Ирина Волкова - Раиса в стране чудес

— Знаешь, что я тебе скажу, — медовым голоском пропела Ньеппер и пальчиком поманила агента наклониться поближе к ней.

— Fuck you, asshole, — рявкнула она ему в ухо. — Screw it yourself.

— В данном случае речь идет не о моей, а о твоей половой жизни, — стараясь держать себя в руках, спокойно произнес Джадд. — Ради того, чтобы перепихнуться со своим ублюдочным муженьком-наркоманом, ты готова послать псу под хвост не только свою карьеру, но и всю дальнейшую жизнь. Может, найдем компромиссный вариант? Если ты не можешь жить без унижений и скандалов, без того, чтобы об тебя вытирали ноги, — запишись в престижный клуб садо-мазо. Могу даже порекомендовать один — публика там самая изысканная. Говорят, его тайно посещают губернатор штата, начальник полиции нравов и высокие чины католической церкви. По заказу тебе подберут парня, как две капли воды похожего на твоего драгоценного Келлера — пьяного, вульгарного, истеричного и с татуировками по всему телу. Так и волки будут сыты, и овцы целы. Только не говори сразу «нет». Подумай над моими словами.

— Ублюдок, — прошипела Кейси и, размахнувшись, влепила агенту звонкую пощечину.

Сорвав с себя абрикосовый пиджак, она швырнула его, в руки возбужденно впитывающей в себя подробности ссоры продавщицы.

— Ноги моей больше здесь не будет, — яростно обрушилась она на девушку. — Я даже плюнуть побрезгую на вашу грошовую лавочку, в которую впускают вшивых вонючих педерастов типа Джадда Эллимена.

Бросив на агента уничтожающий взгляд, звезда в ярости выскочила из магазина.

— Ну вот, теперь я еще и педераст, — вздохнул Эллимен. — И все потому, что помог этой вздорной сучке заработать чертову прорву миллионов.

Потрогав кончиками пальцев пострадавшую щеку и болезненно поморщившись, Джадд вышел вслед за Кейси.

Вешая на плечики пиджак, продавщица раздумывала о том, какому бульварному журналу лучше продать подробности скандала — «Стар» или «Энкуайрер». Остановив свой выбор на «Энкуайрер» — там платили чуть-чуть больше, девушка посмотрела в окно, на Эллимена, яростно хлопнувшего дверцей своего «Роллс-Ройса», и осуждающе покачала головой.

— Если в ближайшие десять лет бог не уничтожит Голливуд, ему придется принести свои извинения Содому и Гоморре, — задумчиво произнесла она.

— Та-ак, — мрачно протянул Франсиско Асаведа, более известный в кругах колумбийской мафии как Пако Могила.

Интонации его голоса не предвещали ничего хорошего.

— Мне очень жаль, — развел руками Фабио Эстиарте, — но мы его упустили.

— Значит, упустили, — медленно повторил Асаведа.

— Он действует на своей территории, — пожал плечами Бруно Байона. — К сожалению, наши возможности в России ограниченны.

— Вы отвечали за проведение операции, и вы провалили ее, — отчеканил Пако Могила. — Не мне вам объяснять, какая участь вас теперь ожидает.

— Но вы сами одобрили проведение операции, — голос Фабио предательски дрогнул. — Мы лишь выполняли ваши распоряжения. Череп был надежным партнером, он всегда держал свое слово — мы в этом неоднократно убеждались. Такой человек, как Самарин, не станет всю жизнь прятаться от киллеров из-за каких-то двух миллионов долларов. Для обычного человека это, конечно, большие деньги, но только не для Ивана. Скорее всего произошло что-то непредвиденное.

— Почему тогда он со мной не связался? — осведомился Франсиско. — Он мог вернуть деньги или попросить отсрочки.

— Не знаю, — вздохнул Эстиарте. — Этих русских не поймешь. У них своя логика.

— А может быть, дело не только в двух миллионах? — предположил Бруно. — Что, если арабы предложили ему за микропленку в два раза больше? В таких делах они не скупятся. Ни для кого не секрет, что в знак протеста против поддержки Америкой Израиля исламские экстремисты готовятся осуществить на территории Соединенных Штатов беспрецедентный по своим масштабам террористический акт. Взрыв малогабаритной атомной бомбы в данном случае произвел бы потрясающий эффект. За микропленкой охотились чеченцы, но в итоге она досталась Черепу, который обещал передать ее нам. Чертовы мусульмане могли надавить на Самарина.

— А что, это очень даже возможно, — энергично закивал Фабио. — Вдруг Черепа похитили чеченцы? Это бы все объяснило.

— В общем, даю вам неделю, — подвел итог Асаведа. — Достаньте Ивана хоть из-под земли и доставьте его ко мне. Не выполните задание — можете заказывать венки на свои похороны.

