Дело драконьей бабушки, или Верните мне Новый год! - Виктория Миш

Я возвела глаза к потолку:

- То есть вы всех девушек называете тварями?

Детектив вспыхнул. Резко натянул свою цепь, так, что я буквально подлетела к нему и чуть не впечаталась в плечо.

Тихим, едва сдерживающимся от бешенства голосом он приказал:

- Заткнись. И не мешай мне думать, попаданка.

- Я не…

- Заткнись. Иначе запечатаю тебе рот.

И он посмотрел на мой рот с таким диким предвкушением в глазах, что я невольно испугалась. Сумасшедший какой-то! С него станется выполнить угрозу.

И ведь не убежать, не деться мне от него никуда.

…Пока не найдется настоящий убийца его бабушки.

К счастью, в разговор вмешался Паскаль:

- Лорд, снегопад начинается. Надо поспешить, чтобы снять все следы вокруг кувшина.

- А что, они там есть? – флегматично спросил Чарр, не отводя от меня бешеного взгляда.

- Да. И много… Если не припорошило еще.

- Тогда пойдем. Лизавета… прости, дорогая уважаемая попаданка, но тебе придется выйти с нами на мороз. Нужно проверить улики…

- Босиком и в одной рубашке? Это казнь такая, ваша месть?!.. Но это недостойно!.. – рявкнула в ответ я, на что детектив лишь гадко усмехнулся: - Я наколдую тебе лето. Не беспокойся.

Глава 5

*Лорд Чарр Стравински

Меньше всего мне сейчас хотелось идти на уступки. Или соблюдать протокол.

Но рядом со мной гордо вышагивал Паскаль, навязанный мне совершенно бесполезный помощник. И я чувствовал себя так, будто сам нахожусь на призрачной цепи. Каждое моё действие подвергалось тщательному анализу, каждый взмах руки привлекал его внимание. «Надо же перенимать опыт, учиться у лучших!».. Мои поступки как будто увеличивались в глазах практиканта, становясь чем-то глобальным и важным, и обязательно правильным.

Поэтому я дал шанс попаданке. Запрятал поглубже скорбь и боль, постарался взять чувства под контроль и здраво оценить ситуацию. Прежде всего, я детектив. И только потом – скорбящий внук.

Ведь прямых доказательств, вещественных, безусловных - тех, что мог бы понять, к примеру, Паскаль – не было. Только мой опыт и интуиция подсказывали, как обстоят дела.

Девушка – непростая попаданка. О, нет. Она – фальшивка, подставная фигура.

Я понимал, что вряд ли от самой Лизы, от её личности, осталось что-то. Поэтому в ладонях жгло от навязчивого желания поквитаться – испепелить мразь с изнанки, занявшее тело девушки, прямо там, на месте. Отомстить за убийство бабушки.

Всегда я ратовал в работе за принципиальность и объективность. Но сейчас, когда дело касалось моей семьи, меня самого, и я подозревал в этой фальшивой попаданке очередную мразь с мира изнанки, сдержаться было сложно. Отчаянно хотелось испепелить её на месте.

Испепелить и всё!

Остановившиеся часы прямо указывали на последствия чёрного ритуала. В наши темные, неспокойные времена маги могли переметнуться на другую сторону. Они вызывали себе с изнанки помощников, мразей – демонов, которые служили им и выполняли за них самую грязную работу.

К сожалению, это была не редкость. Именно таких «попаданцев» и ловил я, один из лучших детективов королевства. Простые путешественники между мирами меня не интересовали. Да, они попадали к нам нечасто, но были безвредными и неопасными. Их всего лишь нужно было зарегистрировать и устроить на работу.

И, слава драконам, этой бюрократической мутотенью занимался не я.

… А теперь, когда мой профессиональный нюх говорил, что дело нечисто, я оказался связан по рукам и ногам. Личные интересы затмевали профессиональные.

Впервые со мной такое!

…Нужно было с утра, с того самого времени, как получил задание, идти проверять. Не приезжать в особняк и не отдыхать.

Тогда, возможно, ничего бы не случилось. Тёмный маг, обитавший по соседству, просто не смог бы выполнить ритуал. Не смог бы убить и заполучить в своё владение души сразу двух жертв.

- Лорд, вот сюда, - указывал дорогу помощник.

Перед тем, как сойти с крыльца, я окутал попаданку теплым магическим облаком. Не потому, что заботился о ее здоровье, а потому, что так требовал протокол.

И у меня был свидетель, внимательно наблюдающий за его выполнением.

Поэтому я и заботился о подозреваемой – пока вина не доказана, она всего лишь подозреваемая. Не мразь, как я изволил выразиться, и не тварь, а человек.

По снегу Лиза шла гордо, вздернув вверх подбородок, будто и не подозревала, на какой тонкой ниточке висит её жизнь.

- Лорд, вот под этим кустом! – гордо указал Паскаль на валявшийся на снегу одинокий хрустальный графин.

… Знакомый мне с детства.

Округлый, с пузатым основанием, украшенный прозрачными волнами, да с узким горлышком. Бабушка любила держать в нем компот и выставлять его на стол за полдником.

Внутри на стенках сосуда еще оставались красные капли.

- Вы сделаете экспертизу состава? – восхищенно спросил Паскаль.

Лиза молча стояла в сторонке, даже не глядя на кувшин. Её больше интересовал наш заснеженный сад.

Я нахмурился, и нехотя вздернул руки, выпуская сканирующие нити. Они анализировали состав капель, их свойства, а я, рассеянно наблюдая за этим обычным рутинным действием, размышлял над поведением попаданки.

Её безучастный спокойный вид говорил лучше всяких экспертиз. Она не нервничала и ничуть не интересовалась ходом расследования. А ведь женщины любопытны. Молодым девушкам её возраста вообще до всего есть дело.

Понятно. Значит, графин выбросили для отвода глаз.

- Всё чисто. Это- вишневый компот, - сказал я и повернулся к Лизе, - Вы любите компот, мадмуазель попаданка?

***

Лиза Борисова

Он меня ненавидит. Этот симпатичный мужчина в элегантном синем костюме меня ненавидит!

Смириться с этой мыслью было непросто. Я стояла на снегу (совершенно не холодном благодаря магическому укрытию) и вполуха слушала, о чем говорили детективы. Думала о своем, о непростой ситуации, в которую угодила впервые в жизни.