Закон Зверя. На пороге безумия - Таисия Кирилловна Потапова

где ее уже ждала недовольная Дебби. Так и не отдышавшись, Скарлетт пересказала детали знакомства с одним из Синклеров. По ходу ее сбивчивого рассказа эмоции Дебби сменялись одна за другой, словно она не успевала остановиться на чем-то конкретном.

– Ну ты даешь! Надо было тебя предупредить, совсем из головы вылетело. Моя вина… А в закрытом крыле номер Винсента. Но он не будет звонить вот так, на ресепшен.

– Почему?

На вопрос Дебби лишь пожала плечами:

– Напрямую с ним общается только Ришар. Он птица важная.

«А сын разве нет?» – задалась вопросом Скарлетт, но акцентировать на этом внимание не стала.

– Считай, управляющий отелем – Адам. Он с недавних пор бегает и наводит порядки. Ну хоть отчетность ведет, на том спасибо.

Девушка еще раз прокрутила в голове их первую встречу. Одинокая фигура, похожая на каменную статую, предложение выпить, треск камина…

Скарлетт не удержалась и усмехнулась про себя: «Пока я видела только то, как он распивает в одиночестве и раздает приказы».

Дебби продолжила посвящать новенькую в особенности семьи Синклеров:

– Старший такой мелочевкой не занимается. Ты его вообще до сезона охоты можешь не увидеть, только если он не выйдет к постояльцам в ресторан.

– Я знаю, как выглядит Винсент, видела на сайте. А вот про сына забыла посмотреть, так бы хоть узнала его в лицо.

– Все равно зрелище не из приятных, ты немногое потеряла.

Скарлетт была с ней в корне не согласна, однако промолчала.

– Вообще не переживай, – заверила Дебби. – Перед начальством каждый косячил, это классика.

Доводы напарницы не сильно успокоили, и девушка поспешила углубиться в работу, чтобы поскорее забыть об этой странной встрече.

Приближалась полночь, и Скарлетт чувствовала, как после длительной дороги тело перестает ее слушаться. Новенькая уже с трудом следила за тем, что вбивает в таблицу графика уборки номеров. Бесконечный поток чисел буквально расплывался перед глазами. Единственным утешением было то, что за это время они немного сблизились с напарницей.

«Нет ничего более укрепляющего отношения, чем совместная работа в сфере услуг…» – с теплом подумала Скарлетт.

Увидев, с какой черепашьей медлительностью девушка нажимает на клавиши, Дебби недовольно проворчала:

– Так, я сама закончу. Иди спать, тебе все равно только час осталось работать. Еле на ногах держишься. Пользы никакой.

Скарлетт не сдержала улыбки: «Вроде бы такая грозная, а заботится». Заметив это, Дебби нахмурила брови:

– Чего улыбаешься? Проваливай, пока я не передумала.

Новенькую долго уговаривать не пришлось. Она послала воздушный поцелуй своей спасительнице и направилась в сторону гостевого лифта. Хоть мадам Ришар могла поворчать, Скарлетт хотела еще разок повидаться с очаровательным Гуннаром и поскорее оказаться в теплой постели.

Однако вместе с ней в кабину зашла постоялица отеля, облаченная в дорогое шелковое платье. Скарлетт постаралась забиться в самый угол кабины, чтобы не стеснять гостью.

Гуннар поприветствовал их обеих, однако обратился сначала к постоялице:

– Доброй ночи, мадам! Вам на третий этаж, не так ли?

– Зачем спрашивать, если и так знаешь?

– Прошу прощения, мадам.

– И я же просила называть меня Фрида. Проблемы с памятью?

– Прошу прощения, мадам Фрида.

– Не говори так громко, у меня голова раскалывается.

Голос Фриды был гнусавым и немного сипел, как будто она постоянно разговаривала на повышенных тонах, перенапрягая связки. Женщина театрально приложила тыльную сторону ладони ко лбу и хрипло вздохнула.