— Всего неделю? — умоляюще протянул Бруно. — А если…

— Никаких «если», — оборвал его Пако. — Я сказал: «неделя», значит, неделя.

В кармане у Эстиарте зазвонил сотовый телефон.

— Да? В Нью-Йорк? Ты уверен? Когда? Каким рейсом? Череп был один? Понятно, с Мясником. А чеченцев поблизости не наблюдалось? Не знаешь? Попробуй выяснить. Ты распорядился о том, чтобы Самарину сели на хвост? Отлично. Держи меня в курсе.

Отключившись, Фабио поднял на босса загоревшиеся охотничьим азартом глаза.

— Самарин в Нью-Йорке вместе с Мясником.

— Я понял. Его уже взяли под наблюдение?

— Пока нет, но сделают это в ближайшее время. В Штатах у нас гораздо больше возможностей, чем в России.

— Что ж, похоже, вам повезло, — сухо произнес Франсиско. — Немедленно отправляйтесь в Нью-Йорк. Схватите Самарина и доставьте его мне. Хотя нет… при переправке его через границу могут возникнуть определенные сложности, а время не терпит. Я полечу с вами.

— Отлично, босс! — подобострастно кивнул Бруно.

— Ну-с? — откинувшись на спинку кресла и сцепив руки на животе, осведомился Леша Китайчик.

Они с Самариным уже успели обменяться положенными приветствиями и новостями. Поскольку Череп медлил сообщить о цели своего визита, новоиспеченный mister Heraskin решил проявить инициативу.

Верно интерпретировав произнесенное хозяином междометие, Череп вздохнул и негромко хмыкнул, прочищая горло. Признаваться в том, что восемнадцатилетняя пигалица умыкнула у него, опытного криминального волка, два миллиона долларов, Ивану было стыдно. Хорошо хоть про микропленку, засунутую в тамагочи, можно промолчать. Не хватало еще, чтобы Китайчик решил, что в свободное от преступной деятельности время Самарин развлекается возней с идиотской японской зверюшкой.

— Ну-с, — повторил Леша, опытным глазом подметив отразившуюся на лице приятеля внутреннюю борьбу.

— Моя любовница увела у меня два миллиона долларов и свалила с ними в Штаты, — даже решившись, Череп с трудом выдавил эти слова.

— Да, крепко она тебя обула, — хмыкнул Китайчик. — Сейф вскрыла или ты сам ей по дурости код сказал?

— Если бы, — удрученно покачал головой Самарин. — Из удобрений выкопала.

— Ты хранил два «лимона» баксов в удобрениях? — на всякий случай уточнил Леша.

— А чем плохое место? Кому могло прийти в голову туда сунуться?

— Твоей крале пришло.

— Пришло, — согласился Иван. — Дал я с ней маху, признаюсь.

— И что ты хочешь от меня?

— Мне нужна помощь. Выдели мне пару толковых ребят, знающих, что к чему. Мы-то с Мясником в Штатах не слишком хорошо ориентируемся.

— И что я с этого буду иметь?

— Пятнадцать процентов от возвращенной суммы.

— Тебе нужны только деньги или деньги и девица?

— Деньги и девица, — скрипнул зубами Череп. — Причем живая. В здравом уме, так сказать, и твердой памяти.

— Тогда сорок, — равнодушно произнес Китайчик и принялся меланхолично вращать большими пальцами сцепленных на животе рук.

— Побойся бога! Это же грабеж чистой воды! — возмутился Самарин. — Мне и нужно-то пару братков, знакомых с местной спецификой. Да я за десять штук баксов целую свору американских детективов найму.

— Нанимай, — пожал плечами Леша. — Кто же тебе мешает?

Череп молчал. Он знал, что вмешивать в это дело американцев никак нельзя — может оказаться себе дороже. Русскую мафию янки не любили, а о двух «лимонах» «грязных» русских денег тут же стукнули бы куда следует, получив за это соответствующее вознаграждение.

— Ну так как? — осведомился Китайчик.

— Двадцать процентов, — сказал Иван. Леша отрицательно покачал головой.

— Тридцать — и только по старой дружбе. Это мое последнее слово.

— Двадцать пять.

— Я сказал — тридцать.

— Ладно, по рукам, старый кровопийца, — вздохнул Череп. — Но только с девушкой ничего не должно случиться. Я сам с ней разберусь.

— Вот и славно, — широко улыбнулся Гераськин. — Ну что, обмоем наш договор по старой русской традиции?

— Обмоем, отчего не обмыть, — согласился Самарин.

— Я все выяснил, — доложил Аслан Татриев, долговязый носатый чеченец с руками, длинными и волосатыми, как у орангутанга. — Череп с Мясником умотали в Нью-Йорк. Думаю, что микропленка при них.