Керри Гринвуд - Небесные наслаждения

Старший констебль Уайт – ладная коренастая женщина лет тридцати пяти. У нее аккуратно уложенные каштановые волосы и карие глаза. Вообще-то она мне нравится, но я начеку. Ей не приглянулся Дэниел, но людям свойственно ошибаться.

– Вы полагаете, это настоящая бомба? – спросила я. Полисменша пожала плечами.

– Возможно. Хотя я не понимаю, почему кому-то взбрело в голову взрывать именно ваш дом, когда вокруг столько зданий поважнее.

– Верно. Не самое подходящее место для политических акций, – согласилась я. – Разве только этот некто точит зуб на Римскую империю.

Происходившее казалось нереальным. Миссис Доусон и профессор предложили всем перебраться в ближайший паб: там по крайней мере теплее. Я кивнула Джону и Кеплеру, и мы тоже медленно направились в ту сторону. Как раз в это время подъехал грузовик – такой большой, что едва втиснулся в нашу улочку. Из него выскочили мужчины в артиллерийской форме, или как там еще называют эти доспехи и каски; обстановка стала слишком уж военизированной. Это мне не по нраву. Вот в «Янге и Джексоне» все обалдеют: наверняка они давненько не принимали такой оравы в субботний вечерок! Но я в любом случае не стану торчать на улице. Я спросила Летти Уайт, можем ли мы перекочевать в паб.

– Возьмите с собой их всех, – попросила она. – Я бы и сама с радостью туда отправилась.

Джон вел Кеплера, Шери – Энди, Кайли – Госс, нерды потащились за нами самостоятельно, Труди несла ящик с луковицами, а семейство Пандамус похватало детишек и помогло Яй-Яй подняться на ноги. Мы все уже снялись с мест, когда Мероу вдруг спохватилась:

– Господи, – прошептала она, – а как же тот таинственный жилец?

– А его нет?

– Нет!

– Вы идите, – сказала я. – Засунь пока Горацио в клетку к Белле, ладно? Вряд ли ей это понравится, но пусть потерпит. А я переговорю с Лепидоптерой и догоню вас.

Они устремились по Флиндерс-лейн. Во главе процессии шагали профессор Монк и миссис Доусон, оба тепло, пусть и несколько необычно, одетые. За ними следовали Кайли, Госс, Шери, Энди, Джон и Кеплер, семейство Пандамус всем кагалом, нерды сплоченной группой, Мероу с клеткой для кошек (удивительно – но оттуда не раздавалось ни звука) и Труди с Люцифером. Госпожа Дред осторожной и величественной походкой хищника шествовала в арьергарде.

– Возможно, в доме еще кто-то остался, – сказала я старшему констеблю.

– Кто и где?

– В 7В, его зовут Бен Уайт. Вы его знаете. А еще черный котенок по кличке Вакса, – добавила я.

– Почему вы решили, что я его знаю? – резко спросила она.

– Я видела, как вы шли за ним, когда он приехал, – объяснила я. Мне было не до пререканий. – Конечно, может быть, его просто нет дома, – добавила я. – Все же субботний вечер.

– Хорошо. Я проверю. А вы, если пойдете в паб, выпейте и за меня стаканчик.

– Что предпочитаете? – поинтересовалась я, отступая в сторону, чтобы пропустить спешивших по ступеням вооруженных людей.

– «Космополитен».

Что ж, клюквенный сок, так клюквенный сок. Я кивнула и пошла прочь. Я уже почти доковыляла до Суонсон-стрит, когда заметила, что обитатели «Инсулы» остановились и рассматривают что-то на земле, и услышала стоны.

– Коринна, возвращайся и приведи Лепидоптеру, – сказал Дэниел, сидевший на корточках. – Профессор, отведите всех в паб, а я побуду с ним. Скажи старшему констеблю, чтобы вызвала скорую, и что в доме никого не осталось. Мы нашли мистера Уайта.

Я не стала разглядывать того, кого они нашли, а бегом пустилась назад. К счастью, мы ушли недалеко, потому что бегунья из меня неважная. Я схватила Летти Уайт за руку и выпалила свое известие. Она отвела взгляд от странного механического устройства, словно собранного из нескольких пылесосов, которое, лязгая, вкатывалось в вестибюль, отдала какой-то приказ по рации и зашагала за мной вверх по улице. Собственно, она шла впереди, потому что я совершенно запыхалась.

– Как он? – торопливо поинтересовалась Лепидоптера у Дэниела.

– Его избили, – объяснил он. – Не исключено, что сломали несколько ребер. Он без сознания, но дыхание ровное, и пульс в норме. Я не заметил никаких кровотечений, разве что внутренние.

– Нападал один?

– Думаю, не один, – Дэниел поднялся на ноги. – Кстати, у него разорваны карманы, возможно, его ограбили.

– Скорая уже выехала, – доложила Летти. – Спасибо, – пробормотала она смущенно. – Почему бы вам теперь не пойти в паб, пропустить по стаканчику? Вы это заслужили.

