Семь футов под килькой - Елена Ивановна Логунова

class="p1">– Господин Кокошников, я по поводу клуба «Дорис»…

– Госпожа Доронина? Нам с вами больше не о чем говорить! – Мой собеседник отключился.

– Да уж, пообщались, – расстроился Петрик. – Ничего не прояснилось!

– Почему же, кое-что стало понятно, – не согласилась я и, отложив мобильник, левой рукой вытянула чистый лист бумаги из принтера, а правой – карандаш из стакана. – Первое: Кокошников принял меня за Дору, значит, он плохо знаком с ней, иначе не перепутал бы голоса. Второе: он сказал «нам с вами больше не о чем говорить», значит, какой-то разговор у них с Дорониной уже был, и Кокошников считает тему исчерпанной… Петя, у меня есть предположение. Может, Кокошников – это тот тип, который приходил к нам вчера? В сером костюме и черных туфлях?

– Не вижу, как это можно проверить. – Петрик задумался. – Хотя… Перешли-ка мне его контакт!

Я перебросила ему Дорину эсэмэску с номером телефона загадочного И Эм, и Петрик тут же послал на него вызов.

– И что ты ему скажешь?

Дружище приложил к губам ухоженный пальчик, призывая меня к молчанию, дождался проявления жизни в трубке и зажурчал подобострастно и льстиво:

– Салон-магазин деловой мужской одежды из Италии «Вечный Рим» сообщает о беспрецедентной скидке на костюмы коллекции осень-зима 2021-22-го и классическую демисезонную обувь, хотите получить приглашение на закрытую распродажу? – Он замолчал и улыбнулся, показал мне большой палец. – Прекрасно! Если вы сообщите ваши предпочтения и параметры, наши консультанты позаботятся о том, чтобы подготовить специально для вас расширенное предложение.

Петрик тоже взял карандаш, перевернул мою бумагу и что-то записал на обороте.

– Вуаля! – торжествующе объявил он, закончив разговор. – У него рост сто восемьдесят сэмэ, костюм желателен сорок восьмого размера, серого или синего цвета, туфли – сорок второго, черные или темно-коричневые. Все совпадает, похоже, этот Кокошников – действительно наш вчерашний гость. Я молодец?

– Ах, какой ты молодец, возьми с полки огурец, – ответила я одной из прибауток покойной прабабушки Зины. Она лихо рифмовала все, даже свои нотации, современные рэперы обзавидовались бы. – Что ж, если вчера к нам приходил Кокошников, то у меня есть одна идея…

Я тоже взяла мобильник, нашла в списке контактов нужный и позвонила.

– Суворова! Люсюсь наш незабвенный! – преувеличенно радостно загорланил мужской голос в трубке.

Он был бы приятным, если бы не это дурацкое «Люсюсь». Когда меня так называют, я чувствую себя опущенной ниже уровня моря.

– Олежа, не говори обо мне как о дохлой рыбе!

В трубке захохотали:

– Ну ты же смылась от нас! Была – и сплыла!

– Я не смылась, меня уволили, как и всех остальных. И я не сплыла, а устроилась на другую работу.

– Как и все остальные, – уже спокойнее согласился Олежа – мой бывший коллега по медиахолдингу. – И чего ты звонишь? Надеюсь, не хочешь стребовать с меня должок? Подумаешь, какая-то пара тысяч, для тебя с твоей новой работой это наверняка сущие пустяки, тогда как у нас на информационном фронте и такая мелочь может спасти умирающего бойца.

– Не похож ты на умирающего. Голос крепкий, радостный…

– А так? – Олежек в трубке застонал, захрипел и затих.

– Воскресни, я не буду требовать вернуть долг, – успокоила я артиста. – Наоборот, подброшу тебе еще денежку, если ты кое-что для меня сделаешь.

– О? Я восстал и обратился в слух!

– Я сейчас тебе аудиозапись пришлю, она грязная – за помехами голосов не слышно. Если сможешь почистить так, чтобы получилось разобрать слова, я прощу тебе долг и еще приплачу за работу.

– Помехи какие? Механические? – Бывший коллега прекратил придуриваться и заговорил деловито.

Олежек классный звукарь, он после развала нашего холдинга работу даже не искал – за него три радиостанции дрались в кровь.

– Громкий хруст помятого-пожеванного конфетного фантика, – объяснила я.

– Кто-то жрал конфеты вместе с фантиками? – встревожился бывший коллега. – Люся, если твои дела настолько плохи, я могу поговорить с начальством, нам нужны ведущие эфира…

– Спасибо, Олежек. – Я почти растрогалась. – Нет, у меня все в порядке, во всяком случае я не голодаю. Сможешь глянуть мою звукозапись безотлагательно?

– В обед смогу. Присылай. Но за срочность оплата будет по повышенной ставке, согласна?

– Зря ты ему сказала, что не голодаешь, теперь придется раскошеливаться, – попенял мне Петрик, когда я закончила разговор с Олежеком и отправила ему вчерашнюю аудиозапись.

– Дора заплатит.

– Дора? Заплатит? Ха! Ты будто не знаешь, какая она скупердяйка. Нет, конечно, если ей убедительно обосновать необходимость затрат, она заплатит, но будет долго и нудно оплакивать каждый потраченный грош…

– Тогда я сама заплачу Олежеку. Думаю, это будет недорого, двух-трех тысяч хватит.

Я задумалась, припоминая, много ли осталось от моей зарплаты после вчерашнего похода по магазинам. Надо же еще за квартиру заплатить и на еду что-то оставить…

«Срочно нужна какая-нибудь шабашка! – встрепенулся мой внутренний голос. – Тем более сейчас и время на это есть: пока Доронина где-то пропадает, работы в клубе не будет, разве что по мелочи – постик-другой в «Инстаграме» тиснуть…»

– А что это мы тут сидим? – Петрик тоже сообразил, что в отсутствии начальницы в офисе делать нечего. – Пойдем гулять, смотри, какая погода хорошая. Прогулки на свежем воздухе очень улучшают цвет лица!

Мы взяли у соседей в кофейне по большому стакану латте навынос и устроились на лавочке в ближайшем сквере, любуясь фонтаном и цветущими яблонями.

Весна в этом году выдалась прохладная и дождливая, но наконец-то установилась та дивная пора, когда хочется с чувством воскликнуть: «Остановись, мгновенье, ты прекрасно!» Но делать это не имеет смысла, потому что и договорить не успеешь – наступит жаркое южное лето.

В наших широтах весна не задерживается, она ускоренно и досрочно сдает вахту следующему сезону. У нас даже туфли и тренчи носить некогда – можно на ходу переобуваться из ботильонов в босоножки.

– Зря я купила новые туфли, – посетовала я вслух. – Надо было босоножки брать.

– Босоножки ты тоже взяла, – напомнил Петрик.

– Всего одну пару! Надо бы две.

– Много чего надо бы, – согласился Петрик. – Где только денег взять на все… Слушай! – Дружище оживился, отставив стакан с кофе. – А как ты относишься к той лапше, которую вешает на уши доверчивым теткам наша милая Дора? Типа, если вам для счастья не хватает денег, просто пошлите соответствующий запрос мирозданию – и оно все решит?

– Я пробовала, – призналась я, – но нужно либо посылать по-другому, либо знать точный адрес мироздания… У меня не получается.

– Давай попробуем вместе, – предложил Петрик. – Типа, удвоим сигнал. Проверим силу коллективной молитвы! Поставь свой стакан, сядь поудобнее, глаза закрой… Представь кучу денег…

– Куча – это слишком расплывчато, давай конкретизируем, чтобы четко