Анастасия Эльберг - Порошок в зеркалах

— Во что ты вляпался?

Стивен, как всегда, сразу же заговорил о деле. Он сел на место Джеральда, повесил на спинку стула плащ и взял пустую рюмку, которую официантка поставила напротив него.

— Ты же знаешь, что ничего страшного не произошло.

— Никогда не помешает уточнить.

Адам взял еще несколько маслин и предложил другу угощаться. Стивен поморщился — маслины он не любил. Зато он с удовольствием выпил рюмку коньяка и сразу же наполнил ее снова.

— Итак, Вивиан Мори, внебрачный сын немецкого миллиардера-аристократа и француженки-врача. Отец оставил ему приличное наследство. Часть наследства лежит в швейцарском банке, вторая часть — в нашем городском банке. Шестизначная сумма. Доктор живет хорошо, хотя, судя по всему, не любит тратить деньги впустую. С отличием окончил университет Сорбонны, проходил практику у известного парижского психоаналитика. Будучи студентом, принимал активное участие в общественной жизни университета, организовывал мероприятия и проекты. Занимался танцами, какое-то время преподавал танцы сам. Был душой коллектива, но вместе с тем человеком себе на уме и мог выкинуть какую-нибудь странность. У него было несколько друзей в университете, с которыми он близко общался. Они примерно раз в месяц устраивали вечеринки для узкого круга. И во время вечеринок вытворяли вещи, о которых не принято говорить вслух.

— Ходили на кладбище и выкапывали трупы для того, чтобы их вскрывать, как в Средние Века?

Стивен взял рюмку и сделал пару глотков.

— Не думал, что у писателей так худо с фантазией, — сказал он. — Студенты-медики тоже умеют развлекаться. Причем делают это так, что завидуют все.

— Хорошо. А теперь расскажи мне что-то, чего я не знаю.

— Ты, похоже, уже неплохо осведомлен? Кстати, мы знакомы. Как-то он помогал мне проводить психологическую экспертизу. Не знаю, чем они занимались на студенческих вечеринках, но в работе он профессионал высшего класса. Да и в общении приятный человек. И не подумаешь, что социопат.

— А что это за история про Париж?

Стивен достал газетную вырезку из папки, которую принес с собой, и выложил ее на стол.

— Ты умеешь читать по-французски? — спросил он.

— Увы, я не полиглот, и, кроме английского, знаю разве что латынь.

— Это статья о пациентке доктора, которая покончила с собой.

Адам поднял бровь.

— Половина пациентов психоаналитиков кончают жизнь самоубийством. Или то был необычный случай?

— Депрессия. Если хочешь узнать, в чем дело, тебе лучше спросить об этом у доктора. Ах да, кстати. У них был роман.

— Я не заметил в нем любви к романам с пациентками. Скорее, наоборот.

Стивен вернул статью в папку.

— Может быть, это — часть ответа на твой вопрос?

Адам подвинул к себе блюдо с лимоном.

— А что насчет его «гражданской жены»? — спросил он.

— Афродита — ее настоящее имя. Фамилия Вайс — фамилия матери. Когда ей было семь, родители оставили город, и она переехала к дяде с тетей. Жилось ей там не лучше, чем дома — разве что дядя с тетей жили мирно, никто не пил и никто никого не бил, в отличие от ее матери и отца. Денег у них не было, работал только дядя, тетя сидела дома с детьми. Она была профессиональной швеей, что было на руку, потому что они не могли себе позволить покупать одежду. Афродита донашивала вещи двоюродных братьев и сестер, иногда тетя шила ей платья. Зимой с теплыми вещами было туго, она ходила в легких пальто и никогда не носила нормальной обуви. Девочкой она была нервной и болезненной, мечтала о хорошей жизни, о том, что у нее будет много красивых платьев и денег. И что когда-нибудь она встретит прекрасного принца. В пятнадцать она его встретила. Денег у принца было много, а еще больше у него было проблем, потому что он был одним из сыновей криминального авторитета. Они встречались три года, в семнадцать Афродита переехала к нему. В восемнадцать она вышла за него замуж, к тому времени была на третьем месяце беременности. А через два месяца, когда они возвращались домой с какой-то вечеринки, его застрелили у нее на глазах. Ей стало плохо, она упала в обморок. И по счастливой случайности мимо проходил доктор Мори.

— Занимательная история.