Фрида действительно выглядела очень бледной, но был ли тому причиной ее аристократичный образ или упадок сил, Скарлетт не понимала.

– Боже, как в этом лифте воняет! – женщина брезгливо отодвинулась от Гуннара. – Неужели в таком возрасте сложно следить за собой?

От волнения пожилой лифтер стал запинаться:

– П-прошу прощения.

Скарлетт вспыхнула от негодования. Как служащая она не могла грубить гостье, но стоять молча в стороне было невозможно:

– Прошу прощения, но в нашем отеле не допускается такой тон по отношению к сотрудникам. Боюсь, вы могли оскорбить лифтера этим высказыванием. Впредь следите за тоном, пожалуйста. Быть вежливой – это несложно.

Фрида насмешливо хмыкнула, не соглашаясь. Однако на секунду в ее глазах мелькнуло какое-то странное замешательство.

Смелость Скарлетт моментально испарилась, когда она вспомнила о том, что это ее первый рабочий день: «Наверняка потом донесет мадам Ришар. Плохо дело».

Гуннар восторженно взглянул на свою защитницу – было очевидно, что к такому он не привык. Один этот благодарный взгляд стоил любого выговора начальства.

На третьем этаже неприятная гостья выскользнула из кабины, не попрощавшись. Она продолжала то и дело хвататься за виски, медленно продвигаясь вдоль стен.

Гуннар закрыл решетку и улыбнулся:

– Доброй ночи, мадам Фрида! Надеюсь, завтра вы будете чувствовать себя лучше!

– Вы слишком добры, Гуннар, – Скарлетт укоризненно покачала головой.

Лифтер лишь добродушно пожал плечами, не переставая улыбаться:

– В доброте нет понятия «слишком», мисс. Я в этом уверен. Вам на какой этаж?

– Четвертый, пожалуйста.

Внезапно кабина вздрогнула и остановилась на полпути.

Опять? Только застрять в лифте мне сегодня не хватало. Великолепный день!

– Что случилось?

Свет бешено моргал, отчего ужасно рябило в глазах. Гуннар не отвечал.

Скарлетт не страдала клаустрофобией, но ей стало не по себе. Девушка физически ощущала сдавливающую тесноту пространства вокруг себя, словно стены лифта были готовы вот-вот схлопнуться.

– Гуннар? Почему вы молчите?

– Ты здесь, малышка Скарлетт. Я так рад нашей встрече.

Лифтер, все это время стоявший к ней спиной, медленно оглянулся. Вместо Гуннара на нее смотрело уродливое создание, чей внешний вид представлял собой отвратительную смесь человеческого тела и головы свиньи. Гибрид заметно подрагивал и издавал странные звуки, напоминающие хрипучее повизгивание.

Скарлетт дернулась в сторону, больно ударившись затылком о противоположную стенку кабины. От удара на несколько секунд в глазах потемнело, и девушка медленно сползла по стене. Взгляд крошечных свиных глазок на лоснящейся морде хаотично забегал по всему ее телу. Безумная улыбка этого существа тонула в жирных складках кожи, а открытая пасть обнажала ряд острых зубов. Бежать было некуда. Скарлетт чувствовала себя запертой в клетке, абсолютно бессильной.

Девушка прижалась к кушетке и, кое-как сдерживая рвотный позыв, выдавила из себя:

– Что это… что ты…

Она начала задыхаться.

– Я тебе не нравлюсь таким? Как жаль! Нам еще не раз предстоит встретиться. Ведь ты сама приплыла ко мне. По своей воле попала в капкан… – свинья истошно завизжала, высоко запрокидывая голову. – А КАПКАН ЗАХЛОПНУЛСЯ!

Гуннар с головой свиньи склонился над забившейся в угол девушкой. Безобразную морду перекосило в неестественной, тошнотворной ухмылке. Он что-то задумал.

– Отойди от меня! – всхлипнула Скарлетт. Ее начало потряхивать, а потом и вовсе бить крупной дрожью. Грудь поднималась и опускалась от безудержного