Голова в бегах - Янина Олеговна Береснева

с недовольством взирал на меня из корзины с провизией. Чихнув, он выпрыгнул на проезжую часть, но я ловко перехватила его поперек живота и направилась в кабину.

— Полюбуйся на этого жулика, — чуть не плача, пожаловалась я сестрице. — Как он умудрился попасть в багажник?

— Наверное, запрыгнул, когда мы на даче пакеты с провизией грузили. Наелся котлет у тетки и дрых без задних ног. А сейчас проголодался.

— И что с ним делать? Не везти же с собой? Придется возвращаться, — заныла я, представив весь путь назад.

— Возвращаться плохая примета, — пропела Маня, отламывая Саньке кусок курицы. — Поедет с нами. В тесноте, да не в обиде. Опять же, какая-никакая защита. Да, кот?

Тут стоявшие впереди машины пришли в движение: Лендкрузер, зарычав мотором, нервно дернулся вперед. Мы, наскоро отряхнув крошки и отправив кота на заднее сидение досыпать, пристроились следом. Об аварии чуть впереди напоминали разве что осколки пластика и остатки ограждения. Набрав приличную скорость, я все-таки глянула в зеркало заднего вида: гробовозка, демонстрируя недюжинную мощь, неслась следом, а сидящие в ней типы все так же скалили зубы.

Я посоветовала себе выбросить их из головы и целиком сосредоточилась на дороге. Непредвиденная авария съела приличный кусок нашего времени, и вскоре стало понятно, что нам предстоит где-то заночевать. Маня согласно закивала и добавила:

— Остаток пути добьем завтра. Сейчас присмотрим какой-нибудь придорожный отель поприличнее и станем на постой. Новые места — новые впечатления. Нам спешить некуда. У меня три недели отпуска впереди.

— И в какой приличный отель нас пустят с котом? — забеспокоилась я, потому что вспомнила, что мой багаж теперь отягощен еще и Санькой-путешественником.

— В сумку его сунешь, — догадалась Маня, — а что? Пусть пострадает, раз уж решил ехать с нами. Не все коту Масленица.

Вынеся вердикт, она полезла в сумку за телефоном, чтобы свериться с онлайн-картой и найти нам место для ночевки. Покопавшись в сумке минут пять, она что-то из нее извлекла и задумчиво пробормотала:

— Телефон как сквозь землю… Гляди, что нашла. Флешка какая-то. Твоя?

Я нехотя оторвала взгляд от дороги, потому что водитель я ответственный и не жалую болтовню за рулем. Мазнув взглядом по Маниной находке, я смогла констатировать, что это флешку вижу впервые. Тоненькая, стального цвета, необычная.

— Странно, — нахмурилась сестрица. — Откуда она у меня? Утором я всю сумку вытряхивала, ее точно не было. А сейчас…

Может, плохо вытряхивала, — отмахнулась я, знаю Манину рассеянность. Она и слона в сумке могла не заметить. — Вспомни, может, тебе ее кто-то дал? К примеру, что-то записать? Или сама у кого-то взяла, а потом забыла. У меня таких флешек полный стол, на работе постоянно с девчонками путаем.

К тому времени я и думать забыла о происшествии на дороге, но тут Маня меня огорошила:

— Слушай, а что если мне эту флешку в сумку кучерявый положил, из Крузака? Он же все пытался мне что-то втолковать, за руки хватал. Мог незаметно сунуть что-то, я бы и не заметила.

— Он бы, скорее, из твоей сумки что-то свистнул. Прекрати фантазировать. Я знаю твою страсть к детективам. Сейчас ты додумаешься до того, что на этой флешке фото с расчлененкой, за которые его хотят убить.

— А что? — оживилась сестрица, как видно, почуяв запах приключений. — Как в кино, да? Вот бы было здорово, ты бы провела журналистское расследование, написала бы о нем в своей газете. Стала бы знаменитой. А там предложения от крупных изданий, столица, богемная жизнь…

— Вернись на землю, — осадила я ее. — Все гораздо прозаичнее. Может, у вас во Франции каждый второй носит с собой флешки с фотками трупов, а у нас с этим туго. Максимум, что нас ждет, — это чей-то порноархив. Ну, или фото с Египта, где сладкая парочка держит на ладони солнышко. Так что куковать мне в своей газете и плясать под дудку Гарыныча до глубокой старости.

— Эх, умеешь ты все опошлить. Флешку все равно надо проверить, — вздохнула Марья, а я стала понемногу притормаживать и вскоре съехала с главной дороги, потому что узрела впереди какое-то здание. Перед нами красовался придорожный мотель с незамысловатым, но поэтичным названием «Надежда».

Маня тут же пропела куплет про компас земной и награду за смелость, кот потянулся и зевнул, а я была командирована спросить, имеются ли в наличии свободные номера.

Гостиница оказалось довольно милой: эдакая смесь кантри-стиля и модерна. За стойкой — приветливая девушка в кокетливом переднике, на первом этаже — небольшой ресторан, на втором — номера. Паспорт в залог не требовали, оформили все в два счета, что меня несказанно порадовало.

Оплатив двухместный номер и получив ключ, я вернулась за сестрой и котом. Маня к этому времени отогнала машину на стоянку возле мотеля, а я машинально отметила, что народу здесь сегодня немало: почти все места были заняты. Сунув кота в сумку, мы взяли свои дорожные чемоданы и пошли обустраиваться.

Санька попытался высунуть голову, но я быстро затолкала его назад и объяснила, что, раз уж он избрал путь кочевника, стоит потерпеть. Он внял моим мольбам и затаился.

В номере мы тут же рухнули на кровать и с удовольствием вытянули ноги.

— Ну что, в душ, а потом в ресторан? — заявила сестрица, а я скривилась:

— Может, в номере поедим? Так лень куда-то идти, да и курица пропадет.

— Нет в тебе тяги к прекрасному, — обиделась Маня. — Курица для кота, а мы пойдем горяченького перекусим. У меня желудок сводит от голода.

— Это не от голода, а от вчерашнего алкоголизма, — вредничала я, пока Маня, кряхтя, штурмовала свою сумку в поисках косметички.

Приняв душ и переодевшись, мы почувствовали себя лучше некуда. Кот, наевшись курицы, мирно спал на кровати. Уходя, я на всякий случай включила ему канал «Природа», чтобы не скучал, но он даже ухом не повел на демонстрируемых ему брачующихся бегемотов.

В ресторане было многолюдно, но при этом довольно спокойно. Основная масса присутствующих смотрела какой-то футбольный матч на большом экране, остальные просто ужинали. Кто-то уходил, кто-то приходил, сновали официанты в русских рубашках с вышивкой, а из кухни доносился приятный запах чего-то