Проклятие злого Леопольда - Дарья Александровна Калинина

Но в их новый ремонт старая родительская обстановка и впрямь не вписывалась, всем было понятно, что все придется менять. Они и меняли. А чего не менять, коли денег полно.

И вот теперь Сил ехал на метро к станции «Площадь Мужества», чтобы попытаться разыскать старую мамину подругу. Впрочем, почему старую? Женщина в пятьдесят с небольшим хвостиком старой считаться никак не может.

Но открывшая ему дверь женщина, которая откликнулась на имя Леночка, выглядела как древняя бабка. Сил едва удержался, чтобы не спросить, что с ней случилось? Может, это вообще была какая-то другая женщина с тем же именем?

Но Леночка оказалась той самой. И прежде чем Сил успел что-то сказать, она его уже узнала.

– Никак, Настин сынок ко мне в гости пожаловал! – каким-то неестественным скрипящим голосом спросила она. – Заходи, племянничек, посмотри, как я живу.

Входя в квартиру, Сил споткнулся о какой-то мешок, в котором оказались пустые упаковки от фаст-фуда. Похоже, что его родственница не отягощала себя домашним хозяйством. Сама Леночка пошла вперед, совсем не заботясь, пойдет за ней гость или нет.

Сил пошел. Ему было любопытно и немного жутковато. Квартира была огромной и какой-то пустой. Но даже тот самый ремонт, проведенный еще до его рождения, местами в ней сохранился.

– Стало быть, тетку зашел проведать. Вот уж не чаяла, что увижу тебя когда-либо. Думала, что так и помру, не свидевшись.

Значит, Леночка была не просто подругой его мамы, а его тетей?

– Вы – сестра моего папы?

– Троюродная. Но дружили мы тесно. Иногда и родные брат с сестрой не так дружны бывают, как мы были с твоим папой.

– А… какой он был? – вырвалось у Сила.

Наконец-то он видел кого-то из папиной родни. Сил был взволнован и волнения своего отнюдь не скрывал.

Женщина внимательно посмотрела на него.

– Мать тебе совсем ничего про нас не рассказывала?

– Нет.

– Вот собака злая! – ругнулась Леночка, впрочем, без всякой злобы. – Подлая тварь. Как сказала, значит, так и сделала. Выполнила свою угрозу. Ну, она всегда была ледяшкой. И как Ваську угораздило с такой глыбой связаться!

– Вы про мою маму говорите, – напомнил ей Сил.

– А может, мне и не за что на нее обижаться. Может, я бы на ее месте точно так же бы поступила. Убежала бы куда глаза глядят, самое ценное к своей груди прижимая.

– Самое ценное – это вы про что?

– Про тебя, дурашка. Тебя она спасала. Ради тебя и все концы обрубила. Ни с кем из нас общаться не пожелала. Сказала, что мы можем загибаться, если нам так нравится, а своего сына она убережет от проклятия.

И женщина снова зашлась в жутком кашле.

– Не смотри так, я не заразная. А что говорю странно, так это после операции на гортани. Только не помогла операция, болезнь дальше пошла. Теперь на легкие перекинулась. Вовремя ты пришел, еще неделю-другую, и я бы с тобой уже и поговорить бы не смогла. А так спрашивай, я отвечу.

– Папа! Расскажите мне про него!

– Отец твой умер.

– Это я знаю. Но отчего? Что с ним случилось?

– То же, что и со всеми остальными. Проклятие.

– Я не верю в такие штуки.

– Я тоже не верила, кхе-кхе, пока сама не заболела. И мать твоя такая же атеистка была, не верила, я еще над ней смеялась, когда она от нас убежала и все связи с нашим кланом прервала. Только нас все меньше становилось, а ты, как посмотрю, жив и здоров, помирать не собираешься, значит, вышло, что она права была.

– В чем права? Что за проклятие? Расскажите мне толком! Это очень важно!

– Толком только старшее поколение знало. Особенно твоя прабабка. Это с нее все беды наши и начались. До этого мы жили не лучше и не хуже других людей. Если и выпадали нам горести, то не больше, чем остальным. А как они то золото взяли, так все и завертелось. Она и сама это признавала. Но поделать уже ничего было нельзя. Поздно. Проклятие обратной силы не имеет, и отменить его оказалось невозможно.

