Елена Логунова - Кляча в белых тапочках

Ознакомительный фрагмент

– Значит, летающей тарелки сегодня не будет? – тихонько спросила у меня мама.

В голосе ее слышалось сожаление.

– Сегодня – нет, – уверенно сказал Колян, быстро глянув сначала на Луну, прочно застрявшую в одной из Больших Медведиц, а потом на светящийся циферблат своих наручных часов. – Сегодня среда, а она прилетает по понедельникам, и не раньше полуночи.

– Он тебя разыгрывает, – я гулко стукнула мужа по широкой спине. – Летающих тарелок в природе не бывает! Как и телепатов, ясновидящих, говорящих животных, честных политиков и зомби…

Не будучи ясновидящей, я тогда не могла знать, что в ближайщее время мне предстоит пересмотреть свое мнение по последнему пункту.

Я не очень хорошо сплю на новом месте, потому что ни одно ложе не бывает удобнее и уютнее собственной постели. Поэтому вполне комфортная широкая кровать, предоставленная в наше с Коляном распоряжение гостеприимной Иркой, не была оценена мной по достоинству. Давно уже крепко спал на своей половине ложа Колян, уютно сопел в круглом надувном бассейне, временно возведенном в ранг детской кроватки, Масянька, а я все лежала, тупо таращась в темноту. Мне никак не удавалось уснуть, хотя я перепробовала уже все народные средства: добросовестно пересчитывала воображаемых баранов, напевала заунывные колыбельные и даже пыталась сама себя укачивать, обхватив руками бока. Где-то в третьем часу ночи мне стало ясно, что без снотворного обойтись не удастся, и я потихоньку, чтобы не разбудить спящих Колянов, выползла из-под шуршащего шелкового покрывала, вышла из темной комнаты и побрела в кухню – искать аптечку.

Топографию Иркиного домовладения я знаю досконально, поскольку мне случалось подолгу жить в этом доме. Как-то я даже выдержала настоящую осаду, прячась здесь от охотящихся за мной киллеров. Поэтому мне не составило труда отыскать дорогу в кухню, а в ней найти шкафчик, на полке которого лежал вместительный чемодан, который Ирка ласково именует «аптечкой». Порывшись в этом саквояже, я отыскала пузырек с таблетками валерьянки, вытряхнула из него сразу три приплюснутых желтых горошины и проглотила их, запив водой из-под крана. «Докторский чемоданчик» забросила обратно на полку, закрыла дверцу шкафчика, отошла на пару шагов, и тут за моей спиной ка-ак грохнет!

В ужасе я обернулась и увидела, что кухонный шкафчик сорвался с петель и упал на пол.

– Пустяки, дело житейское, – успокоила я сама себя. – Ничего хрупкого, легкобьющегося там не было, один чемодан с лекарствами!

С трудом открыв дверцу перекосившегося шкафчика, обморочно валявшегося на спине и похожего на разбитый гроб, я взглянула на чемодан, похожий на лежащего в гробу гиппопотамчика. Он выглядел неповрежденным, но почему-то был мокрым. Я вытянула обмочившегося гиппопотамчика наружу, машинально пробормотав незабвенное:

– Ох, нелегкая это работа – из болота тащить бегемота!

С бегемота, то есть с чемодана капало. Я озабоченно заглянула в опустевшую домовину: ох! Похоже, на полочке рядом с «аптечкой» стояла какая-то посудинка с разведенной марганцовкой, а я метким броском саквояжа ее раздавила!

– Я так и знала, что это ты хулиганишь, кто же еще! – возмущенно произнесла появившаяся на пороге Ирка – в белой шелковой ночнушке, похожей на парашют и смешных тапках с помпонами. – Угомону на тебя нет! Три часа ночи! Ты смерти моей хочешь!

– Кто убился? – по-своему услышал последние слова жены подоспевший Моржик в дивной пижаме с Симпсонами.

Он окинул встревоженным взглядом кухню, заметно побледнел, увидев на светлом линолеуме красно-черную марганцовочную лужу, и подкорректировал вопрос:

– Кого убили?

Я не успела ничего ответить, потому что в проеме двери, столкнувшись лбами, проявились мои мама и сестра.

– С ума сошла, сунула труп в чемодан! – с ходу оценив обстановку, накинулась на меня сестричка. – Что, в доме не нашлось большого полиэтиленового мешка? А ну, живо, бери тряпку и вытирай с баула свои отпечатки!

– Аленушка, детка, как ты могла?! – воскликнула мама.

– Как – это не вопрос, инструмента в доме навалом, – отмахнулась сестра, кивнув в сторону украшающего рабочий стол декоративного поленца с торчащими из него ручками разнокалиберных ножей.

– В чемодане никакого трупа нет! – с трудом перекрыв гудящие голоса, сообщила я.

– А где он? – тут же спросила сестра.

– А кто он? – вторил ей Моржик.

