Не плачь, Рапунцель! - Елена Ивановна Логунова

как-нибудь объяснюсь. Он культурный человек, цитирует в оригинале стихи Алишера Навои, Хафиза Хорезми, Захриддина Мухаммеда Бабура, Бабарахима Машраба и Мухаммада Риза Огахи.

– Кто все эти уважаемые люди? – пробормотала подруга, но предпочла не развивать тему.

В ее жизни поэзии хватает – она сама рифмоплет, каких поискать.

Но я сочла нужным добавить:

– А еще у Шерзода диплом художественного училища, он показывал мне свои фрески.

– Кто-то в вашем человейнике сделал ремонт квартиры с фресками?!

– Не в нашем. Где-то там, на исторической родине Шерзода. Он расписывал стены детского сада. Такими, знаешь, пасторальными среднеазиатскими картинами: женщины в пестрых одеждах, сидящие на ковриках с поджатыми ногами, ослики, пасущиеся на траве…

– Ой, а у меня же кот некормленый! – всполошилась Ирка.

Я подивилась тому, как необычно у нее проассоциировался пасущийся ослик. Хотя Волька, если подумать, реально похож на ишака: здоровый, серый и дико упертый.

– Все, я помчалась. Что-то узнаешь – звони!

Но так вышло, что узнала и позвонила не я. Ближе к ночи объявился Архипов.

– Есть новости, надо обсудить, но не по телефону, – сказал он заговорщицки.

– Поздно уже, – засомневалась я.

И мы договорились встретиться на следующий день.

Глава четвертая

– Почему именно здесь? – Я бросила сумку на свободный стул и огляделась, расстегивая пальто.

Заведение не числилось в моих любимцах, даже когда было флагманом заокеанского фастфуда.

– Здесь и сейчас так называемый «счастливый час», – объяснил Архипов, с удовольствием прихлебывая из бумажного стакана. – При покупке любого десерта кофе всего за один рубль. А кофе тут по-прежнему хороший, я считаю, такими акциями нельзя пренебрегать.

Ирка только кивнула – похвальная экономия определенно в ее стиле.

Я сбросила на стул пальто и направилась к стойке.

– Советую взять чизкейк, он свежий, я проверил! – в спину подсказал Архипов.

Когда я вернулась с десертом и напитком, он уже закончил трапезничать, а Ирка уплела свое пирожное еще раньше и теперь потягивала кофе, неотрывно глядя на экран смартфона – какое-то видео смотрела.

– Итак, что за новая информация у нас появилась? – размешав сахар, спросила я Архипова.

– Рассказываю, – начал он.

Я вопросительно кивнула на подругу.

– Ирочка уже в курсе, – сказал Архипов и сделал большие глаза. – Меня опять вызывали! Допрашивали, или беседовали, не знаю, как правильно, и задавали довольно странные вопросы: выглядывал ли я с балкона, смотрел ли в окно, что за ним видел и слышал? Объяснять, конечно, ничего не стали, но я потом поискал в Интернете и нашел. Оказывается, это было в новостях…

Ирка молча вынула наушник и протянула его мне вместе со смартфоном. Я послушно вкрутила в ухо пластмассовую загогулинку и просмотрела новостной сюжет.

– Очень необычную романтическую историю поведали нам сотрудники правоохранительных органов, – откровенно веселясь, сказал молодой улыбчивый диктор. – Пожалуй, нельзя сказать, что речь идет о большой и чистой любви, и все же – о светлом чувстве. Рассказывает наш корреспондент Олег Лавров.

На экране возник еще один молодой и улыбчивый. Он стоял в знакомом мне дворе, указывая на незабываемое здание.

– Вот здесь! В одном из многоэтажных домов по улице Елизаветинской развернулась новая вариация истории Ромео и Джульетты! Которые, впрочем, носят совсем другие имена – мы будем называть их Мухаммад и Гульнара.

Камера отдалилась от корреспондента и поехала вверх по фасаду многоэтажки.

– Вот здесь, в квартире на девятом этаже, трудилась юная Гульнара, – радостно сообщил Лавров. – Красавица была представительницей древнейшей профессии, но не будем ее за это осуждать. Девушке без российского гражданства и прописки трудно найти в культурной столице официальную и респектабельную работу, – он добавил в голос самую малость сочувствия, но тут же заменил его насмешкой. – А вот здесь, в недостроенном доме напротив, на злополучном объекте ЖК «Березки», о проблемах которого мы уже неоднократно рассказывали, работал наш Мухаммад. Всего лишь каменщиком, что, впрочем, не так уж плохо по меркам незаконных мигрантов.

– Так бы и дала этому весельчаку по голове, – пробурчала Ирка, хмуро поглядывая на смартфон в моих руках. – У людей реальные проблемы, а он ерничает, паразит! Сам-то, небось, коренной житель Петербурга.

– Мы с тобой знаем коренных жителей Петербурга, – напомнила я. – Тетя Ида, Марфинька – они совсем не такие.

Тем временем корреспондент продолжал рассказывать.

– Первая встреча наших героев была не столько романтичной, сколько прагматичной. В один из редких выходных дней Мухаммад вместе со своими товарищами-земляками, соскучившимися по женской ласке, пришел туда, где ему подарила свое внимание Гульнара. Ну как подарила? Получив за это, разумеется, определенную плату.

– Реально гад, – буркнула Ирка, явно имея в виду не жаждущего любви Мухаммада.

– К сожалению, расценки на секс-услуги в культурной столице довольно высокие, – посетовал Лавров на экране. – И Мухаммаду, который пленился Гульнарой, не по карману было посещать любимую так часто, как хотелось. – Корреспондент пригорюнился было, но тут же воодушевился: – Однако любовь не знает преград! Молодые люди нашли выход, он же вход. Им стало вот это окно в парадной!

Камера с готовностью показала его и поехала влево, без задержки миновав балкон и окно квартиры Смурновых.

– Видели? Нелегальный бордель был в соседней квартире! – оживился Архипов.

– Слышали! – кивнула я. – Встречи Гульнары с Мухаммадом и другими были довольно шумными.

– Влюбленным пришлось преодолевать трудности, – сказал корреспондент. – Гульнара пожертвовала сном. Поскольку работала она по ночам, то бескорыстно встречаться с возлюбленным могла только днем. Мухаммад же и вовсе рисковал жизнью! Чтобы увидеть и заключить в объятия Гульнару, он вылезал из подъезда на узкий карниз и проходил по нему до окна любимой примерно двадцать метров! К счастью, работа на строительстве многоэтажки избавила его от страха высоты и головокружений, иначе эта история могла закончиться совсем трагически.

– Да и так ничего хорошего, – вздохнула Ирка.

– К несчастью, во все времена у влюбленных находились враги, – развел руками корреспондент. – Гульнару выдала коллега – другая жрица любви. Когда бесстрашный Мухаммад в очередной раз забрался в окошко любимой, там его уже поджидали организаторы незаконного бизнеса, в котором была задействована Гульнара. Случилась шумная драка, соседи вызвали полицию, та на удивление быстро приехала…

– Не зря ты рассказала участковому про бордель за стеной! – подтолкнула меня локтем подруга.

– …и Мухаммад отделался травмами средней тяжести, – договорил Лавров. – Однако финал этой истории будет зависеть от правоохранительных органов, включая миграционную службу.

Я выключила видео и посмотрела на Архипова:

– Вероятно, выяснилось, что Мухаммад был у Гульнары и в день убийства Смурновых?

– Что атоматически делает его как минимум свидетелем, а как максимум – подозреваемым! – подтвердил он.

– А Мухаммад –