Черный маг - Лейтон Грин

на этот раз у него на лице была написана такая боль, а во взгляде читалось столько душевного страдания, что Виктор тоже был тронут.

– Мы сокрушили ересь Ахримана, – продолжил монах, – но исходящая от веры в него угроза никуда не делась. Не так‑то просто победить ложного бога и его концепцию. В Ватикане опасались, что ересь возникнет снова, и велели «Тутори» вечно быть начеку. Это может показаться крайностью, но на самом деле ничем не отличается от любого внутрицерковного аппарата, позволяющего поддерживать веру в добром здравии. Просто у нас довольно необычная задача.

– Но почему вы осели именно здесь? – поинтересовался Виктор.

– Как написано в книгах по истории, лидер еретиков обладал сверхъестественной красотой и харизмой. Еще там сказано, что он мог свободно перемещаться по свету, как и сам Ахриман, появляясь по собственному желанию где угодно.

– Три легендарные способности дьявола, – пробормотал профессор, – которые изначально приписывались Ахриману.

– Чепуха, конечно, во всяком случае для меня. Но в шестнадцатом столетии она не казалась чепухой, и тогда верили, что жрец обретает подобные способности после прочтения кое‑какой книги, определенного оккультного труда.

От почти незаметно движения возле ворот у Виктора перехватило дыхание, но это просто птица качнула ветку одной из сосен.

– «Гримуар Ахримана», – произнес профессор.

– Вы видели упоминания о нем?

– Да. Почему «Тутори» просто не сожгли эту книгу?

– Ватикан может уничтожить копии, устраивая публичное шоу, но там всегда оставляют оригиналы, чтобы изучать их и сохранять знания. Даже нечестивые.

– Но столь опасные знания, как эти, – заметил Виктор, – тем более в те времена…

– Потому‑то и возникла эта абсурдная крепость в глухомани. Ватикан не любит отступать от традиций, и по сей день тут должны непременно обитать два монаха. – Брат Петр скривился, но Виктор увидел у него в глазах тоску от несуразности отшельнической жизни. – Хотя лично я думаю, что монастырь существует до сих пор только благодаря исключительному вину из винограда, который мы выращиваем на склоне холма.

– Как Кроули обнаружил это место?

Брат Петр пронзительно посмотрел на Виктора.

– Откуда вам известно, что он здесь побывал?

– Я узнал, что «Тутори электус» якобы распустили в Палермо, и навел справки, учитывая школу магии Кроули, которая находилась в Чефалу.

– Конечно, в окрестных деревнях известно о нашем монастыре, хотя его подлинной истории никто не знает. Алистер был умным человеком и навестил наших предшественников.

– Как я понимаю, ему дали от ворот поворот, – сказал Виктор.

– Алистер грозил братьям магической расправой, а они в ответ пообещали отправить его вниз по обрыву за нашей крепостью. Вскоре после этого Кроули выслали из страны. За долгие века нас нашли еще несколько человек, и с тем же результатом. – Взгляд монаха опять переместился на дом, а кулаки сжались. – Так было до прошлого года.

– Дарий?

Петр резко повернулся к Виктору:

– Вы его знаете?

– Знал много лет назад.

Монах смотрел сквозь собеседника, его лицо застыло в напряжении.

– Он забрал книгу, так? – спросил Радек. – Поэтому вы и попросили меня отречься от имени Ахримана. Не из-за ваших верований, а из-за того, во что верит Дарий.

– Я тогда спустился в деревню за припасами. Ему, видимо, было известно, когда я обычно прихожу. Мой брат, второй монах… был не в себе… уже некоторое время.

– Ваш брат во Христе и по «Тутори»?

– И по рождению тоже. Он мой единственный родственник. После того, что с ним сделали, я молил его вернуться в Рим, чтобы сюда прислали кого‑нибудь другого. Но он отказался.

Взгляд Виктора скользнул в сторону дома.

– Вы не сообщили в Рим о том, что произошло?

– Брат предпочитает уединенную жизнь и не хочет, чтобы его выставляли на всеобщее обозрение. – Виктор не мог понять, о чем говорит брат Петр, но тот встал и устало вздохнул: – Идемте. Он захочет с вами поговорить. – Он подвел профессора к двери и сжал ему руку повыше локтя. – Его зовут отец Анджело, и вам нужно собраться с духом. С моим братом сотворили ужасное. В отличие от меня, он поистине святой человек.

Глава 53

Анка не назвала номер своего мобильного, голосовое сообщение пришло со скрытого номера. «Она не оставила мне выбора, – подумал Грей. – Не сомневается, что я приду».

Он бросил машину на крытой парковке и спустился в метро. Доминик не знал заведения, которое выбрала Анка, но когда‑то работал вышибалой в Сохо и поэтому хорошо ориентировался в том районе.

Он вышел на Пиккадилли, поднялся на длинном эскалаторе на улицу и оказался в мешанине людей, неоновых рекламных щитов и гигантских видеоэкранов. Раньше, стоя на Пиккадилли-Серкус, Доминик представлял себе путешественника из далекого будущего, который наткнулся на руины площади: шум и огни исчезли, и все вокруг напоминает монолитные остатки антиутопического лабиринта Минотавра. Теперь тот старый образ показался жутко актуальным: Грей превратился в заблудившегося воина, который пытается раскрыть тайны лабиринта, прежде чем чудовище проглотит всех живых.

Оставив позади хаос Пиккадилли, Грей проковылял по Шафтсберри с ее театрами и углубился в извилистые улицы Сохо. Сделав остановку в раскрученном секонд-хенде, чтобы избавиться от перепачканной в крови униформы охранника и переодеться в джинсы с черным свитером, он стал протискиваться через толпу татуированных и пирсингованных лондонцев, привлекая взгляды своей простой внешностью. Ему пришлось закинуть в себя еще обезболивающих, а потом Грей срезал путь по переулку и увидел расположенное в кирпичном доме кафе, о котором говорилось в Анкином сообщении.

Ее он заметил сразу. Анка сидела на террасе в обтягивающей кожаной куртке, с ниспадающими на ключицы светлыми волосами. В кафе, полном модных, лощеных и красивых европеек, Анка все равно бросалась в глаза, как вспышка молнии в безлунном небе.

Грей окинул взглядом ресторанчик и улицу, не заметил ничего неуместного и зашагал к столику девушки. Напряженное выражение ушло с ее лица, когда он приблизился, но Грей с ходу выложил на стол купюру в двадцать фунтов:

– Хватит счет оплатить?

– Да, но…

– Тогда идем, – скомандовал Грей.

– Я только пришла, и никто не знает, что я здесь.

– Идем.

Она обиженно поджала губы, но взяла сумочку и встала.

– Что с тобой случилось? Почему у тебя такой вид, как будто тебя только что…

– Похитили и мучили? Потому что так оно и было.

Анка схватила его за руку.

– Ты же не думаешь, что я имею к этому какое‑то отношение?

Его взгляд не дрогнул, оставшись таким же спокойным.

– Когда дело касается тебя, я не знаю, что и думать.

Они стояли посреди улицы. Анка смотрела ему прямо в глаза, и выражение ее лица