Наталья Александрова - Тренажер для трех граций

— Ну вот, а сейчас у нас уже март!

— Не понимаю, к чему ты клонишь! Тебе обязательно нужно меня унизить? Ведь мы с тобой, кажется, подруги!

— Ну ладно, не обижайся. Давай лучше подумаем, какие выводы можно сделать из этого отчета.

— Да никаких! То есть, те же самые, что из первого — Линьков опять наверняка договорился с «объектом», с этой самой Соней, взял с нее деньги и подготовил для мужа такой отчет, после которого тот должен на свою жену молиться и ежедневно делать ей ценные подарки…

— Послушай! — воскликнула Ирина, округлив глаза. — А ведь эта Соня — та девица, с которой Линьков сидел в кафе в день своей смерти! Она ведь была ярко-рыжая, то есть огнегривая…

— Точно! — Катя подпрыгнула на стуле от возбуждения. — Она ведь как раз там передавала ему деньги! Ах, он мерзавец! Так он со всеми так поступает! Вот и доверяй после этого частным детективам!

— Ну, мы с тобой, кажется, и не обращаемся к их услугам.

— Как это не обращаемся? Я как раз только что от них!

— Ну это — совсем другое дело, ведь ты к ним обратилась только для отвода глаз…

— Ну, неважно… — Катя задумалась. — А может, это Соня его и замочила? Не сторговалась с ним, не сошлась в цене и — чик!

— Да она-то как раз сторговалась! Мы же видели, как она под столом передала ему деньги!

Если бы она собиралась его убить, она бы денег ему не дала — чего добру-то зря пропадать!

— Ну я не знаю.., может быть, она боялась, что он будет и дальше ее шантажировать. Где у нее гарантии, что он не захочет получить еще денег? А так — нет человека, нет проблемы!

— Ну, Катька, только что ты готова была во всем обвинить Варвару, теперь у тебя уже Соня виновата.., давай лучше посмотрим, что у него лежит в остальных папках.

На третьей папке была наклеена этикетка с надписью «Перед заходом солнца». Шифр из букв и цифр на этой этикетке тоже присутствовал.

— А это еще что такое? — удивилась Катерина. «Блондинка в законе» — понятно, это Варвара, «Огнегривая Соня» — тоже вроде догадались, а это что значит? Вроде и фильма такого нет…

— Фильма — нет, зато есть спектакль.., раньше его очень часто ставили…

— А, ну да, точно! Про двух стариков!

— Вот именно… — и Ирина начала читать первую страницу:

— «Первый день наблюдения. Объект покинул дом в одиннадцать часов, недолго посидел в сквере. Разговаривал с двумя неизвестными. Разговор удалось прослушать: о погоде и самочувствии. Потом доехал до шахматного клуба, там находился с двенадцати двадцати до пятнадцати ноль ноль, сыграл одну партию с Криворучко М. М., проиграл ему. Обсудил результаты мирового чемпионата по шахматам. Из клуба поехал в клинику „Антей“, был на приеме у врача-терапевта Автандилова, прием занял двадцать пять минут. Прослушать разговор с врачом не удалось. После этого записался на следующий день к окулисту, уехал из клиники, по дороге домой зашел в супермаркет „Мегасила“, сделал покупки на сумму четыреста пятьдесят рублей, после чего вернулся домой».

— Слушай, это точно какой-то старичок! прервала подругу Катерина. — Шахматный клуб, клиника — это вам не косметолог и парикмахер!

Но кому, интересно, пришло в голову следить за старичком? Может быть, его супруга приревновала на старости лет, да с такой страшной силой, что наняла детектива?

— Не обязательно, — задумчиво проговорила Катя, — судя по всему, старичок не бедный.., супермаркет «Мегасила» — не для малоимущих пенсионеров, да и клиника тоже, наверняка, не из дешевых — во всяком случае, не районная поликлиника. Так что, может быть, тут дело в деньгах, а не в ревности. То есть даже не «может быть», а наверняка!

Катя перестала слушать подругу: она как зачарованная следила за официанткой, которая сновала между столиками с подносом, полным всевозможными кулинарными роскошествами.

— Катька, немедленно возьми себя в руки! прикрикнула на нее подруга. — Не смотри такими голодными глазами, как будто это не ты только что смолотила целых три пирожных!

— Ну так то когда было… — грустно проговорила Катерина, — и они были такие маленькие!

— Вовсе не маленькие!

— Ну ладно, читай, что там у тебя дальше.

На следующих страницах этой папки не было ничего нового. «Объект» все также проводил свое время между клиникой, шахматным клубом и магазинами, для разнообразия пару раз заглянув в известный антикварный салон и в зоомагазин «Кот Леопольд».

