Капкан для бабочки - Александра Столярова

на горле разжались, и Кики с облегчением открыла дверь, чувствуя, как трясутся руки.

— Испугались? — насмешливо спросил майор.

— Что вам нужно?

— Мы еще не все выяснили. Я, конечно, вернусь утром, но мне нужно узнать у вас кое-что еще. Прямо сейчас.

— Я вас слушаю, господин Раменский. Но учтите, я слишком устала, и еле держусь на ногах.

— Я не буду вас долго мучить, — пообещал тюфяк. — Первое. Когда вы вошли в квартиру, дверь была закрыта?

— Да, закрыта.

— У вас ведь не английский замок. Его нужно закрывать на ключ.

— О господи…

— Вы меня поняли, ведь так? Убийца закрыл дверь снаружи. Ключом.

Ладони у Кики заледенели. Раменский пристально смотрел на нее.

— И в связи с этим второй вопрос. У кого были ключи от вашей квартиры?

— Я… я не помню, — пролепетала она.

— Кира Сергеевна, не валяйте дурака! — рявкнул он. — Что значит, вы не помните?

— Нет, я помню, конечно… Ни у кого нет.

— Но кто-то все же открыл дверь. Подумайте над этим.

— Извините, я сейчас немного не в себе, — сказала она слабым голосом. — Вы не возражаете, если мы поговорим об этом позже?

— Конечно, Кира Сергеевна, отдыхайте. Всего хорошего.

С этими словами пыльный мешок с отрубями развернулся и исчез в темноте. Кики быстро захлопнула дверь и обессиленно привалилась к ней спиной. Часы показывали половину первого. Самое время для размышлений об убийстве. Еще немного — и она точно свихнется.

Она оглядела свою несчастную квартиру: полные пепельницы, грязь от ботинок, повсюду рассыпан порошок для снятия отпечатков.

И повсюду витал этот запах — он уже заметно поблек, но Кики по-прежнему ощущала его. Кажется, он навеки въелся в ноздри, этот запах, от которого встают дыбом волосы, и леденеет в позвоночнике, и пальцы сами собой стискиваются в кулаки.

Бурая подсохшая кровь на полу вызывала у нее тошноту и, почти теряя сознание от усталости и отвращения, Кики принялась искать ключи от машины.

Она не сможет остаться одна ночью в пустой квартире, где несколько часов назад убили человека. Если бы здесь был Стас, то ей стало бы чуточку полегче.

Распахивая ящики и дверцы шкафов один за другим, Кики набрала номер Стаса. Она прижимала трубку плечом и лихорадочно искала. Черт бы побрал эту ее вечную безалаберность, ну куда могли запропаститься ключи? Именно в тот момент, когда они так нужны!

Стас не отвечал. Кики долго слушала противные унылые гудки в трубке, потом набрала номер мобильника. Неприятный женский голос сообщил, что «аппарат абонента выключен».

— Где его черти носят? — пробормотала Кики сквозь стиснутые зубы.

Тошнота уже подступала к горлу, пора было уносить ноги. Ключи наконец нашлись в куче барахла на столе, и Кики пулей вылетела из квартиры.

Машина мирно стояла, уткнувшись носом в сугроб, — маленький юркий «Форд-Пума». Немного грязный — у Кики вечно не хватало времени заехать на мойку.

Она плюхнулась на сиденье, кинула рядом сумочку и телефон и озябшими руками повернула ключ в замке зажигания. За окнами колыхалась густая непроглядная тьма, и ей все казалось, что кто-то пытается заглянуть в окна снаружи.

Пока двигатель грелся, она закурила и сделала несколько затяжек. Сигарета придала ей храбрости и слегка успокоила. Теперь можно было ехать, вот только, Кики пока не решила, куда.

Вся надежда была на Стаса. Как, впрочем, и всегда. Именно он был волшебной палочкой, спасателем, надежной крепкой спиной, за которой можно переждать бурю.

Их знакомство произошло при обстоятельствах, которые можно было даже назвать романтическими, если бы дело происходило в кино. Хотя, сюжет был совершенно киношный: благородный прохожий спасает беззащитную девушку, она влюбляется, пораженная силой и смелостью, он падает к ее ногам, пораженный красотой и хрупкостью…

Была пятница, лето, поздний вечер. Кики шла из клуба, где только что насмерть рассорилась с тогдашним своим приятелем. Тогда у нее еще не было машины, а метро уже было закрыто. Ловить ночью такси Кики побоялась, поэтому решила пойти пешком. До ее дома было не так уж далеко, минут пятнадцать быстрым шагом, через переулки и проходные дворы.

В одном из этих глухих темных переулков она и попалась. Ей навстречу двинулись тени. Двое здоровых парней. Сердце ушло в пятки, и все ссоры с ее приятелем вдруг показались мелкими и по-детски глупыми.

Кики чуть не застонала от бессилия. Парни подошли совсем близко, и она в страхе поняла: дело плохо! Кики ясно ощутила исходящие от них волны агрессии, густо замешанной на алкоголе и неудовлетворенной похоти.

Сейчас они ее просто изнасилуют, и делу конец! Хорошо, если не убьют.

Она метнулась в сторону, уворачиваясь от их рук, побежала в глубь переулка так быстро, как не бегала никогда в жизни. Босоножки на каблучках страшно мешали, и она замешкалась всего на секунду, чтобы скинуть их с ног. Но это ей не помогло. Парни бегали еще быстрее. Один ухватил ее за плечи, Кики закричала, и второй, коротко выругавшись, заткнул ей рот жесткой лапищей.

Дальше Кики ничего не помнила, в памяти образовался