Последний пассажир - Уилл Дин

лыжах. Я знаю основы, но «Атлантика» больше похожа на город, чем на лодку.

Возле настила беговой дорожки Дэниел снимает белую стальную панель, чтобы получить доступ к механизму спуска спасательной шлюпки.

– На какое расстояние ее хватит? – Мои слова заглушает ветер, поэтому я повторяю их.

– Шлюпки? Без понятия. Но там есть запасы еды и воды. Мы справимся. Если что-то пойдет не так, прыгнем в шлюпку и уплывем. Как думаешь, мы на морских путях?

– Понятия не имею.

Вижу, как вдалеке проплывает запутавшийся в сетке кусок пластика. В воде он кажется микроскопическим. Мартин, сын Джеммы, потчевал меня интересными фактами об океане с тех пор, как услышал, что я в последний момент решилась на это путешествие. О том, что на карту нанесено сто процентов поверхности Луны, но только пять процентов океанского дна. О том, что яда в одной австралийской коробчатой медузе хватит, чтобы убить тридцать человек. На двенадцатилетие я подарила ему книгу «1001 факт», и большинство упоминаний об океане меня сильно нервируют.

– Если мы на морских путях, то у нас будет шанс поднять тревогу и привлечь чье-нибудь внимание. На этом корабле чертовски много гудков.

– Библиотека? – предлагаю я. – Там могут быть карты или информация о коммерческих морских путях?

Мы идем туда и разделяемся. Дэниел просматривает справочный отдел, а я ищу книги о самой «Атлантике». Целые ряды подсвеченных полок с книгами в твердом переплете и читательские столы с зелеными кожаными креслами и элегантными лампами. Это совсем не похоже на библиотеку возле моего дома – место, где в детстве я искала уют и безопасность по выходным. Та библиотека выглядела невзрачной и плохо финансировалась, но книги читали и перечитывали, их любили. Библиотекари прекрасно разбирались в литературе и были добрыми. По сравнению с той эта библиотека выглядит ненастоящей.

Поворачиваюсь к историческому отделу и замечаю письменный стол в углу.

Он стоит отдельно, придвинутый к окну.

Со всех сторон от него свисают простыни.

Я подзываю Дэниела, и мы вместе подходим ближе.

Занавеска из простыней колышется.

Я приседаю и отодвигаю ее в сторону. Там прячется молодая девушка, завернутая в одеяла.

Глава 6

– Там ребенок? – шепчет Дэниел.

Я наклоняюсь и снова приподнимаю занавеску из простыни.

У девушки огромные глаза. Вьющиеся рыжеватые волосы падают ей на плечи. На вид ей четырнадцать, может, пятнадцать лет. Она так крепко сжимает книгу, что ногти на больших пальцах побелели.

– Все в порядке, – успокаиваю ее я. – Можешь выйти. Ты не одна.

Она что-то бормочет себе под нос.

– Что ты там делаешь, милая?

– Провожу исследование. – Ее голос звучит уверенно. Решительно.

– Исследование?

– Я пытаюсь провести исследование, – теперь уже кислым голосом отвечает она.

– Меня зовут Кэролайн. Каз.

Она выбирается из укрытия под библиотечным столом.

– Кто-нибудь из вас имеет хоть малейшее представление о том, что произошло сегодня на корабле?

– Как тебя зовут?

– Что, черт возьми, со всеми случилось?

– Мы пока не знаем, – отвечает Дэниел.

– Это забрало моих родителей, – сообщает она.

– Что ты имеешь в виду? – уточняю я.

– Они пропали. Мы делили каюту и одновременно пошли спать, а когда я проснулась утром, их уже не было. Ни сообщения, ни записки. В гардеробе нет одежды. Чемоданов тоже нет. Растворились в воздухе.

– Уверена, с ними все в порядке, – говорю я.

– Вы не уверены, – возражает она. – Вы понятия не имеете, что с ними случилось.

У девушки валлийский акцент, и я, очевидно, недооценила ее возраст на несколько лет. От нее слегка пахнет розами, и она мне кого-то напоминает. Возможно, девочку, с которой я училась в школе.

Протягиваю руку.

– Каз Рипли, – снова представляюсь я. – Мы выясним, что произошло.

– Правда? И как же? Я все утро пыталась связаться с береговой охраной, с кем угодно, но безуспешно. – Теперь она тяжело дышит, доводя себя до исступления. – Мой телефон не подключается к сети. Как вы думаете, что не так с этим кораблем?

– Как тебя зовут? – спрашивает Дэниел.

– Меня зовут Франсин, – отвечает она. – Фрэнни.

Дэниел делает глубокий вдох и произносит:

– Фрэнни, я – Дэниел Чо. Я в некотором роде моряк. Привык иметь дело с лодками. Я позабочусь о том, чтобы мы нашли твоих родителей.

Кажется, это ее немного успокаивает. Может, потому, что Дэниел уже бывал на кораблях, а может, потому, что он похож на рядового спасателя.

– Что ты читаешь? – интересуюсь я. – Навигационные книги? Карты?

– Я читала аналитический отчет о событиях, связанных с «Марией Селестой».

Мы с Дэниелом переглядываемся.

– Ты изучала это в старших классах, Фрэнни? – спрашивает Дэниел.

Она прищуривается:

– Мне двадцать один год.

– Двадцать один?! Ты же сказала, что путешествовала с родителями…

– И что? Это должно было стать ярким путешествием в их жизни. Мы отмечали годовщину их серебряной свадьбы, а теперь они оба пропали. Папа нездоров. Вы заметили, что все маленькие лодки и спасательные шлюпки по-прежнему прикреплены к кораблю?

– Заметили, – отвечаю я.

– Так что же здесь произошло?

– Не знаю, – говорю я. – Должно быть, какая-то эвакуация.

– Это когда все забирают свой багаж и заправляют постели перед отбытием? Что за эвакуация такая, Кэролайн?

На мгновение я ощущаю растерянность.

– Каз. Зови меня Каз.

Девушка качает головой и поднимает глаза к потолку, затем снова смотрит на нас:

– Простите. Вы этого не заслужили, я просто немного нервничаю. Ваши телефоны не работают, да?

– Обычное дело в море, – замечает Дэниел. – Мы далеко от вышки, поэтому зависим от корабля.

– Зависим от корабля, – повторяет Фрэнни, и на верхней губе у нее выступают капельки пота. – Вот именно. Мы трое полностью зависим от этого судна.

Я хочу, чтобы появился Пит. Хочу, чтобы все это закончилось.

– Люди выживают неделями и даже месяцами на небольших рыболовных траулерах, – продолжает Дэниел. – Думаю, мы прекрасно продержимся на борту «Атлантики» несколько дней, пока не доберемся до Нью-Йорка.

– О, ясно. Вы думаете, мы всё еще направляемся в Нью-Йорк?

– Прости?

– Посмотри на солнце, Дэниел. И ты, Кэролайн. Прямо сейчас этот корабль направляется на юг. Если мы будем придерживаться этого курса, то первым массивом суши, на который наткнемся, станет шельфовый ледник Антарктиды.

Глава 7

Дэниел выглядывает в окно, почесывая щетину на шее.

– Она права, – заключает он.

– Конечно, я права, – кивает Фрэнни.

У меня учащается дыхание. Нужно сосредоточиться на глубоких вдохах, как это делала мама.

– Никто не управляет кораблем. – Мой голос звучит спокойнее, чем я чувствую себя внутри. – Мы поднялись на мостик, а за штурвалом никого нет. Судно идет на автопилоте.

– Я понимаю в