— Знаешь что, — проговорила Ирина, закончив чтение и отметив, что на первой странице также была какая-то цепочка букв и цифр, — мне почему-то кажется, что именно с этим делом связано убийство Линькова.

— Откуда у тебя такая уверенность? По-моему, слежка за каким-то старичком вряд ли достаточный повод для убийства…

— Ты не права. Наоборот, ревность, эмоции это, конечно, тоже очень впечатляет, и следить за мужем или женой может быть увлекательно, но убийства гораздо чаще случаются из-за денег.

А интуиция мне подсказывает, что в истории с этим старичком деньги играют главную роль.

— Конечно твоя интуиция — это очень надежный источник информации, — обиженно проговорила Катерина, — но давай все же прочитаем и следующую папку. Кажется, она уже последняя?

Действительно, в пакете осталась единственная папка. На ней была прикреплена этикетка с надписью «Окончательный анализ».

— Такое кино точно есть! — обрадовалась Катерина. — Там Шарон Стоун и Ума Турман играют двух сестер, и одна из них..:

— Не Шарон Стоун, а Ким Бесинджер, — машинально поправила ее Ирина, — а вообще, дело не в фильме.

И она начала читать первую страницу:

— "Первый день наблюдения. Объект выехал из дома в девять тридцать. Остановился на автозаправке на Поклонной горе, заправился. Работник заправки передал объекту пакет. Объект доехал до площади Мужества, вошел в помещение фирмы «Авгур», находился там пятнадцать минут. Вышел в десять часов двадцать четыре минуты без пакета, поехал в направлении городского центра. На Литейном проспекте остановился около ресторана «Витязь», вошел через служебный вход. Находился внутри около сорока минут.

В одиннадцать часов тридцать пять минут вышел из ресторана, доехал до магазина «Босс» на углу Садовой улицы и Вознесенского проспекта, находился там около часа, выбирал костюм. Приобрел костюм, четыре рубашки и галстук, в двенадцать часов пятьдесят минут вышел из магазина и поехал в ресторан «Николай Первый». Здесь объект встретился с мужчиной казказской внешности, на вид около сорока пяти лет. В ресторане объект и его знакомый находились около полутора часов, пообедали. Вышли в четырнадцать часов сорок минут, объект сел в свою машину, его знакомый — в «Мерседес — 320», государственный номер такой-то. «Мерседес» поехал впереди, машина объекта — за ним. Проехали по Загородному проспекту, по Московскому, доехали до аэропорта, свернули к таможенной зоне, там находились около трех часов. В восемнадцать сорок выехали с таможни, поехали в направлении центра города. Знакомый объекта свернул на Невский проспект, объект продолжил двигаться в северном направлении. В девятнадцать тридцать снова остановился около фирмы «Авгур», зашел внутрь, вышел через десять минут и поехал домой".

Ирина отложила папку и уставилась на нее в задумчивости.

— Интересно, — проговорила она наконец, водя пальцем по строчке цифр и букв, — что это за шифр?

— Ну не знаю, — Катя пожала плечами, — может быть, они так обозначают свои дела, чтобы проще было организовать учет.

— Нет, тут что-то другое.., слишком уж много здесь цифр, для учета им вполне хватило бы четырех-пяти. Ну-ка, напомни, какой адрес у Варвары, к которой ты попала на поминки!

Катя передернула плечами от неприятного воспоминания.

— Улица Семицветова, дом восемнадцать, квартира шестьдесят девять, — заученно отбарабанила она, и тут же поправилась:

— Ой, то есть девяносто шесть, квартира шестьдесят девять это у теткиной приятельницы Аллы Марковны, которой я роклетницу отвозила!

— Ну-ка, ну-ка, — Ирина положила перед собой первую папку и забормотала, — значит. Семицветова, восемнадцать, девяносто шесть.., а тут у нас что? СМЦВТ29076754892…

— Чушь какая-то, — Катерина тяжело вздохнула, — неужели ты думаешь, что в этом можно разобраться?

— Можно, — Ирина не отрываясь смотрела на шифр, — сначала вообще все просто: СМЦВТ — это «Семицветов», то есть улица Семицветова.., просто пропущены гласные буквы. А вот что дальше… дом восемнадцать, квартира девяносто шесть.., а у нас 2907.., ну-ка.., а, вот в чем дело! Они к каждой цифре просто прибавляют единицу!

— Что? — удивленно переспросила Катя, заглянув через плечо подруги. — Ничего не понимаю!

— Ну смотри. Первая цифра в номере дома один, а в шифре — два. Вторая цифра — восемь, а в шифре — девять. Понимаешь?

— Ага, но следующая цифра — ноль! Как-то у тебя, Ирка, концы с концами не сходятся!