— Отношения у них забавные. Как ты знаешь, они живут вместе. Редко появляются на людях как пара — разве что если их куда-нибудь пригласят. Вивиан оплачивает ее учебу в университете — именно он настоял на том, чтобы она не просто мечтала стать актрисой, но и делала что-то конкретное. Она тратит его деньги на украшения, косметику и платья. Регулярно они ссорятся — точнее, она собирает вещи и уходит, но через пару-тройку дней возвращается. Но что между ними происходит на самом деле — этого не знает никто.

Адам ответил на предложение подошедшей официантки принести еще коньяка отказом. Стивен взял плащ и поднялся.

— Прошу прощения, мне пора бежать. Надеюсь, мой ответ тебя удовлетворил?

— Да. Если не думать о том, что у меня появилась еще куча вопросов.

— Советую задать эти вопросы доктору. Но до этого подумай еще разок, на самом ли деле тебе это нужно.

Глава шестая

На город понемногу спускалась ночь, и в квартире уже было сумеречно, но Афродита не торопилась включать свет в ванной. Она стояла в полумраке, разглядывая себя в зеркале, и расчесывала волосы. В какой-то момент она сосредоточилась на своем отражении, и появившийся за спиной Вивиан показался ей привидением.

— Господи, ты меня напугал! Подкрадываешься, да еще и в темноте!

— Я хотел включить свет, но в последний момент передумал. Решил, что после вчерашнего у тебя болит голова.

— После вчерашнего? О чем ты?

— Тебе лучше знать. Судя по тому, что ты не ночевала дома, вечер у тебя выдался замечательный.

Вивиан подошел к ней и присел на высокий стул рядом с ванной.

— Я нигде не ночевала, — ответила Афродита, снова взяв щетку для волос. — Я пришла домой около семи. Ты спал.

— Тем не менее, ты уже второй раз за этот месяц приходишь домой под утро.

— Ты тоже два раза за этот месяц не ночевал дома.

— Только один раз. Во второй раз я был на работе.

Она передернула плечами, не отвлекаясь от своего занятия.

— Мне кажется, в последнее время мы слишком часто обсуждаем эту тему, — снова заговорил Вивиан. — Ты помнишь, о чем мы договаривались?

— Не больше одной ночи в месяц. Но ты на этот раз позволил себе…

— Не знаю, как насчет твоих любовников, но пациенты не могут сказать «сегодня у меня не будет сердечного приступа» или «сегодня я не попаду в аварию и не буду при смерти», и удивляют в самый неподходящий момент. И порой чаще, чем два раза в месяц.

Афродита положила щетку возле зеркала и посмотрела на него.

— Ты, в отличие от меня, можешь совмещать приятное с полезным. Большинство твоих любовниц могут подождать, пока ты разберешься с пациентами. Вы работаете вместе.

— Так как ты провела вчерашний вечер?

— Опрокинула пару рюмок в клубе, поехала домой к одной из подруг, мы пошли в другой клуб… и там сидели до утра. Я видела твоего обожаемого Адама. Он был в компании Джеральда Гентингтона, а потом Джеральд ушел, и к нему за столик подсел Стивен Адамс.

— Адвокат?

Афродита кивнула и, снова повернувшись к зеркалу, принялась заплетать волосы в косу.

— Они так мило шептались целых полчаса.

Вивиан поднялся и подошел к ней. Афродита оглядела его и сморщила нос.

— От тебя пахнет женщиной, — уведомила его она.

— Тебе это не нравится?

— Слишком сложный вопрос, чтобы ответить на него в двух слова.

— Да, ты права. Особенно если учесть, что я пошел спать в восемь вечера и проснулся недавно. Наверное, в это время в моей кровати была таинственная незнакомка?

— Зная тебя, предположить можно все.

— Незнакомка позволила себе заходить в мой кабинет, рыться в ящиках моего письменного стола и забирать то, что ей не принадлежит?

Афродита улыбнулась и, бросив взгляд в зеркало, провела рукой по волосам.

— Что взяла таинственная незнакомка? Твою любимую закладку с золотистой кисточкой? Твой паркер? Или негодяйка стащила карандаш, которым ты подчеркиваешь цитаты в книгах?

— Что бы это ни было, ей следует это вернуть.

Она понимающе кивнула и направилась в сторону кухни.

Пару минут Вивиан наблюдал за тем, как она включает чайник, достает из шкафа кофейную чашку и открывает холодильник в поисках чего-то, что могло бы стать подходящим для позднего завтрака.

— Ты так и будешь молчать? — спросил он. — Или что-нибудь ответишь?

— Я уже много раз отвечала. А теперь решила, что мне надо что-то предпринять. Так что теперь твое сокровище будет у таинственной незнакомки. Потому что ей надоело смотреть на то, как ты убиваешь себя этой гадостью.