Дарья Калинина - Месть в ажурных чулках

Ознакомительный фрагмент

— Но ты не помнишь, что она тебе их отдала?

— Нет, — признался Сенечка и тут же пояснил: — Верно, я очень занят в этот момент был. У меня такое случается, увлекусь чем-нибудь, на вид вроде бы нормальный, а сам ни черта потом не помню, о чем со мной разговаривали. Весь в своих мыслях.

— У меня тоже такое бывает, — утешила его Леся.

— Так нам-то что делать? — метнув на подругу сердитый взгляд, спросила у Сенечки Кира. — Где ключи-то искать? Дома, я так понимаю, их у тебя нет?

— Я все обыскал! — заверил их Сенечка. — И чего вы мне сразу не сказали, что у Ларисы такая жуткая история приключилась? Я только так до конца и не понял, кого она там убила? Что за мужик к ней с тортом приперся?

— Ты-то об этом откуда знаешь? — нахмурилась Кира.

— Я часть вашего рассказа в отделении в коридоре подслушал, — признался Сенечка. — А потом меня у дверей застукали и вон выставили.

Вздохнув, подруги переглянулись. Посвящать еще и любопытствующего Сенечку в эту запутанную историю с убитым Брюнетом и подменной Ларисой в данный момент им совершенно не хотелось. А хотелось им добраться до дома, лечь спать и хотя бы на время забыть обо всех своих злоключениях.

— Знаешь что, — сказала Кира Сенечке, — давай так договоримся: ты сейчас поищешь ключи, а когда найдешь, ты нам скажешь, у кого они. Ладно? А мы тебе в обмен расскажем, что там с Ларисой случилось и чем ей эта история грозит.

— Ну, хорошо, — неожиданно быстро сдался Сенечка, который был человеком увлекающимся и в данный момент явно изнывал от желания в подробностях узнать, что там приключилось с Ларисой. — Ключи я так и так должен отыскать. Не нравится мне вся эта круговерть возле Ларисиной квартиры.

Подруги молчали, и он принялся объяснять им свое умозаключение:

— Ведь я почему взял ее ключи? Потому что сразу понял: у Ларисы дома шаром покати. И красть у нее, соответственно, нечего.

— Откуда бы ты это мог сразу так понять? — не поверила ему Леся.

Вид у нее соответствующий, — пояснил ей Сенечка. — Сразу видно, голь перекатная. Так что за то, что меня в краже обвинят, я мог не опасаться и ключи взять. Но если у нее в квартире повадились трупы появляться, то уж нет… От такой квартиры ключи при себе держать — просто самоубийственно. Того и гляди, сам за решеткой окажешься! Ни за что, ни про что!

С этим обстоятельством подруги не могли не согласиться. Поэтому Сенечка отправился пытать дальше своих соседей на предмет того, куда он мог подевать чужие ключи. А подруги отправились к себе домой.

— Ночь мы с тобой провели бурно, но все как-то бестолково! — неодобрительно заметила Леся, когда они уже подходили к своему дому. — Слушай, пошли ко мне! У меня мама уже, наверное, приехала.

— И своих пирогов с собой привезла? — немедленно отреагировала Кира, которая здорово проголодалась.

В отделении, несмотря на зарождающуюся приязнь между ними и операми, их угощали только растворимым кофе и какими-то каменными пряниками, которые даже всеядная Кира не сумела толком разгрызть. Так что знаменитые пироги Светланы Сергеевны — Лесиной мамы — сейчас были бы весьма кстати.

— Нет, насчет пирогов я пока не знаю. Я же еще не успела с мамой пообщаться, — виновато развела руками Леся.

— Тогда я лучше к себе пойду! — покачала головой Кира. — Ты уж извини, я твою маму безмерно уважаю, но вот странно, выносить ее могу, только когда по дому разносится запах ее свежих, с пылу с жару, пирогов.

— Я понимаю, — кротко согласилась Леся. — Пироги моей мамы могут примирить с ней кого угодно. А так характер у нее не сахар. Просто удивительно, что Юсси живет с ней уже столько лет.

Юсси был финским мужем Лесиной мамы. Никакими особыми достоинствами мужик не блистал. Но Леся обожала отчима. По ее мнению, он был словно волшебник. Еще бы, с его появлением у Лесиной мамы практически не оказалось возможности ежедневно и ежеминутно контролировать жизнь своей дочери. И Леся наконец-то смогла вздохнуть вольготно.

Звонить из Финляндии каждый день Светлане Сергеевне не позволяла природная бережливость. Поэтому она ограничивалась трехминутным разговором с дочерью один раз в неделю. Три минуты общения с мамочкой на расстоянии Леся выдержать еще могла. Но тем не менее с каждым разговором ее симпатия к Юсси все росла и росла. Просто в геометрической прогрессии.

— Слушай, мне тут мысль одна в голову пришла, — произнесла Кира.

— Ну?

