Галина Куликова - Нагие намерения

Диана набрала воздуха в грудь, чтобы выпалить самое главное одним духом. Она не любила об этом говорить.

— Мама и тетя поссорились еще в молодости, потому что тетя вышла замуж за маминого жениха.

Алекс тотчас осуждающе нахмурился, а Клара протянула руку и похлопала свою подопечную по коленке.

— Банальная история, — буркнул Шургин.

— Для вас — возможно, — еще выше вздернула подбородок Диана. — Но не для меня и не для мамы. Мама до самой смерти любила своего… бывшего жениха.

На лице Шургина не мелькнуло ни тени сочувствия. Она решила не обращать внимания на его паршивый характер. Как ни крути, а рассчитывать больше не на кого.

— Бабушка написала мне из Америки несколько писем, — стараясь быть покладистой, объяснила она. — Все мои сведения оттуда.

— А тетя Люба?

— Около месяца назад она умерла. Перед смертью попросила меня приехать. И я отправилась в Тихорецк. Вернее, мы отправились вместе с Денисом. У него там были какие-то дела, и он предложил отвезти меня на машине.

— Какие дела? — с подозрением спросил Шургин. — Если я верно понял, ваш муж владел сетью турагентств. Неужели собирался открывать филиал в Тихорецке? Вряд ли это экономически выгодно.

Диана занервничала:

— На самом деле, я никогда не спрашивала у Дениса о его делах, ни во что не вникала. У нас были не такие отношения.

Она терпеть не могла рассказывать о своей личной жизни. Да никогда и не рассказывала, кажется. Ее единственная близкая подруга, с которой можно было поделиться душевными переживаниями, вышла замуж за итальянца и навсегда уехала из Москвы.

Алекс, на лице которого появилось преувеличенно сочувственное выражение, взял руку Дианы в свои и легонько пожал.

— Ты в ужасном состоянии, — важно заключил он. — Может быть, тебе лучше поплакать?

— Некогда ей плакать, — перебил его Шургин. — Думаю, с этой поездкой что-то не чисто. Возможно, ваша бабушка вовсе не забирала с собой сокровища в Америку. Или забрала не все. Что-то осталось тут, у ее болезненной дочери Любы. Думаю, из-за этого весь сыр-бор.

Он пытался заставить свою мысль работать четко. Обычно ему никогда и никто не мешал думать. Он мог находиться в шумной компании, на совещании, на дискотеке, где угодно, а мозг его решал поставленную задачу. Сейчас все было по-другому. Ему мешала Клара и ее умный ироничный взгляд, Алекс со своей дурацкой патетикой и эта девица, конечно. В первую очередь она.

— Не может быть, — горячо возразила Диана. — Тетя Люба сказала бы мне о сокровище. Не бросила же она его на произвол судьбы. Она написала бы мне письмо, завещание. Я — ее единственная наследница!

— А что она тебе сказала перед смертью? — поинтересовалась Клара, отставив чашку и придвинув к себе пепельницу. В пальцах она уже вертела привычную тонкую сигарету. — Тетя оставила тебе что-нибудь?

Диана нахмурилась:

— Она оставила мне все, что у нее было, — квартиру со всем содержимым. Но поговорить с ней я не смогла, потому что приехала слишком поздно. При мне она не приходила в сознание. Такое глупое стечение обстоятельств! В дороге у меня заболел зуб, да так, что я света белого невзвидела, Денису пришлось завезти меня к стоматологу. И только после того, как мне поставили пломбу, я попала к тете.

Над столом повисло молчание, и Диана, скрывая отчаяние, выпалила:

— Я понимаю, что втянула вас всех в неприятную историю. Наверное, вам действительно лучше отвезти меня в милицию. Вы уже и так сделали слишком много. Теперь я должна сама… Одна…

— Дианочка, не говори глупостей, — с чувством произнес Алекс. — Ты не одна. Я позабочусь о тебе. Я теперь всегда буду заботиться о тебе.

— Спасибо, конечно, — изумленно начала она, но Клара не дала ей доудивляться:

— Алекс, вы будете выяснять отношения позже. И вообще. Мне кажется, Диане сейчас не стоит светиться. Даже в милиции.

Клара любила документальные фильмы. Часто они носили разоблачительный характер, и правоохранительные органы не всегда играли в них положительную роль.

Тем не менее все посмотрели на Шургина, и он холодно ответил:

— Ей самой решать.

Диана проглотила комок в горле, но он, словно пробка, вынырнул снова, и ее ответ прозвучал хрипло:

— Вы же понимаете, что мне некуда деваться.

— Хотите получить предложение остаться тут жить? — запальчиво спросил он. И тут же с досадой заключил: — Считайте, что вы его получили. Я не останавливаюсь на полдороге. И не бросаю в беде женщин, даже если они мне… неприятны.