Сегодня бабушка Лида была настроена решительно. Она поговорит со следователем, все ему объяснит, и он поймет, на то он и следователь. Иду Францевну, виновную лишь в том, что она хотела устроить свою личную жизнь, отпустят домой, а ее – настоящую виновницу – пусть сажают!

Но, увы, этому благому намерению бабушки Лиды не суждено было осуществиться. Когда она прибежала с повинной головой, то услышала страшную новость. Ида Францевна не стала ждать, когда к ней на выручку придет ее старая подруга, а сама решила свою участь.

Вместе с обедом из ресторана ей были переданы несколько упаковок таблеток. Вот эти таблетки Ида Францевна и проглотила в один присест. Спасти ее не удалось. Когда обнаружили неладное, женщина была уже мертва.

Известие потрясло старушку до глубины души. И бабушка Лида от всех этих переживаний слегла и угодила в больницу. Там ее слегка подремонтировали, и, когда выпустили, старушку ждал еще один сюрприз. Ей вернули все украденные у нее ценности.

– Примите и распишитесь.

И перед бабушкой Лидой на столе заблестело множество драгоценных изделий. Вот и знакомые серьги прабабушки. Часы деда. Колечко с рубинами.

– А это что такое?

Сотрудница милиции сурово взглянула на бабушку.

– Чего-то не хватает? Это не ко мне! Выдаю вам все согласно описи!

– Но я не узнаю многие вещи. Это чужое!

– Гражданка, вы что мне тут голову морочите? Вот опись. Кольцо. Серьги. Часы. Золотой портсигар. Два золотых браслета с брильянтами, один золотой браслет с цветной эмалью и замочком в виде диковинного цветка. Десять золотых монет николаевской чеканки. Все изделия старинные, факт их владения подтверждается словами потерпевшей и свидетелями как наследственное имущество. Что вы так на меня смотрите? Вот ваша подпись под описью. Подпись-то ваша?

Бабушка Лида посмотрела и подтвердила, подпись ее. Она не понимала, как такое могло случиться. И не знала, что ей со всем этим делать. Чутье подсказывало, что нужно как можно скорей отказываться от чужого богатства.

Но сотрудница наседала. Она чуть ли не кричала на бабушку Лиду:

– Что вы застыли, гражданка? Ерундовая процедура, я думала, мы за пару минут управимся. А вы все чего-то тянете. Принимайте ценности согласно приложенной к ним описи, и будем прощаться с вами. У меня обеденный перерыв уже начался. Я не намерена в свое свободное время тут с вами возиться.

Перепуганная бабушка послушно поставила закорючку в нужном месте, сгребла драгоценности в сумку, чем вызвала очередной недоуменный взгляд строгой майорши, и в таком подавленном состоянии выползла из кабинета. Там она присела на стул и стала думать, как быть.

Постепенно до бабушки стало доходить, что случилось. К ней вернулись не только ее собственные драгоценности, но милиция вместе с ними, случайно или по ошибке, вернула ей и все те ценные вещи, которые находились раньше в тайнике Леопольда, который он соорудил в люстре.

Ида Францевна ничего о содержимом тайника не знала, потому она подтвердила, что все находящиеся там драгоценности принадлежат семье Казюлиных. А бабушка Лида во время общения со следователем была в столь разобранных чувствах, что тоже не посмотрела, что он подсовывает ей на подпись. Хотела посмотреть, но не посмотрела, отвлеклась, забылась, подумала, что следователь сам знает, что писать, а она все равно не разберется.

– Еще хороший человек попался, мог такой старой дуре что угодно на подпись сунуть. Я бы в трех убийствах с отягчающими созналась, а потом бы и не поняла, за что в тюрьме оказалась.

И тут же на бабушку Лиду накатила волна раскаяния.

– Поделом бы мне было! В тюрьму и только в тюрьму меня надо! Из-за меня бедняжка Ида с собой покончила.

В таком состоянии родственники нашли свою бабушку, за которой пришли, чтобы вместе идти домой.

– И что мне с драгоценностями чужими делать? Если признаться, то все круги допросов придется по новой пройти. А я совсем без сил.

Давление у бабушки Лиды было высоким. Сердце то стучало как ненормальное, то внезапно совсем затихало. И кровь то приливала к голове, то отливала от нее. Чувствовала себя, да и выглядела старушка ужасно. И всем стало ее жалко.

– Да что тут думать, мама? Это тебе компенсация