— Чего это твоя мамочка вдруг к тебе приехать решила? Не случилось ли у них там чего? И что ты, Леська, делать будешь, если Юсси выставит твою мамочку насовсем? — поинтересовалась у подруги Кира.

— Да ты что говоришь-то такое?! — ужаснулась Леся. — Он ее обожает!

— Точно?

— Точно! — заверила ее и в первую очередь саму себя Леся. — И ведь что странно, она с ним ведет себя точно так же — все время кормит и поучает. Но его это почему-то совершенно не раздражает.

У своего дома подруги распрощались. Кира вошла в свой подъезд. А Леся пошла к себе, встречать свою маму, которая, опять же в целях экономии, курсировала между Питером и Турку на автобусе и теоретически должна была уже быть дома. Но, к удивлению Леси, мамочки дома не оказалось. Слегка встревожившись, Леся набрала знакомый номер сотового телефона и прислушалась к равнодушным гудкам.

Потом она позвонила еще и еще. После пятого раза, когда Светлана Сергеевна так и не сняла трубку, Леся окончательно убедилась, что с ее матерью произошло что-то ужасное. Отправиться в путь с разрядившимся аккумулятором ее мама не могла. Так же как не могла забыть телефон в Финляндии. Аккуратность в совокупности с бережливостью и страстью всех поучать были тремя китами, на которых построен мир Светланы Сергеевны.

Леся заметалась, не зная, что предпринять, — Позвонить в Финляндию Юсси? Но что он может? Из дома Светлана Сергеевна точно уехала, об этом она дочь вчера проинформировала. Так что же делать? Звонить в справочное о несчастных случаях? Но какой страны?

Так ничего и не придумав, Леся затихла, гипнотизируя глазами свой сотовый телефон. Наконец он зазвонил. И хотя номер не определился, Леся судорожно схватила трубку в надежде, что это звонит ее мать. Как бы не так.

— Это я звоню! — раздался в трубке мужской голос. — Сенечка.

— А! — страшно разочаровалась Леся. — Чего тебе?

— Так я вспомнил! — радостно сообщил Сенечка. — Вспомнил, кто у меня ключи от Ларискиной квартиры после Настюхи взял.

— Кто? — помимо воли заинтересовалась Леся.

— Катька! — сообщил ей Сенечка.

Больше он рассказать ничего не соизволил, словно полагая, что весь мир должен знать об этой Катьке. А уж Лесе прямо сам бог велел. Но так как Леся молчала, никак не выражая своего отношения, то Сенечка решил сделать некоторые пояснения.

— Катька — моя подруга! — пояснил он.

— Подруга? — машинально переспросила Леся. — Постой, какая подруга? Лариса нам сказала, что ты…

Что я гей? — весело переспросил у нее Сенечка. — Верно. А что, если я гей, то уже и дружить с женщинами не могу? К тому же, к вашему сведению, Катьку и саму мужчины не привлекают. Она больше с девушками общается.

«Еще не легче, — буквально застонала про себя Леся. — Только нам с Кирой „розовой“ подружки нашего милого Сенечки для компании и недоставало!»

— Ты чего притихла там? Эй! — допытывался Сенечка. — Ты адрес Катьки записывать будешь?

— Буду, — согласилась Леся, но тут же спохватилась. — А зачем мне ее адрес? Разве телефона у нее нет?

— Есть, — согласился Сенечка. — Только она к нему почему-то не подходит. А ехать к ней я сам никак не могу. Дела у меня на сегодня запланированы. Отменить не сумею.

— Хорошо, давай адрес, — согласилась Леся. — Но и телефон этой Катьки тоже давай.

Записав координаты Катьки, Леся снова задумалась о судьбе своей мамы. Она еще пару раз набирала ее номер, но все безрезультатно. И когда Леся окончательно уверилась в том, что произошел сход лавины, ужасная авария, землетрясение и повальный мор во всей Финляндии, телефон заиграл знакомую мелодию.

— Что ты мне без конца названиваешь? — раздался в трубке сердитый голос Лесиной матери. — Будто бы не знаешь, как это дорого!

— Мама! — обрадовалась Леся. — Ты жива? Ты где?

— Мы только что границу пересекли, — с удовольствием сообщила ей Светлана Сергеевна. — Поэтому я тебе и звоню.

— Но разве твой автобус…

— А я на такси! — сообщила ей мама.

У Леси потемнело в глазах. Нет, определенно Кира права. У ее мамы что-то случилось. Не могла она в нормальном состоянии взять и прикатить из Финляндии на такси. Это же какая неслыханная трата денег!

А вдруг все же сбылись худшие предсказания Киры и Юсси все же выставил жену из дома? Тогда, ясное дело, Светлана Сергеевна находится в стрессовом состоянии. Отсюда и шикарная поездка на такси. Леся почувствовала, что бледнеет, а ее лоб покрывает противная холодная испарина.