Синдром самозванца - Виктор Че

class="p1">— Заканчивайте с психоанализом, — перебила меня Соня. — Я расскажу вам, как дальше все будет. Мы с вами, Виктор, спустимся на землю и продолжим следовать нашему плану. Убийцей мы признаем Кончикова, а Костю оправдаем. Для этого вам, Виктор, придется скорректировать свой профиль и убрать оттуда любые указания на меня и Костю.

Учитывая, что у Кончикова железное алиби по каждому эпизоду убийства, Соня предполагала выдать ему эксклюзивный патент на криминальное ноу-хау: как убить четверых, не находясь рядом с ними. Для этого у нее был припасен Андрей. Интересно, он входит в пакет с патентом?

— Вы подозревали в убийствах меня? — спросил Костя.

— Конечно, дорогой, — сказала Соня. — А кого же еще? Отлучный свой счет оплатил, пора его уже отпускать. Я перевела стрелки на тебя, но это лишь отвлекающий и безопасный маневр, поскольку да, у тебя есть мотивы, но и все хорошо с алиби. Виктор умеет с этим работать, он все сделает. Правда, Виктор?

— Да, — кивнул я. — Проще простого.

Соня удивленно посмотрела на меня:

— Спасибо, Виктор! Приятно иметь дело с умным человеком. Костя, если бы ты сам не объявился, вся история прошла бы мимо тебя. Но ты полез в этот кузов… Ладно, не страшно. Я выведу тебя из-под удара.

Соня коснулась его руки, но Костя ее отдернул.

— Далее мы с вами усаживаем на скамью подсудимых Кончикова, — продолжила Соня, — и расходимся друзьями. Все в выигрыше. Договорились?

— Нет, — ответил Костя. — Маша, ты убила четверых человек. Ты убийца.

— Костя, не начинай…

— Ты ведь не остановишься! Ты продолжишь убивать.

— Нет, она остановится, — возразил я. — Потому что ее миссия выполнена. Для этого не нужна гора трупов.

Соня кивнула.

— Тем более что Диана свое дело знает. Она превратит эту историю в грандиозный информационный повод, — продолжил я.

К нам вышел бармен.

— Что-нибудь вам предложить?

— Стакан воды с газом, — попросил Костя будничным тоном, как будто мы сидели за столиком и обсуждали план экскурсий на острове на ближайшие две недели. Бармен убедился, что другие гости ничего не желают, бросил в стеклянный стакан два кубика льда, налил газированной минералки, подал Косте и ушел за шторку в кухню.

— Чтобы прервать дальнейшие размышления на тему, как меня облапошить, — сказала Соня, — у меня есть несколько вариантов плана. Там и «Б», и «В» готовы, и даже «С». Так что не совершаем глупостей, мальчики, и никто не пострадает…

Когда я понял, что собирается сделать Константин, было уже поздно. Стакан обрушился на голову Соне, Костя занес его еще раз и ударил в висок, а потом еще раз и еще. Кажется, стакан треснул, я увидел острый окровавленный осколок. Он делал это так быстро и так точно, что ни я, ни уж тем более Соня не успели среагировать. На ее лицо полилась кровь обильной струей. Она попыталась встать. Костя ударил еще раз — на этот раз сверху и, кажется, одним только кулаком, потому что от стакана почти ничего не осталось. Соня повалилась на стол с тяжелым хрипом.

Я вскочил.

— Что ты наделал?! — прохрипел я.

И кинулся вниз.

Если бы можно было спуститься с лестницы и не оказаться на виду у всего салона бизнес-класса, было бы проще. Я бы прополз между креслами и стащил Диану на пол. У Андрея бы не получилось ее отравить. Но лестница выходит прямо в салон, и не успел я появиться в проходе, как Андрей поднес к носу Дианы пузырек с нафтизином.

Дети и многодетная мать уже бодрствовали. Все, видимо, поняли, что происходит что-то неправильное, потому что дети жались к сидящей в кресле матери, а гувернантки стояли рядом, загораживая подопечных спинами.

Пахло чертовым миндалем. Наверное, часть яда Андрей случайно выдавил от напряжения. А может быть, за счет того, что тюбик открыт, цианид стал испаряться. Диана закрыла глаза.

— Андрей, она ничего не сможет сделать. Она мертва, — произнес я.

Рука Андрея дрогнула. Он побледнел.

Если он был под шантажом, то он отпустит Диану.

Однако то, как его лицо изменилось после моих слов о Сониной смерти, — хотя я не был на самом деле уверен, что это свершившийся факт, — явно показывало, что их отношения строились не на угрозах. Ну да, лепестки в моем доме, а лилия — цветок любви и преданности. Андрей не боялся Соню, он был ей предан. Она сделала или продолжала делать для него что-то такое, за что он был ей благодарен и готов служить.

Блин.

— Если ты убьешь Диану, то сядешь в тюрьму, — сказал я. — Ты не совершал никаких преступлений. Ты лишь помогал ей, был вынужден это сделать. Я все понимаю, и я тебе помогу. Отпусти ее, не совершай ошибку, за которую всю жизнь будешь…

Он надавил на пузырек. Струя ударила Диане в нос.

— …расплачиваться, — закончил я.

Она вскочила с кресла, закашлялась, стала выдувать воздух из ноздрей, стирать влагу с лица ладонями. В ее глазах было отчаяние.

— Андрей, ты идиот!

Я быстро достал упаковки с сахаром, вскрыл три штуки и велел Диане:

— Открой рот! Открой рот!

Диана открыла рот. Я высыпал ей на язык пакетики с сахаром.

— Жуй, растирай на языке. Сахар — антидот цианида. У тебя в крови много сахара после колы, там пять ложек на стакан. Но надо добавить еще, на всякий случай. Давай, интенсивнее. И будь спокойна, с тобой все будет в порядке. Иди с девушкой в кухню и запей водой, поняла?

Народ в салоне загудел, люди повскакивали со своих мест, высоко поднимали телефоны, чтобы снять видео с большим обзором. Бортпроводники пытались их угомонить, рассадить, но шоу было слишком увлекательным, чтобы тихонечко спать.

Диана, с трудом переставляя ноги, поплелась за бортпроводницей. В ее глазах плескалась паника, она усиленно рассасывала вязкую сахарную массу во рту.

Спасибо Агате Кристи, которая всем рассказала, как нейтрализовать цианид, не дав отравить Эркюля Пуаро пирожным. Если бы в то время были диетические заменители глюкозы, то все бы у них получилось и старый сыщик с накрученными усами помер бы раньше срока.

Из соседнего салона появился крепкий парень-бортпроводник, спросил, не нужна ли помощь. Видимо, все тут признавали во мне представителя правоохранительных органов.

— Свяжите его, — попросил я и указал на Андрея. — Он опасен. Если есть наручники, лучше сковать ему руки.

Парень побледнел, но кивнул, открыл багажную полку и достал рулон скотча. Андрей, не сопротивляясь, подал руки. Он выглядел убитым горем от известия, что Соня мертва. Одна из бортпроводниц шепнула мне, что Соня жива, ей оказывают помощь: в салоне экономкласса