— О! — воскликнула Клара. — От вашей любезности, Олег, у меня даже сигарета потухла.

Диана и Шургин мрачно уставились друг на друга. Конфликт наконец созрел, как плод, который долгие недели атаковало солнце.

— Выскажитесь сразу, вам станет легче, — отчеканил он. — Давайте, говорите правду.

Диана глубоко вдохнула и произнесла:

— Я считаю вас надменным, наглым и самовлюбленным типом. Но по каким-то причинам вы мне помогаете, поэтому я не могу вылить на вас свое презрение. Мои чувства вступают в противоречие с разумом. — Она двинула бровями и добавила: — Теперь вы.

— Я уверен, что вы бездушная и расчетливая карьеристка с примитивными устремлениями, которая тем не менее строит из себя неизвестно что. Но я буду вам помогать. Вы заслуживаете помощи — но не как личность, а просто как особь, попавшая в трудную ситуацию.

— Отлично.

— Отлично.

Клара смотрела на них с живым любопытством, а Алекс ужасно разнервничался. Ему не терпелось расставить все по своим местам.

— Рад, что вы недолюбливаете друг друга, потому что я чертовски ревнив, — честно признался он. — Кстати, Диана, я хочу на тебе жениться. Ты должна узнать это прямо сейчас, потому что потом, когда найдется сокровище, будет поздно. Ты можешь подумать, что я своекорыстен.

Диана с трудом оторвала взгляд от Шургина и повернулась к Алексу, сделав большие глаза:

— Господи боже!

— Какое ты хочешь кольцо — с круглым бриллиантом или с квадратным? — быстро спросил он. — У меня хватит денег на красивую жизнь.

— Соглашайтесь, — подначил ее Шургин. — Красивая жизнь — это то, ради чего ВАМ стоит жить.

— Прекратите препираться, — повысила голос Клара. — Алекс, как ты можешь приставать к женщине, муж которой находится при смерти?

— Они не жили вместе, — мгновенно парировал тот.

— Кстати, — Шургин посерьезнел, давая понять, что перепалка завершилась и пора снова возвращаться к делам. — Что у вас там с семейной жизнью? Почему вы решили разойтись именно сейчас? Денис настаивал? Признавайтесь, это может оказаться важным. Так почему?

— Нипочему, — Диана принялась рассматривать свои ногти. — Почему все разводятся?

— Полагаю, вашего мужа потряс ваш характер.

— Олег! — прикрикнула Клара.

— Ладно, ладно.

— Мы с самого начала не были влюблены друг в друга, — неохотно призналась Диана. — Но в этом нет ничего криминального.

— Тогда с какой стати вы поженились?

Она сморщила нос и постаралась ответить честно:

— Мне пора было замуж, а Денис просто… очень увлекающаяся натура. Мы познакомились весьма романтично, он потерял голову.

— Да… — протянул Шургин, не в силах обуздать иронию. — Процедуру расторжения брака следует максимально упростить, так как предложение руки и сердца редко делается в здравом уме и твердой памяти.

— Если вы будете комментировать каждое мое слово…

— Извините.

Он не мог понять, что на него нашло. Ее прямой взгляд и задранный кверху нос вызывали в нем неистребимое желание задираться.

— Олег просто пытался узнать, — мягко сказала Клара, — не ссорились ли вы с мужем в последнее время? Может быть, что-то казалось вам странным, или злило, или беспокоило…

— Я не знаю, почему его хотели убить, — покачала головой Диана. — Полагаю, это связано с его бизнесом.

— А сокровище? — тотчас встрял Алекс.

— Ни о каком сокровище, ни о каких деньгах, тайниках и тому подобном я не знаю. Однако тот тип, который привязал меня к стулу, сказал, что я должна отыскать сокровище, которое спрятал мой муж.

— Я полагаю, нам нужна дополнительная информация, — подвел итог Шургин. — Но сначала решайте: идете вы в милицию или нет.

— Нет, — быстро ответила Диана. — Я боюсь. У Дениса были какие-то неприятности с милицией. Я могу влипнуть по полной программе.

— Возможно, вас ищут, — предупредил он. — Кстати, вы никому не одалживали свою машину?

— Нет, она была на стоянке, а ключи от зажигания лежали дома. Я не ездила почти целую неделю.

— Кто же та женщина, которая оказалась за рулем и попала в аварию?

— Понятия не имею.

— Занятно. Я позвоню в больницу и попытаюсь разведать обстановку.

— Не надо! — В глазах у Дианы впервые появилось реальное чувство. Испуг. — Вдруг это ловушка? Вдруг вас вычислят? А через вас отыщут меня…

«Черт побери, она боится, — понял Шургин. — Она боится до смерти. Как я до сих пор этого не понял?»