечно, растворится. Впрочем, сегодня мы ляжем спать пораньше и кофе пить не будем.

– Если не появятся гости, – легкомысленно добавил Павел.

В недобрый час добавил! Из-за всех свалившихся на нас неприятностей мы как-то совсем забыли о том, что вот-вот должны приехать Владя с Марианной. Владя, наш земляк, и Марианна, его швейцарская жена, считали вполне достаточным краткое сообщение о своем приезде «в ближайшее время». Для Алиции, и без того угнетенной незапланированным нашествием на Аллерод, в их приезде единственным положительным моментом была возможность вновь сцепиться с Владей из-за пуговиц. Эта тема уже много лет живо интересовала обе стороны и приводила к ожесточенным ссорам.

Владя считал пришивание пуговиц одной из главных обязанностей жены, причем формулировка «пришивание пуговиц» была чисто условной и охватывала все отвратительные дела по ведению домашнего хозяйства. Марианна послушно подчинялась тирании, хотя у нее много времени отнимала и ее основная работа. Алиция же никак не могла со всем этим согласиться и с пеной у рта отстаивала равноправие женщин.

Так вот, не успел еще Павел закончить своего легкомысленного пророчества, как машина Влади и Марианны остановилась у дома, а они сами постучали в дверь.

Увидев их, Зося тут же жутко разнервничалась – ведь все знали, что как Владя, так и Марианна не могут жить без кофе, а тут, после целого дня в машине, просто умрут на месте, если его немедленно не получат.

– Нет, это ужасно, так не везет! Надо еще сегодня купить кофе. Павел! Немедленно… Алиция, где сейчас можно купить кофе?

– Рожу я его тебе, что ли? – пробурчал Павел, не проявляя никаких признаков инициативы, а тем более энтузиазма. По каким-то непонятным для нас причинам он не выносил Влади.

– Поужинали мы в Роскилле, а на кофе приехали к тебе! – меж тем радостно выкрикивал Владя в общем шуме приветствий, не понимая, что тем самым окончательно добивает нас – Уж кофе-то у тебя всегда найдется!

– Ну вот! – совсем расстроилась Зося и повторила свой вопрос:

– Алиция, где сейчас можно купить кофе?

– В эту пору нигде, – безжалостно ответила я. – То есть можно купить в автоматах или на центральном вокзале в Копенгагене. Автоматы в Аллероде есть, один в центре, второй рядом с домом нашей подруги Ирмы, третий – третий тоже где-то есть…

– Павел, немедленно отправляйся!

– Но в автоматах продается не лучший кофе…

– Все равно! Купи самый дорогой. И отправляйся же, чего ты еще ждешь?

Наконец Павла удалось выпихнуть. Владя с Марианной без зазрения совести продолжали выпрашивать кофе. Алиция высыпала в кофеварку жалкие остатки кофе из несчастной банки. Их хватило как раз на две чашки. Сама она допивала свой оставшийся с обеда, холодный, Зосе же достался окаменевший растворимый.

Вечер проходил поначалу в теплой, приятной обстановке.

– Подумать только! – то и дело восклицал Владя, потрясенный событиями в Аллероде. – Эдика убили! Тут, в этом доме?!

Казалось, что преступлений в доме Алиции и дорожных впечатлений гостей, проехавших пол-Европы, вполне хватит на весь вечер до глубокой ночи, и до глубокой ночи сохранится теплая, приятная обстановка. Так бы оно и произошло, не сойдись вместе Алиция и Владя. Вскоре застарелый антагонизм дал себя знать. Поводом послужило совершенно незначительное на первый взгляд обстоятельство. Ибо, к несчастью, еще вчера Владя где-то умудрился зацепиться за что-то и надорвал карман пиджака, а Марианна – о ужас! – до сих пор его не зашила…

– У меня есть еще соленые фисташки, – услышав о кармане, ядовито заметила Алиция, – только я не знаю, стоит ли их вам давать. Марианна очень устала и вряд ли сможет их как следует для тебя разгрызть…

Этого было достаточно. Владю всегда отличала быстрая реакция, так что уже через минуту за столом гремела и бушевала расчудесная ссора. Преступления немедленно были забыты, о дорожных впечатлениях смешно было и говорить, мы забыли даже и о том, что Павлу давно следовало бы возвратиться. Алиция и Владя с наслаждением забрасывали друг друга восхитительными оскорблениями и инсинуациями. Слушать их было одно удовольствие. Мы с Зосей не вмешивались, лишь изредка позволяя себе подлить немного масла в огонь. Хотя огонь и без того неплохо горел. В Польше их ссоры были куда менее темпераментны. Но вот Марианна отчаянно, просто как-то судорожно зевнула, видимо, будучи не в состоянии справиться с собой. Алиция моментально опомнилась, сорвалась с места и демонстративно занялась своей гостьей, полностью игнорируя Владю. Марианна устала, Марианне нужно немедленно лечь в постель, Марианне просто необходимо выспаться!

Тут вдруг Зося спохватилась, что Павла до сих пор нет. Вмиг забыв о Марианне с Владей, мы всецело переключились на Павла.

Я высказала предположение, что он поехал все-таки на Центральный вокзал в Копенгаген.

– Ну, в таком случае он уже не вернется, – мрачно заявила Алиция, неизвестно почему бросая убийственный взгляд на Владю. – Скоро двенадцать, он не успеет на последний поезд в двенадцать двадцать.

– Успеет, ведь он уже давно уехал.

– Но он не захватил денег на билет! – простонала Зося. – Я ему выдала только на кофе.

– Зайцем поедет, большое дело!

Владя с Марианной проявили такое равнодушие к поднятой теме, что это было даже неприлично. Марианна уже и не пыталась скрыть усталости, а Владя, потратив всю энергию на ссору с Алицией, сам теперь зевал просто душераздирающе. Того и гляди, вывихнет челюсть! Что-то надо было с ними срочно делать.

Алиция вытащила меня из кухни на совет:

– Послушай, где мне их положить? Куда мог подеваться этот Павел? Я уже места себе не нахожу. Что делать?

– Сначала избавиться от Влади с Марианной. Ведь где-то же ты их предполагала разместить?

– В маленьких комнатках, но там сейчас спят Зося и Павел. Господи, где же этот Павел? Или там, где спишь ты…

– Понятно. А мне, значит, переместиться на катафалк? О, пардон, я хотела сказать, на пьедестал.