Слово из шести букв - Гретхен МакНил

– Ну… клево.

– Она работает в морской лаборатории Тринидада и, когда выпустится, сможет устроиться на полную ставку. Сказала, что я могу прийти осмотреться в любое время.

Так вот в чем дело. За лето он успел познакомиться с девчонкой.

– Как это мило с ее стороны, – ответила Иззи. В голосе ее проскользнуло недовольство. Девушка с трудом держала себя в руках.

– Хочешь, возьму тебя с собой? – В голосе Джейка слышалось напряжение. – Осмотреть территорию кампуса. Ты могла бы…

Они дошли до заведения, Пейтон с Хантером пошли внутрь, а Иззи остановилась на углу.

– Нет уж, спасибо. Мне и здесь роли третьего колеса вполне хватает.

– Третьего колеса? – Джейк наклонил голову. – Иззи, я совсем не это имел в виду…

– А звучало так, будто именно это. – Девушка резко открыла яркую входную дверь закусочной и влетела внутрь.

В заведении была такая мешанина из декора разных стилей, что каждый раз, приходя сюда, Иззи задавалась вопросом, куда вообще попала: в ресторан быстрого питания или в чью-то гостиную. Столы и стулья были совершенно разными. Например, здесь стоял стол из формики с хромированными ножками и длиннющий деревянный стол с чудным образом вырезанными подставками. Рядом с ним располагалось шесть школьных стульев, которые пользовались популярностью в первой половине двадцатого века. Здесь же стояло и мусорное ведро с гравировкой «Спасибо» на крышке. Иззи была уверена, что его купили в «Бургер Кинге» несколько лет назад, когда тот обанкротился. А гранитную стойку в этом заведении покрыли куском фанеры. Но какая вообще, к черту, разница! Ведь здесь подавали просто потрясающий и недорогой тако.

Кроме Хантера и Пейтон, в заведении никого не было. Парень оплачивал их заказ у стойки, а девушка устроилась у столика с хромированными ножками. Иззи всегда думала, что похожий стол наверняка был у ее прабабушки.

– Иззи, – произнес Джейк, подходя ближе, – давай все обсудим?

Она проигнорировала вопрос, сделав вид, что изучает меню. Как будто не знала его наизусть.

– Карнитас или аль пастор, – задумчиво произнесла Иззи вполголоса, а затем улыбнулась кассирше, латиноамериканке примерно пятидесяти лет, с голубыми тенями на веках и винного цвета помадой на губах.

– Мне три тако аль пастор, пожалуйста.

– Я оплачу, – сказал Джейк, когда кассирша позвала Иззи.

Та от удивления приподняла бровь:

– С чего бы?

– Просто…

Ей не нужны были от него подачки.

– Я сама могу за себя заплатить.

– Но…

Он не стал договаривать. Отлично. Она и без того услышала достаточно.

Девушка снова повернулась к кассирше. Женщина очень загадочно улыбалась Иззи. Будто знала тайну, которой, конечно же, ни с кем не поделится. Иззи бросила на прилавок несколько купюр, почти уверенная, что он развалится от удара такой силы. Уходя, она услышала, как женщина сказала что-то Джейку на испанском. Он посмеялся и ответил тоже на испанском, однако Иззи понятия не имела, о чем они говорят: несколько лет изучения языка не принесли пользы и не оправдали себя.

– Ты же идешь на тусовку у костра в пятницу? – спросил Хантер Иззи, как только она села за столик. – Даже если с тобой потащится этот парень из Италии?

– Разумеется, идет, – подала голос Пейтон. – Я не позволю моей Изз киснуть дома. И пофиг мне, кто там будет жить в ее доме.

Пляжная вечеринка старшей школы Юрики в конце лета считалась одной из тусовок года. Подруга чуть не насильно затаскивала ее туда каждый год, хотя, надо признать, Иззи всегда классно проводила там время.

– Круто, я рад, – ответил парень и улыбнулся Иззи, будто это она ответила на заданный вопрос. – Как там твои уроки итальянского?

– Хорошо, – соврала девушка. – Уже изучаю средний уровень.

– Ого, а можешь сказать что-нибудь? – Хантер наклонился вперед, опираясь на локти. – Например, спроси, как прошел мой день.

У Иззи моментально пересохли губы и пропал дар речи.

– Смелее, – поддержала своего парня подруга. – Если ты даже нам не сможешь ничего сказать, как собираешься учиться и общаться с Альберто?

Джейк устроился на стуле рядом с Иззи, но та старательно его игнорировала.

– Скажи что-нибудь, – взмолилась Пейтон, нервно постукивая пальцами по столешнице. – Ну пожалуйста!

– Ты чего испугалась, мы ведь все равно не поймем, что именно ты сказала, – добавил Хантер.

В его словах определенно был смысл. Деваться и правда уже некуда, а всего через несколько часов все равно придется переступить через себя и заговорить по-итальянски уже с Альберто. Иззи сделала глубокий вдох, отгоняя охватившую ее панику.

– Com’è stata la tua giornata?[10]

Иззи была не очень уверена в произношении, шум в ушах просто заглушал все остальное, но, судя по внезапно изменившимся лицам друзей, кажется, она безжалостно опозорила красивейший язык.

– Здорово! – подал голос Джейк, нарушив затянувшуюся тишину.

Может, он и правда так думал, но все, что услышала Иззи, – это сарказм.

Пейтон не особо скрывала свои эмоции относительно услышанного:

– Напомни мне, почему ты так рвешься в Италию?

У Иззи волосы встали дыбом. Подруга прекрасно знала причину.

– Потому что хочу.

«Правда, что ли?» – переспросил ее внутренний голос.

– Думаю, – сказал Джейк, – Пейтон просто переживает.

– Да! – выкрикнула та, нахмурив брови. – А что, если с тобой что-нибудь случится? Ты сильно пострадаешь или тебя похитят? Или ты станешь одной из «белых рабынь»?

– Кому-то пора завязывать с фильмами на канале «Лайфтайм», – произнесла Иззи, подавляя смех.

– Вообще-то мир очень опасное место, – продолжала подруга. – Взять хотя бы того серийного убийцу в Лос-Анджелесе, который выбирает в качестве жертв одиноких девушек. Ты можешь оказаться на их месте!

Хантер наклонился ближе, заинтересовавшись услышанным.

– Это тот, что насиловал жертв после убийства?

Естественно, это единственная информация, на которую парень обратил внимание из всех сведений о Казанове.

– Это называется «некрофилия», – процитировала Иззи последний эпизод «Говорящего убийства». Выпуск был полностью посвящен новоиспеченному извращенцу, снующему по округе. – Это своего рода способ получения контроля над жертвой, пусть уже и мертвой.

Пейтон ошарашенно уставилась на подругу:

– Омерзительно!

– Хотя Казанова не некрофил, – уверенно сказала Иззи. Но вскоре почувствовала, что должна объяснить свое высказывание, иначе все будет выглядеть так, будто она оправдывает монстра. – Его биоматериал обнаружили на губах, лице, а также в горле и легких жертв, что доказывает: он целовался с ними в момент убийства.

– Это еще ужаснее. – Пейтон прикрыла рот ладонью, словно боясь, что может стать следующей жертвой южнокалифорнийского маньяка.

– Почему вообще его прозвали Казановой? – спросил Хантер.

– Те, кто видел его, говорят, что он обаятелен и очень хорош собой. Его интересуют только девушки, одиноко сидящие у барной стойки, – ответил Джейк с абсолютно безразличным выражением лица. Ни следа омерзения, как у Пейтон, или восторга, как