Сожженные тела на станции Саошулин - Юнь Хуянь

я тоже думал, что этот преступник действительно подготовленный, имеет некоторый опыт противодействия следствию, поэтому предположил, что он мог быть в заключении, отбывал исправительные работы. – Чай Юнцзинь пробормотал несколько слов, потом вдруг повысил голос: – Но я уверен, что мое предположение о том, что подозреваемый – человек без постоянной работы, живущий в подвале, железно.

Линь Сянмин смотрел на него молча.

– Отчет криминалистической экспертизы офицер Линь наверняка видел, следы обуви подозреваемого на месте преступления показывают, что он носил очень дешевые и изношенные кроссовки марки «Янфань», в промежутках между следами неоднократно и во многих местах обнаружены следы плесени, которая в основном встречается в подвалах или полуподвалах, – увереннее добавил Чай Юнцзинь. – При этом, хотя места преступлений сконцентрированы в западном пригороде, они разбросаны по карте. Особенно это касается второго убийства: той ночью патруль столкнулся с преступником, и в процессе погони он из-за незнания местности не выбрал прямой путь бегства, известный местным жителям, а сделал большой крюк, чуть не оказавшись в тупике, – все это подтверждает, что он не из этого района. А если прибавить к этому факт про плесень, я делаю вывод, что он, вероятно, человек без постоянной работы, как говорят, «бродяга».

То, о чем говорил Чай Юнцзинь, произошло в ночь второго убийства. Патруль во время обхода на углу улицы примерно в пятистах метрах от дома У заметил подозрительного человека, из-за темноты и высоко поднятого воротника его лицо было не разглядеть. Когда его попросили остановиться для проверки, он сразу побежал. Патрульные на мгновение растерялись, прежде чем начать погоню, и подозреваемый оторвался от них, в панике не разбирая дороги. На перекрестке, где можно было прямо пробежать в парк с густой растительностью и полностью избавиться от преследователей, он вместо этого повернул направо, нырнул в переулок и после нескольких поворотов убежал… Позже криминалисты идентифицировали следы обуви и плесень, подтвердив, что это был тот самый серийный убийца. Эта неудачная погоня очень расстроила Ду Цзяньпина: нет ничего досаднее, чем упустить почти пойманную утку. За это он вызвал практически пятидесятилетнего начальника охраны порядка улицы Чуньлюцзе Фан Чжифэна и отругал его. Фан Чжифэн с кислым лицом сказал, что хочет уволиться с этой проклятой работы без отдыха и выходных, и Ду Цзяньпину пришлось его успокаивать, чтобы уже упавший духом патруль окончательно не развалился…

Выслушав Чай Юнцзиня и вспомнив сцену неудачной погони за серийным убийцей, все в конференц-зале сочли его анализ безупречным и повернулись к Линь Сянмину, словно говоря: «Ну теперь-то тебе нечего сказать?». Неожиданно Линь Сянмин встал, перелистнул несколько слайдов, и на белом экране появился большой овальный зеленый участок.

– Вы узнаете это место, офицер Чай? – поинтересовался Линь Сянмин.

Чай Юнцзинь только глянул и сказал:

– Конечно, это же газон перед центральным парком?

Ли Чжиюн резко поднял голову!

Линь Сянмин посмотрел на Чай Юнцзиня и медленно спросил:

– Офицер Чай, вы лично осматривали это место?

Чай поморгал и покачал головой.

– Кто-нибудь из присутствующих после второго убийства исследовал путь, по которому преступник ушел от патруля?

После убийства У специальная группа провела очень подробный осмотр места преступления. Путь бегства подозреваемого от патруля тоже прошли и опросили свидетелей, но потом группа единодушно решила, что выбор пути преступником был случайным – проще говоря, «бежал куда глаза глядят». Не видя смысла в дальнейшем исследовании, они не стали тратить силы и время, а что касается зеленого участка на слайде, офицеры в основном проходили мимо, не рассматривая его…

Когда Линь Сянмин заметил недоумение присутствующих в конференц-зале, на лице его появилось разочарование.

В этот момент Ли Чжиюн поднял руку.

Линь Сянмин улыбнулся:

– Хорошо, тогда пусть офицер Ли расскажет офицеру Чаю, что это за овальный зеленый участок.

– Это не газон, – пояснил Ли Чжиюн. – Это просто овальный пустырь, покрытый зеленой сеткой. Недавно муниципалитет готовил серию имиджевых роликов, для которых нужно было как-то приукрасить, повыгоднее показать город, который последние несколько лет из-за повсеместного строительства выглядел как одна большая стройплощадка, чтобы хотя бы с высоты птичьего полета он казался более зеленым, а не пустошью с редкими островками растительности. Но в то время выращивание газонов без почвы еще не было распространено, а искусственный газон был довольно дорогим, поэтому коммунальные службы покрыли зеленой сеткой все участки голой земли площадью более ста квадратных метров, чтобы при съемке с воздуха это выглядело прилично.

В конференц-зале поднялся шум, следователи что-то тихо обсуждали, в воздухе витали обрывки фраз… Все сидели, нахмурившись, мучительно размышляя. Ду Цзяньпин постучал пальцем по столу, призывая к тишине, потом обратился к Линь Сянмину:

– Линь, я не совсем понял, какая разница, настоящий это газон или нет, какое это имеет отношение к нашему делу?

– Самое прямое, – спокойно ответил Линь Сянмин. – Я уже осмотрел место. Ячейки этой зеленой сетки в основном шириной от четырех до шести сантиметров, как раз по ширине носка обычных кроссовок или туфель. Преступник не побежал в центральный парк не потому, что не знал, что там хорошее место для укрытия, а потому что не хотел споткнуться, если носок его обуви застрянет в ячейке сетки при пересечении этого зеленого участка – какое там «незнание местности», он прекрасно на ней ориентировался. Поэтому даже в панике при бегстве он не сделал ошибочного выбора, я даже могу утверждать: он местный житель, живущий в районе переулка Чэнъюли и улицы Чуньлюцзе.

– Может быть, – процедил сквозь зубы Чай Юнцзинь, – может быть, он тогда увидел, что на земле зеленая сетка, а не газон?

Линь Сянмин повернулся, посмотрел на фотографию на экране и вздохнул:

– Даже на этой фотографии, снятой днем, вы не смогли различить, что газон искусственный, что уж говорить о глубокой ночи…

После совещания по делу Ли Чжиюн спустился вместе с Линь Сянмином; они стояли во дворе отдела уголовного розыска и через облетевшую, тощую и узловатую крону большого вяза смотрели на осеннее небо, серое и унылое, словно покрытое инеем.

– Сегодня ты только разрушал, не созидая, – заметил Ли Чжиюн. – Ты опроверг все выводы Чая, но не предложил новых.

Линь Сянмин помолчал, потом медленно проговорил:

– Дело слишком сложное, слишком много противоречий и сомнительных моментов. Я пока не могу воссоздать точный портрет подозреваемого.

То ли от холода, то ли от раздражения Ли Чжиюн засунул руки в карманы брюк, потоптался на месте, сухие листья хрустели под ногами.

– В деле нет никакого прогресса; что, если убийца теперь залег, как медведь в спячку, неужели мы его больше не поймаем?.. Не может же жертва Гао Сяоянь быть