Сыворотка счастья - Дарья Александровна Калинина

кроме них с родителями, никто с праздника и не ушел вовсе. Тот факт, что именинника увезли в больницу, не охладил пыл остальных гостей и их желания праздновать. Все они продолжали есть, пить и, как ни странно, веселиться, словно ничего и не случилось. Подумаешь, именинник в больнице, главное, что на столе еще полно выпивки и закуски.

В зале звучала задорная музыка, тетки плясали и заливисто хохотали над своими кавалерами, которые старались не ударить в грязь лицом, выделывали различные танцевальные па, высоко вскидывали вверх руки и ноги, а некоторые даже пытались пройтись вприсядку.

Саша посмотрел на эту вакханалию и понял, что тут ему ловить нечего.

– Весело гуляют.

Рядом с ним стоял тот самый официант, который явился за голубым тортом.

Сердце у Саши дрогнуло. На ловца и зверь бежит.

– Вот люди! Именинника давно на «Скорой» увезли, а его знакомым все нипочем. Другие бы разошлись давно, а эти пляшут.

– И ладно бы только друзья или сослуживцы пришли к дяде на праздник, но тут ведь еще и родственники имеются.

И они с официантом переглянулись.

– Это же ты забирал у дяди голубой торт?

– Ага! – подтвердил тот. – Насилу успел. В последнюю минуту куски собрал. Некоторые уже в рот себе тянули, так чуть ли не изо рта у людей пришлось отнимать. Недовольны, конечно, были. А я виноват? Мне заказчикам нужно десерт на стол выставить. А что выставлять, когда там один розовый член с розочками!

– А как получилось, что вы торты поменяли местами?

– Не знаю. Без меня торты принимали и в холодильник ставили. Отметили, какой торт в какой зал, бумажки к каждой коробке прицепили. Ваш розовый во второй зал и белый туда же. А голубой в третий. Отнес, открываю коробку, а там… Чуть со стыда не сгорел. Кто-то из ваших такое придумал?

– Ошибка произошла. В кондитерской напутали.

А про себя Саша подумал: что-то слишком много ошибок с этими тортами. В кондитерской ошибка вышла. В ресторане тоже. Что-то в этом крылось подозрительное.

Официант наставительно произнес:

– Поэтому и надо самим выпечкой заниматься. Тогда и ошибок меньше. Вот я банкет обслуживал. Сплошь приличные люди! День рождения своей бабушки отмечали. Так внучка ей тортик собственными ручками изготовила. Тот самый, голубой. И украсила тоже красиво. Жаль, что украшения гости уже не увидели. Но главное, что вкусно.

– Так ты его тоже пробовал?

– Юбилярша меня сама кусочком угостила. Хороший торт. Просто отличный. Я хоть и не сладкоежка, но бабка настаивала, неудобно было отказаться. Попробовал и не пожалел. И бисквит, и крем, все как полагается. Бисквит воздушный. Крем сливочно-нежный. Конечно, цвет немного странный, но внучка сказала, что это любимый цвет бабушки.

Саша все еще не понимал, как ему подобраться к теме своего визита, поэтому машинально произнес:

– Молодец девочка.

– Какая девочка?

– Ну эта… внучка.

– Нашел тоже девочку! Да тетке полтинник, не меньше!

– А сколько же тогда самой бабушке?

– В том-то и дело! Девяносто годков ей стукнуло. И знаешь что? Другие старухи в ее годы если и доживают, то уже совсем древние развалины или с головой не дружат. А ты бы видел эту бабку. Подтянутая, спина прямая, на голове волосы свои! Не парик, можешь мне поверить.

– Не может быть! Как же ей это удалось? Здоровый образ жизни?

– Да я бы не сказал. Бабка и выпила, и закусила плотно, и я видел, как она с мужиками внизу у ресторана курила. Просила, чтобы ей сигару дали раскурить.

– Сигару? А это в ее возрасте не вредно?

– Наверное, не вредно, коли до девяноста лет огурчиком дотянула. А все потому, что старуха всю жизнь натуральное ест, да и курит.

– Как это?

– Я так понял, что ее отец был какой-то там крупной шишкой, а жена у него была из простых. Он уже в годах был, богатый, а жену себе из деревни за красоту взял. И ее родня так была благодарна, что профессорской семье из деревни всегда домашние деликатесы слали. И просто продуктами со своего огорода тоже их полностью снабжали. Бабка в воспоминания ударилась, от нее и узнал, что никогда у них в семье ни в магазин, ни на рынок не ходили, а все у них из деревни привезенное в доме было. И сейчас у их семьи фермерское хозяйство имеется, где они сами для себя выращивают экопродукты. Табак бабке на сигары тоже сами растят. Теплицы поставили, он там у них и растет. И виноград растет. И дыни с арбузами. Ничего со стороны не покупают, все свое.

Саша слушал и никак не мог понять, зачем ему вся эта информация нужна. Какая-то неумирающая бабка. Ему-то что с этого? У него свой собственный дядя имеется, который как раз очень даже может помереть. А еще он вбил себе в голову мысль, что его хотят убить. Если так думать, то и впрямь недолго беду накликать.

Саша вздохнул и поделился версией дяди Коли о произошедшем с официантом. Другого выхода Саша не видел. Ему нужна была помощь. А для этого требовалось пробудить в свидетеле сочувствие.

К счастью, ему это удалось.

– Вот дела! – вытаращил официант глаза. – Это что же получается, твой дядя думает, что его вместо старухи отравить хотели?

– Почему?

– Торт ей предназначался.

– Ты же говоришь, что и остальные гости его ели.

– Верно. Ели. И я ел.

– И все они в порядке?

– Уходили своими ногами. Никого на «Скорой» не увозили. И я себя нормально чувствую. Устал чуток, а так норм.

– Дяде плохо стало сразу после того, как он последний кусок торта проглотил. Если яд в торте и был, то подействовал он на дядю моментально.

Официант помялся, но потом все же произнес:

– Скажу тебе откровенно, я таких, вроде твоего дяди, повидал на своем веку. Если мужик уже в возрасте позволяет себе лишнее, то у него, как правило, здоровье сбой дает. И отрава тут ни при чем. Дядя твой небось поел плотно, да не травку жевал, а налегал при этом на жирное, соленое или острое, вот внутренние органы и не выдержали такой нагрузки. Вот увидишь, врачи диагноз ему в скором времени поставят – холецистит или панкреатит. Я стольких обжор повидал, что уже сам диагноз не хуже медиков ставить могу.

Саша и сам так думал. Но все испортили слова официанта:

– А если сомневаешься, то съезди к бабке, поговори с ней насчет торта.

– Куда съезди?

– Так у них хозяйство недалеко расположено. Мы у них постоянно продукты покупаем. Минут десять,