Не замужем. И очень опасна - Виолетта Владимировна Якунина

— Остапова Алла Сергеевна, — вежливо проинформировала операторша.

Положив трубку, я уставилась в окно. Что же это получается. Варелик сказал, что банк «держит» расчудесный супермен Витек, который в ту памятную ночь душевно беседовал с какой-то Аллой. И если он «крыша», то сам Бог велел ему решать проблемы банка, так что логично предположить, что утешал он тогда саму мадам президентшу. Мог он в обращении к начальству использовать уменьшительно-ласкательное имя? Наверное, да, если у них совсем тесные отношения. Дама, помнится, была обеспокоена какими-то проблемами, а Витек ее заверял, что уже все нормализовалось. Из этого следует, что мое похищение напрямую связано с этой дамой и банковской кухней. Или же ничего из этого не следует, оборвала я саму себя, просто Витек обременен различными темными делишками, и ловля бомжей относится к «другой опере» этого горе-Вивальди. Хотя, честно говоря, меня редко подводила моя интуиция, а в данный момент она прямо-таки трубила во все фанфары, сообщая, что я на верном пути. Картина вырисовывалась очень даже занимательная, но, для того чтобы делать выводы, не хватало объективной информации.

Я шустренько вскочила, подхватила свой рюкзачок, в который не забыла упаковать пистолет — наследие почившего Игорька, и, бросив прощальный взгляд на Риткины пенаты, нехотя покинула гостеприимное гнездышко. Хлопнув дверью, я услышала мелодичный щелчок замка, и мне показалось, что в квартире осталась моя прежняя жизнь. Никем не замеченная, я потопала на трамвайную остановку — пора было рулить на вокзал. До отъезда автобуса оставалась масса времени, но предстояло еще купить билеты — ведь на дворе стояло лето, и многие граждане были не прочь отбыть в те же края, что и я.

Глава 4

Надо отметить, что путешествовать автобусами, как, впрочем, и поездами, я не люблю. Меня раздражают вокзалы, толпы отъезжающих и провожающих, бомжи, менты, цыгане и торговки пирожками. Я ненавижу эту особенную вокзальную вонь и грязь, меня коробит от попутчиков, которые то дышат перегаром, то норовят изложить никому не нужные факты собственной биографии, то пристают с вопросами о житье-бытье. Но на этот раз у меня не было иного выхода. Личного автомобиля я не имела, а в аэропорту могли случиться ненужные накладки. Уж если Витек надумает отслеживать пути моего отхода, то, скорее всего, проверит аэропорт и железнодорожные вокзалы, а вот ловить автобусы его бригаде будет трудновато. Хотя, с другой стороны, может, у них неограниченные возможности и меня уже давно ищут с собаками.

Прибыв на вокзал, я с ужасом поняла, что уехать в нужном направлении будет весьма затруднительно. В кассе билетов просто не было, зато людская толпа без устали караулила оконца в надежде заполучить вожделенный билетик. Граждане делились друг с другом причинами, побуждающими их именно в этот час искать возможность уехать из Краснодара. Пожилые люди возмущались и кляли власть и политиков, молодежь гоготала, сочиняя смешные способы отъезда на Черноморское побережье, дети ныли, родители детей нервничали, маленькие ромалэ просили денег, нищие вылавливали брошенные тут и там пустые бутылки. Над площадью, запруженной автобусами, стоял зной, асфальт, казалось, плавился, испарялся и забивал легкие. Среди безбилетного народа бегали деловитые частники, пытаясь выловить обеспеченных пассажиров и подвезти их «буквально за копейки». Но желающих покататься на такси что-то не наблюдалось.

Я почувствовала дурноту от всего происходящего, но решила не впадать в отчаяние прежде времени. Как известно, шоферы автобусов всегда не прочь подкинуть до места пяток-другой «мертвых душ». Надо только успеть договориться с водилой, когда он побежит с документами в диспетчерскую, чтобы меня подобрали где-нибудь за вокзалом. Обычно «левые» пассажиры толпятся на ближайшей к вокзальной площади троллейбусной остановке. В общем, дело за малым — дождаться нужного рейсового автобуса и выбить себе место под солнцем, точнее, в салоне «икаруса».

С такими благими намерениями я направилась к лоткам с прессой: нужно было прикупить какое-нибудь чтиво в дорогу. Пролистав несколько книжонок в дешевых обложках, я остановила свой выбор на двух детективчиках, а затем взяла глупую газетенку — местную сплетницу, специализирующуюся на городских скандалах. Вдруг найду что-нибудь интересное по поводу последних событий, в которых принимала непосредственное участие. Расплатившись с продавщицей, жующей хот-дог, я направилась к лавочкам, которые примостились рядом с посадочными площадками.

Возле мамаши с тремя детишками нашлось свободное местечко, где я и осела в ожидании сочинского автобуса. Дети отчаянно шалили, попеременно просили то есть, то пить, чем заметно довели до одури несчастную родительницу.

— Мама, я хочу в туалет, — заныл конопатый отпрыск.

— Господи, да я же пять минут назад тебя туда водила! — возопила задерганная женщина.

— А у меня живот болит! — не внял ребенок.

— Ой, не могу я больше с вами! — простонала она и с отчаянием взглянула в мою сторону. — Девушка, милая, ты вроде не похожа на воровку и похитительницу детей, посиди с этими двумя, а я мальца свожу в туалет.

Видя такое дело, я конечно же согласилась, и через минуту у меня на руках оказался трехлетний карапуз, а у ног застыла девочка лет пяти. С задачей я справилась блестяще, к возвращению матери семейства мы успели познакомиться и мило болтали о телепузиках. За это время на площадке припарковался туапсинский автобус, и я с удивлением наблюдала, как в салон прошествовала троица милиционеров и стала шнырять по рядам. Перехватив мой взгляд, женщина решила поделиться информацией:

— С самого утра по автобусам бегают, документы проверяют у пассажиров. Наверное, ищут кого-то, причем в нашем направлении. Вы же тоже к морю едете?

— Да, к бабушке погостить, — вяло отреагировала я, — только вот билетов нет. Пойду узнаю, может, сдал кто-нибудь.

— Вам лучше к шоферу подойти, хотя сейчас на посту ГИБДД водителей проверяют, и всех «зайцев» ссаживают, так что он может и не взять.

Но я не стала слушать дальше ее разглагольствования, подхватила рюкзачок и поспешила к кассам. Говорят, у страха глаза велики, только мне что-то не хотелось проверять себя на стойкость, а заодно на везение. Может быть, это не по мою душу суетится родная милиция, но уж лучше и не выяснять. Мои финансы вполне позволяли отправиться на юг с наивысшим комфортом — то есть