Коза – Дереза - Ирина Трифоновна Северинчук

Я лежала на сухой траве. Джессики рядом не оказалось. Кружилась голова. Попробовала пошевелиться, но резкая боль отдалась в голове. Тогда я закричала.

Пещерное эхо гулко отдалось под каменным сводом. Через несколько минут услышала шаги и увидела перед собой мужчину с заросшим лицом и длинными волосами, доходившими  до плеч. Одет был в длинный балахон из серой дерюжки.

– Хочу пить, – простонала я. Мужчина удалился, но через некоторое время, показавшееся мне бесконечностью, появился.

– Развяжите меня. Почему  держите  связанной? Но он молча притулил к моему рту кружку. Я жадно выпила всю воду. Развязывать не стал, ушёл вглубь пещеры.

 «Где же Джессика?»– подумала я, впадая в сон.

 Сколько прошло времени не знаю, но когда  открыла глаза, то почувствовала, что мне уже легче. Сильная  боль прошла, и голова не кружилась. Посередине пещеры горел костёр. Пятеро мужчин, в одинаковых одеждах, суетились  возле огня.

Двое же других  тащили  Джессику к костру. Она упиралась и хрипела, так как горло было сильно перетянуто верёвкой. В руках у одного мужчины появился большой нож. Я сразу поняла, что сейчас произойдёт что – то ужасное и непоправимое. И как только собака очутилась возле огня, человек с ножом подошёл к ней вплотную.

Собравшись с силами, и вдохнув всей грудью, я издала такой пронзительный крик, что сама чуть не оглохла. Все присутствующие замерли на минуту, а этого стало достаточно, чтобы Джессика рванулась из рук державшего её мужчины. Собака сделала прыжок в мою сторону, хотела бежать ко мне на помощь.

Но я поняла, что нам не справиться с этими «козлами». Успела дать команду собаке:

– Джесси, домой! Бегом, марш! Собака рванула на выход из пещеры, и ей удалось это. Суматоха и крики прекратились с появлением женщины в белом. Я была шокирована, это та самая утопленница, которую видела ночью, плывущей в лодке.

 Усевшись на пенёк напротив, она уставилась на меня немигающим взглядом. Её лицо, вымазанное белым веществом похожим на мел, смотрелось ужасно. Губы имели кровавую окраску, а глаза и брови, подведённые чёрной краской, придавали ещё больше уродства. И меня сильно удивило, когда я увидела на голове  этой дамочки вместо волос,  лошадиные хвосты. Да, те самые, которые мы разыскивали.

Подозвав одного из своих подчинённых, дамочка что – то шепнула ему на ухо. Ко мне подошли  двое и, взяв меня под руки, подвели к ней. Она протянула ко мне руку и попыталась потрогать мою грудь. Я сделала резкое движение и отклонилась. Она не рассердилась, а только усмехнулась. Но в этой ухмылке было столько сарказма, что мне стало нехорошо.

Один из мужчин схватил меня за руку, и потащил в  узкий проход, который вывел в небольшое замкнутое пространство. Оставив меня одну, он удалился. На стене ярко горел факел.

Возле противоположной стены находился деревянный настил, покрытый сухой травой, видно, он служил кроватью. Руки и ноги ломило от тугих верёвок. Я осторожно опустилась на край ложа из трав и подумала за Джессику:

 « Наверно, она уже добралась до дому и скоро приведёт ко мне на помощь людей».

 Послышались  шаги. Ко мне вошла  утопленница.

– Как звать тебя? И зачем пожаловала на мой остров? – непонятно, каким голосом – мужским или женским, произнесла она.

– Если хотите что – то от меня узнать, то развяжите мне руки и ноги, – смело заявила я, всё ещё надеясь на помощь Джессики.

В руках утопленницы сверкнуло лезвие ножа, и я с ужасом вспомнила свой сон. Но она не стала убивать меня, а быстрым движением перерезала мои верёвки.

Я с большим облегчением вздохнула и принялась растирать больные места. Она молча ждала, когда я закончу свои процедуры. Затем совершенно спокойно сняла с головы лошадиные хвосты, обнажив лысину. И также решительно принялась снимать свой балахон.

Я с ужасом смотрела на неё. Передо мной  возникла мужская фигура. Почему мужская? Потому, у неё не было груди. На дамочке – утопленнице была только набедренная повязка, и оставалось только догадываться, что находилось под ней.

– Раздевайся! Услышав её приказной тон, повергший меня в шок, я сделала вид, что не поняла её.  Тогда она подошла ко мне и быстрыми  рывками с помощью ножа сорвала мою одежду.

Я не успела опомниться, как обнажённая очутилась перед ней. Обойдя вокруг, она с большим любопытством  осмотрела меня с ног до головы. Я была как будто в каком – то кошмарном сне. Не могла шевелиться.  Мой разум и тело подчинялись ей или ему, мне уже было всё равно кому.

 Но когда почувствовала, что её руки сильно сдавили мне грудь, я словно проснулась. Вспомнив, что могу кусаться, а в данный момент это было моё грозное оружие. С большим желанием вонзила свои зубки в её плечо. Видно, получилось очень глубоко, что на какую – то секунду я почувствовала  солоноватый привкус человеческой крови.

Выплюнув всё, что было у меня во рту прямо в лицо утопленнице, которая от боли завопила благим матом, я, развернувшись, бросилась бежать, позабыв, что голая.

 Удалось выбежать из пещеры, но споткнулась о небольшой каменный выступ и со всего размаху распласталась на земле. Меня схватили и притащили к костру. Дамочка – утопленница, уже одетая в свои маскировочные наряды, приказала мужикам:

– Принести в жертву!

И со злостью, глядя на меня своими чёрными глазищами, левой рукой поглаживала правое плечо, где был мой укус.

Да, он был большим аргументом, чтобы наказать. У меня была длинная русая коса, заколотая шпильками на макушке. Её распустили, и волосы рассыпались до талии.

Моё лицо помазали какой – то вонючей мазью. Затем  поставили на большой пень, к которому был прибит шест и крепко привязали к нему. Обложили вокруг  сухим хворостом и подожгли. Всё это произошло в одно мгновение, что я только тогда поняла, что меня хотят сжечь на костре, когда почувствовала запах дыма, ощутила огонь под ногами и увидела моих мучителей с вымазанными лицами и пританцовывающими вокруг костра.

Они что – то несуразное мычали и, держась за руки, двигались по кругу.

– Боже!– взмолилась я.– Неужели это правда, и я сгорю!

Огонь быстро разгорался. От подступающего жара к моему телу и едкого дыма, я стала