Мост самоубийц - Марина Серова

Спина тут же мстительно отозвалась острой болью.

— Держите же, — раздраженно заметила женщина, — и вообще-то я не почтальон.

— Стоп, — сказала я. — Вы откуда и кто?

— А вы-то кто? — в свою очередь спросила женщина. — Я вас тут никогда не видела. Услышала, что кто-то ходит, и подумала, что Саша пришла полить цветы.

Я хотела представиться, но соседка махнула рукой:

— Эту посылку принес курьер. Полина, наверное, заказала до того, как… Короче, ее имя на квитанции стоит. Конечно, в квартире никого не было. Кто тут будет? Он мне в дверь и позвонил. Говорит: возьмите, передайте. Я две недели Сашу поймать не могу. Отдайте, а? Вы же ее увидите?

— Увижу, — ответила я и, присев, всмотрелась в странный полиэтиленовый куль, — посылка была предоплачена?

— С меня курьер денег не брал, так что, наверное, да, — ответила женщина и поправила пояс на своем халате. — Ну, я пошла.

Она развернулась и сделала шаг к своей двери, но все же опять обернулась. Полы халата мелькнули ярким ало-желто-оранжевым пятном, — а вы и правда кто?

— Домработница, — ответила я и закрыла дверь.

— А вы дорого берете? — послышалось из подъезда.

Я, не ответив, достала из кармана складной нож и быстро провела по шву свертка. Бумага, проложенная внутри пузырчатой пленкой, легко поддалась. В свертке оказались какие-то спутанные шнуры. Я вытащила непонятное содержимое на свет и удивленно уставилась на распотрошенную посылку. Это была веревочная лестница.

* * *

На улице было неожиданно тепло. Я расстегнула кожаную куртку и с удовольствием вдохнула влажный свежий воздух. Солнце проглядывало сквозь разодранные утренним ветром облака и заставляло жмуриться. Достав телефон, я хотела вызвать такси, но вдруг заметила какое-то движение справа от меня. Полный человек в форменной полицейской одежде окликнул меня, очевидно, опасаясь, что я уйду, и ему придется меня догонять.

— Подождите!

Участковый, догадалась я. Так и оказалось. Толстячок, отдышавшись, представился капитаном Тонким, Петром Ивановичем. Я, наверное, слишком сильно выкатила глаза. Капитан смущенно кашлянул:

— Ну хоть бы раз такую реакцию не видеть.

— Извините. — Я не смогла сдержать улыбки. Капитан был настолько шире своей фамилии, что это рождало комичный эффект.

— Не извиняйтесь, я уже привык.

— Чем могу помочь, Петр Иванович?

— Простите за нескромный вопрос, вы кто?

Кажется, сегодня только родная мать не озадачила меня этим вопросом. И то день еще не кончился.

— Дело в том, что мне позвонили соседи Полины Усольцевой… покойной Полины Усольцевой и сказали, что по квартире кто-то ходит.

— Понятно.

— Они бдительные, — уныло сказал участковый, поглядывая на окна красивого дома. Казалось, ему было очень неловко передо мной, но не отреагировать на сигнал он не мог. Я достала удостоверение.

— Частный детектив? — удивился Тонкий. — Это что, прикол какой-то?

— Хоть бы раз такую реакцию не видеть.

— Извините. Но можно настоящие документы?

— Это настоящий документ. Я работаю над делом Полины по просьбе ее сестры.

Участковый вгляделся в корочку, повертел ее в руках и на всякий случай сфотографировал ее на смартфон. Я почувствовала себя обезьянкой на сочинском пляже. Петр Иванович вернул мне удостоверение и прищурился.

— Это Александра Усольцева дала вам ключи от квартиры?

— Да, — подтвердила я и прибавила, соврав, — а еще сказала, что вы можете мне рассказать о погибшей девушке.

— Она так сказала? — удивился Тонкий. Я вдруг поняла, что он довольно молод — не старше тридцати. Возраст полных людей сложно угадать с первого взгляда.

— Это не отнимет много времени. Хотите, пройдем в квартиру Полины?

— Нет, — покачал головой участковый, — лучше ко мне. Тут недалеко, а у меня скоро прием граждан. Не хочу отлучаться.

— Ладно, ведите. — Я решительно взяла толстячка под локоть, и мы двинулись к выходу со двора. В окне на первом этаже шевельнулась занавеска. Эта квартира находилась как раз под квартирой Полины, и, очевидно, именно эти бдительные соседи вызвали участкового.

— Вы не обижайтесь, — сказал Петр Иванович, тоже заметив занавеску, — тут просто очень бдительные жильцы живут.

— Я не обижаюсь. Наоборот, теперь мне понятно, что никто подозрительный не мог прошмыгнуть мимо этих законопослушных окон.

— Это точно. В этой квартире проживает Ольга Михайловна Горевая. Старушка на пенсии. Работала в милиции следователем. Сейчас ей восемьдесят лет, но дело свое она не забыла.

— Удивительный дом! — воскликнула я. — Сколько интересных персонажей!

— Погодите. Насколько мне известно, Полина Усольцева свела счеты с жизнью. Совершенно самостоятельно.

Я уклончиво покачала головой.

— Меня просто попросили проверить.

— Александра очень переживает, я понимаю. Она же и ко мне приходила. Только чем я тут могу помочь? Дело и не возбуждалось. Свидетели говорят, девушка сама прыгнула с моста.

Я не успела ответить — из подъезда, хлопнув дверью, выбежала та самая бдительная старушка.

— Уводите? Я говорила — подозрительная личность. Что за времена пошли? Каждый, кто хочет в дом ломится. Наш дом надо поставить на пульт охраны!

— Ольга Михайловна! — со стоном протянул участковый. — Ну я-то ту при чем? Хотите — скидывайтесь всем домом и ставьте себя на какой угодно пульт! И никого я не увожу. Я просто беседую с…

— Здравствуйте, Ольга Михайловна, — я улыбнулась как можно приветливее, но старушка окатила меня подозрительным взглядом, — рада с вами познакомиться.

— А чего со мной знакомиться? — пробурчала бывший следователь. — У меня знакомых предостаточно, новых не надо. Она, — старушка повернулась к участковому, тыча в меня узловатым коротким пальчиком, — с самого утра ходила у меня по потолку. В квартире покойницы! Вы разберитесь! Разберитесь, что ей тут нужно было! Может, надо Саше позвонить? Она же могла что-то украсть.

— Я по поручению Саши и пришла, — ответила я, выступая вперед и доставая свое удостоверение, — она просила меня осмотреть квартиру.

— Пойдемте, ей-богу, это того не стоит, — прошептал сзади Тонкий. Видно, старушка была его головной болью.

Та между тем достала из кармана пальто очки и, приблизив мою «корочку» чуть ли не к носу, внимательно ее изучала.

— Что это за «липа»? — наконец сказала она. — Детектив!

— Это не «липа», — снова улыбнулась я, хотя делать это становилось все сложнее с каждой минутой, — я действительно частный детектив, и мне очень полезны такие бдительные соседи, как вы.

— Ага! Полезны! — пробурчала старушка. — Приходят, а потом трупы по всему городу, только успевай считать. Я же просила тебя, Петя, проверить, кто с чердака мешки тяжелые кидал. Так ты и думать забыл.

— Мешки? — удивилась я.

Старушка охотно поделилась, закивав головой:

— Было-было. Ночью как-то просыпаюсь недели две назад — слышу бац! По звуку как мешок прилетел.

— А почему решили, что с чердака?

— Так ночью жильцы спят, да и кому это надо — кидать что-то с