Дом лжи - Дэвид Эллис

– Джейн! – раздается голос Энди. – Иди сюда, посмотри!

* * *

Энди стоит в ванной, руки в карманах.

– Видишь что-нибудь интересное? – спрашивает он.

– А, ну да, – отзывается Черонис. – Представляете, у этого мудака была титановая зубная щетка и к ней еще пара причиндалов в тон. Знаете, что это?

Взгляд Джейн уже скользнул к туалетному столу. На нем лежат три недостающие предмета из элитного мужского набора для ухода за собой от «Бентли-Кравитц» из черного матированного титана: зубная щетка, кусачки для ногтей и держатель для зубной нити.

– Вот в эту штуку вставляется зубная нить, – поясняет Черонис. – Нет, вы представляете, сколько это все стоит? Сколько у парня должно было быть свободных денег?

– Около девяти тысяч долларов. – Энди протягивает Черонису свой телефон, на экране которого уже стоит картинка: полный набор за девять тысяч. – Здесь не хватает электробритвы и триммера. И знаешь, где мы их нашли?

* * *

Двумя пальцами в перчатках Энди аккуратно приподнимает костюм за краешек, осторожно, чтобы не прикоснуться к нему и не встряхнуть. Черный балахон с длинным капюшоном. Костюм Мрачного Жреца найден в спальне Кристиана Ньюсома. Точно такой, какой в ночь Хэллоуина видела девчушка из Грейс-Виллидж, соседка Бетанкуров.

Джейн выходит из комнаты, достает свой телефон и набирает номер.

– Саймон, это Джейн Бёрк. Слушай, у нас тут открылись новые обстоятельства, так что я не смогу быть в Грейс-Парк сегодня вечером. Ничего, если мы встретимся с тобой завтра?

87. Джейн

Шеф Карлайл хлопает ладонью по столу.

– Прекрасно. Второй телефон у него. Костюм чертова Жнеца у него, ботинки нужного размера у него, а половина его туалетного набора обнаружена у Лорен Бетанкур в ванной. Он работал в здании, откуда, по всей вероятности, приходили все утренние эсэмэски, и он же проживал в районе, вполне соотносимом с местом отправки вечерних сообщений. Он высок, темноволос и хорош собой, как его описывает одна из эсэмэсок. А имя «Кристиан», если я, конечно, не ошибаюсь, звучит вполне религиозно. – Шеф указывает на Джейн обеими руками. – Джейн, гляди веселее.

– Я стараюсь, шеф.

– Но у тебя не получается. Тебе не хватает доказательств.

– Да нет, еще как хватает… Единственное, чего нам действительно не хватает, так это письменного признания Кристиана Ньюсома в том, что это именно он, единолично, убил Лорен Бетанкур, а Саймон Питер Добиас не имеет к ее смерти никакого отношения. Подписано и заверено нотариусом. Хотя, судя по тому, как развиваются события, скоро мы получим и этот документ по электронной почте.

Шеф смотрит на нее в упор и облизывается.

– Напомни, чтобы я купил тебе подарочек, Джейни. Хочу послушать, как ты будешь объяснять мне, что с ним не так. – Следующий взмах начальственной руки в сторону Энди: – Ну а вы, сержант Тейт?

Энди – коллега лояльный, он не спешит подставлять Джейн. Но она знает, что в этом случае он больше склонен верить уликам, чем ее идеям.

– Все выглядит солидно, шеф, но, по-моему, беспокойство Джейн стоит того, чтобы к нему прислушаться.

Шеф усаживается в кресло; его пальцы выбивают дробь по краю стола так, словно он играет на фортепиано.

– Так, Джейн, давай выкладывай, что там тебя беспокоит, от начала и до конца. Только побыстрее, пока мне не захотелось послать этого Саймона Добиаса ко всем чертям.

Джейн выставляет ладонь и начинает загибать пальцы.

– Во-первых, розовый телефон. Вы уже знаете: когда Лорен была уже мертва, кто-то задвинул телефон под столик в прихожей.

– Это ты думаешь, что кто-то его туда задвинул.

– Телефон абсолютно точно двигали во второй раз, причем очень аккуратно, не задевая пола. Такая аккуратность, шеф, полностью исключает непреднамеренное воздействие. А еще я, хоть убей, не могу понять, почему преступник, если он случайно наткнулся на телефон, не забрал его с собой – ведь это же первое и самое главное свидетельство против него? Но нет, вместо того чтобы его забрать, он старательно запихивает его под стол в паре шагов от убитой, то есть туда, где мы наверняка его найдем.

– Ну а так-то преступники никогда не делают глупостей, – говорит шеф. – Они не впадают в панику, не совершают ошибок…

– В том-то и дело, что это была не ошибка, сэр. Он мог не заметить телефон, мог нечаянно его пнуть – вот это было бы ошибкой, вызванной спешкой и паникой. Это я поняла бы. Но в нашем случае никакой паники не было. Все было сделано расчетливо и продуманно. – Джейн встряхивает головой. – Он хотел, чтобы мы нашли этот телефон. Но не хотел, чтобы это выглядело так, как будто телефон нам подсунули.

– Он – это Саймон Добиас?

– В теории да.

Шеф складывает на груди руки:

– О’кей, каждый имеет право на свое мнение. Дальше.

– Во-вторых, запись сигналов с телефонных вышек настолько безупречна, что выглядит нарочитой. А Саймон Добиас – преподаватель юриспруденции, и его узкая специальность – Четвертая поправка. Мы тут нашли его блог, называется «Говорит Саймон»[41], ха-ха. Он пишет там для практикующих юристов, для студентов, публикует собственные статьи и рецензии. И знаете о чем? А о том, какие у государства есть способы и средства следить за гражданами и вторгаться в их частную жизнь. Так что он наверняка больше нас с вами знает о том, как отслеживать передвижения людей по протоколам мобильной связи.

– Так, понятно, протоколы чересчур убедительны… То есть наша доказательная база слишком сильна, – подытоживает шеф. – Продолжай.

Джейн делает глубокий вдох, чтобы сдержать раздражение. Она понимает, к чему все идет – к завершению следствия: убийца найден, мотивы обнаружены, получите – распишитесь. Первое убийство в истории Грейс-Виллидж раскрыто полицией в течение недели. Президент деревни одобрительно хлопает шефа полиции по плечу, все облегченно вздыхают и поздравляют друг друга с отлично проделанной работой.

– В-третьих, – говорит она. – Фактические ошибки в текстовых сообщениях. Лорен пишет, что плохо спит целую неделю, потому что Конрад храпит, а Конрад утверждает, что в то время он уже не жил с ней в одном доме. Сначала я подумала, что Лорен зачем-то лгала своему тайному любовнику.

– А теперь?

– Теперь я думаю, что это ошибка. Саймон Добиас просто не знал, что Лорен и Конрад уже не жили вместе. Он сам состряпал эти телефонные сообщения так, чтобы они казались натуральными, и перестарался – сболтнул то, что оказалось неправдой, а он этого не знал.

– Что ж, это не исключено, как не исключено и то, что Лорен могла лгать своему возлюбленному