Они посмотрели друг другу в глаза. Дэниел улыбнулся, и старший констебль улыбнулась в ответ. Я бы отвалила кучу денег, только бы они так не улыбались. Никогда.

– Ладно, – кивнул он. – Пойдем, Коринна?

Я поплелась за ним. Дэниел развел руки: они были в крови, и он старался не испачкать меня. Трогательная забота.

– Странные у нас вечера, – заметила я, просовывая голову ему под локоть.

– Да уж.

Хозяева «Янга и Джексона» открыли потоку беженцев заднюю комнату. Когда мы заявились, вечеринка уже была в разгаре. Девицы потягивали коктейли, которыми славится это заведение, я присоединилась к ним и заказала «Космополитен» – как просила Летти. Он был восхитительный. Госпожа Дред конечно же пила «Кровавую Мэри». Дэниел отправился мыть руки и вернулся с бутылкой красного вина. Он разделил ее с профессором, Джоном и Кеплером. Миссис Доусон пила джин с тоником, а Пандамусы, за исключением малолеток, налегали на пиво и греческую анисовую водку. Для детей нашелся коктейль с кока-колой, в школьные годы я его обожала.

Нерды глушили «Арктическую смерть» – водку с лимоном. Это их любимый напиток. Если вам потребуется, чтобы они совершили для вас какое-нибудь компьютерное чудо, запаситесь шестью банками «Арктической смерти», и дело в шляпе. Мероу забыла о своих чакрах и на пару с Труди потягивала бомбейский джин. И курила «Галуаз». Она курит очень редко, как и я, но на этот раз без сигареты не обойтись. Будем считать это курением при особых обстоятельствах.

Я все еще находилась под впечатлением от того, как профессор и миссис Доусон вели вдоль по улице процессию в халатах и пижамах. Я сказала им об этом, отчасти чтобы отвлечься от мыслей о нападении на мистера Уайта и об этой злосчастной бомбе (Где мне прикажете жить, если «Инсула» взлетит на воздух? Поможет ли мне моя страховка? Да и заплатила ли я за нее?), а отчасти потому, что это была чистая правда. Миссис Доусон легонько пожала мне руку.

– Дорогуша, я оказывалась в переделках и похуже, и не в столь удобной одежде; уверена, что и профессор тоже. Правда, Дион?

– Еще бы! – улыбнулся он своей ювеналиевской улыбкой. – Помню, однажды меня выбросило взрывной волной из окна и при этом сорвало всю одежду. Я приземлился на битое стекло, что весьма потрепало мою… гм… уверенность в себе. И пока я не раздобыл какую-то одежонку, мне пришлось прятать шрамы под пальто сторожа. А морозец стоял лютый. А вы?

– А я как-то раз попала в лесной пожар. Я купалась в реке, и сама была в безопасности, но моя палатка и вся одежда сгорели. Вокруг было полным-полно москитов. И летал горячий пепел. То еще положеньице! Я была совсем молоденькая, и мне было ужасно стыдно. Потом-то, с годами, я избавилась от подобных страхов. Это стало просто бессмысленно: если кого-то забавляет мой вид – ради бога! – меня это нисколько не беспокоит.

– И меня тоже, – кивнул профессор Монк. – Еще джин с тоником, милые дамы?

– Спасибо, – поблагодарила миссис Доусон. Я купила еще одну бутылку вина.

– Вот уж не предполагал, что твоя первая ночь в «Инсуле» принесет столько волнений, – прошептал Джон Кеплеру.

– Пока я с тобой, мне все равно, – ответил тот.

Я вернулась к Дэниелу. Мы все невольно прислушивались, не раздастся ли взрыв. Я налила себе вина. Иногда вино – лучший выход. И одна сигарета Мероу – «Галуаз».

Примерно через час к нам пришла Летти и объявила:

– Все в порядке. Можете расходиться по домам.

Но к тому времени мы уже так раздухарились, что она с трудом нас перекричала.

– Так это не бомба? – спросил Дел Пандамус.

– Просто тикающий механизм, – объяснила полисменша. – Такая вот шутка.

– Очень забавная, – проворчала Мероу.

Мы засобирались в обратный путь, допили что осталось в бокалах, и снова вышли на улицу, прихватив самые дорогие нам вещи. Я остановила Летти в дверях.

– А как мистер Уайт? С ним все в порядке?

– Отделался шишкой на голове. Его оставили в больнице на ночь. Может, вы знаете, с чего это на него напали? – неожиданно спросила она Дэниела.

– Я? – удивился он.

– Да, вы. Может, вы расследуете что-то такое, что могло привлечь внимание недоброжелателей?

– Нет, – отвечал он честно. – Если только это не Дарен Божий Парень. Но он бы не стал нападать здесь, верно? Я ведь не живу в «Инсуле».

– Расскажите-ка мне об этом, – попросила Летти. Она села и достала блокнот.

И Дэниел стал рассказывать о том, что помогает сестре Мэри, а я тем временем подлила себе вина и закурила новую сигарету. Мероу оставила пачку на столе. Возможно, пристыженная высшими силами.