– А где Колян? – быстро пересчитав присутствующих по головам, испугалась мама.

– Вы что, поссорились? – схватилась за голову Ирка.

– Коляна в чемодане тоже нет! – продолжала отбиваться я.

– А где он? – видно, на этом вопросе сестрицу заклинило.

– Он в постели! – выкрикнула я.

На мгновение стало тихо. Потом Моржик многозначительно присвистнул и с отчетливой завистью в голосе сказал:

– Красиво погиб! Как мужчина!

– А зарезала ты кого? – ожила бесцеремонная сестрица.

– И зачем? – поинтересовалась Ирка.

– Третий лишний! – многозначительно изрек понятливый Моржик.

– Деточка, не пытайся скрыться с места преступления, это бесполезно! Поставь чемодан и сядь, я сейчас дам тебе валерьянки! – захлопотала вокруг меня заботливая мама.

– Я уже выпила валерьянку! – взвизгнула я.

– Непохоже, – заметила Ирка.

– Где у тебя лекарства, Ириша? – продолжала метуситься взволнованная мамуля.

– В шкафчике, в большом саквояже, – машинально ответила Ирка.

И она автоматически посмотрела сначала на кухонную стенку, в которой оторвавшийся шкафчик образовал брешь, потом на сам шкафчик, а затем и на чемодан у моих ног.

Еще пару секунд до присутствующих доходил смысл Иркиных слов, потом Моржик наклонился над красной лужей, принюхался и сообщил:

– Это марганцовка!

– Не поняла, – с претензией сказала сестрица. – Это что, не кровь? Выходит, ты никого не убила? А зачем тогда глотала валерьянку?

– Затем! – рявкнула я, отпихивая протянутый мне мамулей стакан с водой. – Успокоиться хотела, уснуть! А то все дрыхнут, как мертвые, и Колян там лежит-валяется, а я мучаюсь!

– А Колян, значит, все-таки того? Лежит? – снова напрягся Моржик.

– Чего это вы разорались среди ночи? – зевая, хрипло вопросил из-за спин опоздавший на шоу Колян. – Галдите, как вороны! Шумите так, что мертвого поднимете!

– Свят, свят, свят, – тихо сказала мама, глядя на Коляна округленными от испуга глазами.

– Ты кто – зомби? – прямо спросила сестрица, на всякий случай протягивая руку к свисающей с крюка в потолке вязанке чесночных головок.

– Не понял? – Колян изумленно крутил головой.

– Где у нас серебряные вилки? – не сводя с него глаз, громким шепотом спросил у Ирки Моржик.

– С ума вы все, что ли, посходили! – очнулась от ступора я. – Ну, сказочники! Подумать только, Коля, эти ненормальные записали меня в кровавые убийцы, а тебя – в зомби!

– Но почему? – удивился Колян.

– Сейчас я тебе все объясню, – возвращая на место чеснок, поспешила вмешаться сестрица.

Торопясь и перебивая друг друга, сестра, мама, Ирка и Моржик изложили свое видение ситуации. Я несколько раз порывалась открыть рот, но мне и слова вставить не дали. Колян внимательно слушал и уже на середине рассказа начал обидно хохотать.

– Пойдем прочь от этих психов! – Схватив веселого «зомби» за руку, я отволокла его обратно в постель.

Заглянула в надувной загончик к малышу и убедилась, что Масянька крепко спит.

– Брали бы пример с ребенка, оболтусы, – обиженно ворчала я, забираясь под скользкое покрывало. – Вот, младенец – образец для подражания: среди ночи по дому не бегает, драматических сцен не устраивает, мирно спит и видит приятные сны!

О том, что первой вылезла из кровати и пошла бродить по дому я сама, я почему-то напрочь забыла.

Четверг

Поутру за завтраком все делали вид, что ночного шоу не было. Кажется, даже до сестрицы дошло, что подозревать меня в совершении кровавого преступления было, по меньшей мере, бестактно. Мама предупредительно намазывала для меня бутерброды, Ирка подливала в чашку кипяток, а сестра наступила себе на горло и не слопала последний эклер, уступив его мне. Все еще обиженная, я надменно игнорировала эти мелкие знаки внимания и нарочито оживленно общалась с Масянькой. Малыш с аппетитом уплетал холодные котлеты, собственноручно добытые им из папиной тарелки. Колян с несчастным видом ковырял ложкой детскую манную кашу.

– А где Моржик? – сообразив наконец, что за столом кого-то не хватает, спросил Колян. Тут же покосился на меня и дипломатично добавил – Не подумайте чего плохого, я никого ни в чем не подозреваю, просто мне интересно, где сейчас Моржик?

Я тихо фыркнула.

– Этот маньяк пошел на охоту, – ответила Ирка. Запнулась и тоже опасливо покосилась в мою сторону: – То есть он просто взял ружье и пошел охотиться на уток.

Конец ознакомительного фрагмента