Приватный танец для темной лошадки - Янина Олеговна Береснева

Едва шум двигателя стал затихать где-то вдали, Ритка полезла в холодильник за шампанским.

— Класс! А мне здесь нравится, дольче вита! Отдохнем на свежем воздухе, жизнь аристократов.

— Или дегенератов, — вздохнула я в досаде, подставляя стакан.

— Вечно ты всем недовольна. Если бы не это происшествие, мы бы никогда не встретили парней. А у нас с Иваном практически любовь с первого взгляда. У него риелторская фирма, я в гостиничном бизнесе уже не первый год. Соображаешь? Он уже намекал, что я могла бы остаться и работать тут. А что мне светит в моей гостинице?

— Ну, он хоть не бандит, как Антон, — проворчала я.

— Во-первых, с чего ты взяла, что Антон бандит? Во-вторых, даже если так, то это очень даже романтично. Робин Гуд тоже был бандитом, но это не мешало тебе в детстве мечтать о таком избраннике.

— Рита, ты дура. Романтики с большой дороги. Украл-выпил-в тюрьму — вот портрет современно бандита. Зачем мне сдался такой фрукт?

Пока мы увлеченно обсуждали бандитов, с улицы послышался звук подъезжающей машины. Мотор заглох, хлопнула дверца.

— Так быстро вернулись? — мы с Риткой переглянулись и пожали плечами. На всякий случай я прихватила со стола нож и стала прислушиваться.

В ворота постучали, и я насторожилась еще больше.

— Что делать? А если это враги? — зашептала мне Ритка в самое ухо. В доме свет практически не горел, мы сидели возле торшера, но окно выходило во двор, и с улицы вряд ли можно было увидеть признаки жизни в доме.

— Предлагаю затаиться.

Стук возобновился, складывалось ощущение, что кто-то молотит по воротам ногой. Решив, что злоумышленники точно не стали бы стучать, я приободрилась. И решила потихоньку выбраться во двор, чтобы аккуратно посмотреть, кому там не терпится.

Ритка увязалась за мной, и мы вышли через вторую дверь сначала в сад, а потом, пригнувшись, просеменили вдоль дома. В двери ворот имелся глазок, к которому я жадно припала, отпихнув рвавшуюся в бой Ритку.

Девица модельной внешности в кожаной курточке и шарфе, замотанном на голове, нетерпеливо притоптывала перед дверью. Лицо ее показалось смутно знакомым. От девиц никакой пакости я не ожидала, а любопытство разбирало меня вовсю. Распахнув дверь, я малость ее напугала. Испуг сменился удивлением, причем с обеих сторон: в девице я узнала вчерашнюю пассию Аникеева, а вот чему удивилась она, я не знала.

— Ну, привет, — процедила она, вторгаясь во двор, из-за чего мне пришлось посторониться. — Где этот кент? Вы вообще кто?

— Кто мы, тебе знать незачем, — пошла в атаку Ритка, признав в гостье разлучницу. — А вот ты простигосподи первой категории, это без сомнения. Тебя что, Аникеев прислал? Я все равно не поверю в эту сказочку…

— Погоди, — утихомирила я подружку, кое-что сообразив. — Тебя как зовут?

— Виолетта.

— Ты какого кента ищешь?

— Антона, разумеется, — фыркнула брюнетка и, достав из кармана пачку сигарет, закурила. — А вы, дамочка, не очень-то трепыхайтесь. И завязывайте с оскорблениями. Я тут по своим делам, никаких Аникеевых не знаю.

Ритка принялась выговаривать ей про Аникеева, брюнетка непонимающе хлопала глазами, а я быстро набрала номер Антона.

Тот ответил мгновенно, но, услышав, что его разыскивает брюнетка по имени Виолетта, особо не обрадовался.

Наши переговоры гостью раздосадовали. Выхватив у меня трубку, она деловито отчеканила:

— Где тебя носит? У меня новости, давай встретимся через пятнадцать минут на нашем месте. И не забудь про деньги. Да, тут твои гостьи чуть мне в волосы не вцепились. Мы так не договаривались…

Ритка презрительно сплюнула, а я пожала плечами. Разбираться с Виолеттой я не собиралась, хотя вопросов в голове крутилось множество. Например, какое отношение эта девица имеет к Антону и Аникееву одновременно? О каких деньгах идет речь? Кроме версии, что она валютная проститутка и теоретически может иметь отношение к любому мужчине и деньгам в принципе, версий больше не было.

Вернув мне телефон, Виолетта недовольно фыркнула и, еще раз окинув меня взглядом, направилась к машине. Признаюсь, выглядела она до того эффектно, что я немедленно почувствовала себя курицей и принялась поправлять съехавший набок хвост.

Пока наша гостья разворачивалась и выезжала из узкого пространства между домами на черной блестящей «Ауди», я поделилась своими соображениями с Риткой.

Та была просто в бешенстве: видимо, впервые чья-то наглость сумела поставить ее в тупик. Обычно это была прерогатива самой Ритки, но тут ее уделали, и подружка не могла успокоиться.

— Понятия не имею, что ей тут понадобилось. Откуда Аникеев мог знать, где мы? Уже второй раз, между прочим. Да и, по словам этой Виолетты, явилась она к Антону. Хорошо, что не к Ивану, да? Ой, извини, тебе, наверное, не очень приятно.

— Мне все равно, если ты намекаешь на мои чувства к рыжему, — отмахнулась я. — Настораживает, что, по словам мужчин, об этом месте никто не знает. А тут ходят всякие…

— Это да. Дождемся и спросим, — Ритка направилась в дом, а я приписала ее неожиданное миролюбие по отношению к незнакомке только тем, что она вовремя вспомнила легенду. Бывшей девушкой Аникеева, по ее милости, теперь являлась я, и лишний раз привлекать внимание к своей персоне рассказом про бывшего любовника она сочла нецелесообразным.

Мы увлеклись шампанским и телевизором, так что время пролетело незаметно. На часах было уже десять вечера, и я уже подумывала отправиться в душ, как к дому опять подъехала машина. На этот раз ворота открыли сами, послышались голоса мужчин, и я облегченно вздохнула: все-таки находиться здесь одним было как-то жутковато.

Первым в дом ввалился Антон, лицо у него было такое, что я сразу же подскочила:

— Что-то случилось? Та девушка, ты с ней встречался? Она сказала…

— Ее только что нашли убитой тут неподалеку, возле железной дороги.

— Ты шутишь? — опешила я. —