Фактор кролика - Антти Туомайнен

игра» сбывает мне устаревший аттракцион и шантажирует нас, вытягивая сумасшедшие деньги, невозможно. Нам необходимо избавиться от этих двух проблем. И нужно что-то еще, что переломило бы ситуацию и снова привлекло бы к нам клиентов.

Парку не обойтись без «Прыжка лося».

Либо мы его покупаем, либо…

Стук в дверь.

Быстро перебираю в голове всех, кто мог бы ко мне заявиться, и возможные причины визита. Минтту К хочет денег на маркетинг, рекламу и спонсорские договоры. Самппа желает расширить свою терапевтическую деятельность и развивать направление по укреплению душевного здоровья. Эса на данном этапе может возмечтать о подразделении космического мониторинга типа Space Force. Йоханна, скажем, решила, что ей не обойтись без персонального поставщика морепродуктов из Нормандии, чтобы она могла использовать его по своему усмотрению. А у Кристиана вообще неиссякаемый список желаний — от должности исполнительного директора до протеинового батончика со вкусом мяты. И объединяет эти хотелки одно — все они исключительно несвоевременны.

Я внутренне собираюсь и приглашаю посетителя войти. Дверь открывается, и головная боль становится еще нестерпимее.

Пентти Осмала надолго замирает перед открытой дверью. Сначала я думаю, что он пытается придать своему появлению драматизма, но потом понимаю причину задержки: он изучает табличку сбоку от двери, где директором почему-то по-прежнему значится Юхани. Не знаю, почему табличку еще не сменили. Ознакомившись с именем директора, Осмала наконец заходит в кабинет. Он здоровается и выражает надежду, что не оторвал меня от важного дела. Я вынужден отвечать ему полуправдой, что, мол, разумеется, нет, заходите, пожалуйста, — и указываю на стул. Осмала садится на офисный стул, который под ним кажется игрушечным, словно из набора для кукол. Следующие секунд тридцать Осмала сосредоточенно расправляет пиджак, разглаживает брюки, рубашку, смахивает пылинки с туфель — с тех самых коричневых сверкающих балетных пуантов, — устраивается поудобнее и снова возвращается к пиджаку, прежде чем показать своим видом, что он готов к разговору. Полицейский смотрит на меня голубыми глазками на застывшем каменном лице.

— Я сразу перейду к делу, — произносит он, и мне приходит на ум, что это заявление не в полной мере соответствует действительности, поскольку он находится у меня в кабинете уже с минуту, не переходя ни к какому делу. — Это касается человека, найденного нами в лесном озере с билетом в ваш парк.

Говорю, что помню об этом случае.

— При нем было еще кое-что, — продолжает Осмала и начинает копаться в кармане своего пиджака. — Вот. Поначалу у нас не возникло никаких идей. Но со временем наметилась кое-какая связь.

Осмала достает руку из кармана.

— Такая вот штука, — говорит Осмала и держит что-то в поднятой руке. Ключ. Его концом Осмала указывает в потолок. И это пока все, что я могу сказать по данному поводу. Ключ как ключ. — Сначала нам нужно было выяснить, от какого он замка, а затем — где находится этот замок. На решение второго вопроса ушло больше времени.

Не знаю, должен ли я высказывать свои догадки о местонахождении замка. Ничего не говорю. Осмала молча смотрит на ключ, и, когда наконец открывает рот, мне кажется, что он и разговаривает с ключом.

— Это ключ от того типа замков, — говорит Осмала, — какие устанавливают только в двери трейлеров — домов на колесах. И только определенных моделей домов на колесах… — Осмала делает паузу и продолжает: — Потом нам надо было найти эти автодома и вычислить наиболее вероятный вариант для парня, который ошивался бы в основном в Хельсинки и пригородах. Вы ведь тоже вроде бы занимались расчетом вероятностей, да?

— Да, — отвечаю я и почему-то добавляю: — И управлением рисками.

Осмала переводит взгляд с ключа на меня.

— Вот как… — говорит он, и в его интонации нет вопросительной нотки. — Это хорошо. В общем, в конце концов мы нашли нужный трейлер. В Хельсинки, как я и предполагал. В Растила.

Нескольких секунд хватило, чтобы я сумел подготовиться к такому повороту событий. Манера Осмалы выражать свои мысли мне уже знакома. Тем не менее эта новость похожа на взрыв, ударная волна от него проходит где-то у меня внутри, и я должен держать ее под контролем. Мне кажется, внешне я никак не проявил своего волнения. Осмала, в свою очередь, не видит моей рубашки на спине, та вдруг стала влажной и прилипла к коже.

— В трейлере не нашлось ничего особенного, — продолжает Осмала. — Пара пистолетов, ножи, баллончик со слезоточивым газом. Нужные для работы инструменты. Телефон, но он, что называется, чистый. К слову, чистота в самом трейлере оставляла желать лучшего.

Осмала выдерживает паузу. Я уверен, что он ждет от меня какого-то вопроса. Единственный вопрос, что приходит мне на ум, не самый лучший в истории человечества и даже не тот, какой я на самом деле хочу задать. Однако нужно что-то спросить.

— И?..

— Не столько «и», сколько «но», — отвечает Осмала, похоже вполне удовлетворенный моей реакцией. — А может быть, даже лучше будет сказать «но с другой стороны…». То есть — а что, если мы взглянем на дело немного под другим углом? Этот приятель оставляет весь свой серьезный инвентарь в трейлере, даже телефон не берет с собой, чтобы не фиксировался маршрут его перемещений и — на что следует обратить внимание особо — тщательно запирает за собой дверь. На что это похоже? Вот и мне так кажется. Он отправляется на дело. Не очень серьезное. Нужно кого-то напугать, надавить, пригрозить, наподдать, может, легонько придушить ну или просто на ком-то потоптаться. Передать привет. Но что-то идет не так. Хотя, если посмотреть на дело с точки зрения того, кого нужно запугать, все идет как раз так, как надо.

Осмала смотрит на меня, я — на него. Затем ключ скрывается у Осмалы в кулаке, который тот сует в карман и, судя по всему, оставляет его там.

— Такой вот получается расчет вероятностей, — говорит он, — и может быть, даже управление рисками.

— Именно, — соглашаюсь я, хотя не до конца уверен в точности такой классификации событий. В любом случае мне не хотелось бы обсуждать эту тему прямо сейчас. За время, проведенное в Парке приключений, я научился не обращать внимания на эпизодически возникающие противоречия и неточности, хотя они меня и раздражают.

— Как поживает художница?

Вопрос Осмалы относится к какому-то другому миру и даже к иному измерению, так что у меня уходит секунда-другая, чтобы понять его. Он, конечно, имеет в