Евгения Грановская - Невидимые силы

Ознакомительный фрагмент

— Чертовы эксы! — выругался незнакомец, опуская пистолет.

— Вы ее убили! — воскликнула Настя.

— Не уверен, — проговорил пенсионер. Затем пристально посмотрел на нее и спросил: — Кто ты такая? Отвечай.

Настя растерянно моргнула и пробормотала:

— Я студентка. Учусь в универе, на историческом.

— Имя? — потребовал пожилой.

— Настя. Настя Лаврова. А вы…

— Что ты видела? — перебил он.

— Где? — переспросила Настя.

— В переулке. Там была женщина, верно?

— Верно.

— С кем она встречалась?

— Не знаю. С каким-то лысым толстяком. Я его видела по телевизору в «Сражении экстрасенсов».

— Ты слышала, о чем они говорили?

— Говорили? Про какого-то Келлера.

— Ты уверена?

— Да. — Настя облизнула пересохшие от волнения губы. — А что?

Пожилой не ответил.

— Владимир Иванович, — окликнул его водитель, не поворачивая головы. — Нужно срочно сообщить про Келлера шефу.

— Само собой, — хмуро отозвался пожилой. — Как тебе удалось вырваться из лап полуэксов?

— Кого? — не поняла Настя.

— Тех троих ублюдков, которые отрезали тебе путь к бегству. Как ты сумела прорваться?

— Не знаю. Просто… побежала.

— Слыхал, Игорек? — иронично окликнул водителя «пенсионер». — Она «просто побежала»!

— Простое везение, — отозвался водитель.

— Простите, а кто такой Келлер? — спросила Настя. И удивилась тому, как спокойно прозвучал ее голос, она слышала этот голос как бы со стороны, словно он ей не принадлежал.

Пожилой покосился на нее и хмуро сказал:

— Самый сильный из эксов.

— Эксов? — Настя растерянно хлопнула ресницами. — А кто такие эксы?

— Неважно.

— Но вы…

— Хватит вопросов, дочка, — перебил пенсионер. — Сейчас мы расстанемся. Игорь, останови!

Водитель кивнул. Через несколько секунд машина мягко затормозила. Пожилой незнакомец повернул голову и посмотрел на Настю.

— Тут рядом метро, — сказал он.

Настя не шевельнулась.

— Ну? — незнакомец сдвинул брови. — Чего ждешь?

Настя открыла дверцу и выбралась из машины на тротуар.

— Береги себя, — сказал ей вслед незнакомец. Усмехнулся и добавил: — Дверцу-то закрой.

Настя захлопнула дверцу. «Лада» тут же сорвалась с места и, быстро набрав скорость, укатила в ночной сумрак. Настя смотрела ей вслед, пытаясь осмыслить то, что с ней только что произошло. Она вспомнила бандитов, которые пытались ее поймать, вспомнила красавицу брюнетку, которая с невероятной скоростью бежала за автомобилем… А потом — выстрелы из пистолета.

Вскинув руки, Настя закрыла ладонями лицо и пробормотала:

— Это все не по правде. Мне все это померещилось. Или… Или я заболела?

В ответ девушка ощутила что-то вроде лучика надежды. Она убрала ладони от лица и потрогала лоб. Лоб был прохладным. Никакого намека на температуру.

— Наверное, это все из-за коктейлей, — пробормотала она. — Я слишком много выпила.

Голос ее прозвучал не слишком уверенно, но даже такое объяснение было лучше, чем ничего.

Рядом взревел мотор. Настя вздрогнула и подняла взгляд. «Лада Приора» снова стояла у обочины.

— Дочка, подожди минутку, — окликнул ее, высунувшись из окна, странный «пенсионер».

— Что? — настороженно спросила Настя.

Мужчина протянул из окна руку и быстро коснулся пальцами лба Насти.

— Забыла! — громко и веско проговорил он. — Погоню, нас с Игорьком, полуэксов из переулка! Никаких странностей. Придешь домой — сразу ложись спать.

Он убрал руку, «Лада» тронулась с места и умчалась прочь. Настя потерла пальцами лоб, ощущая в мозгу странную пустоту. Потом пожала плечами и поплелась к метро. Через несколько секунд картина погони полностью стерлась из ее памяти.

Фонари ярко освещали голубоватый лед, по которому вычерчивали круги молчаливые люди на коньках, в спортивных куртках и шапочках. Картавый динамик на столбе надсадно выводил:

Белые розы, белые розы,Беззащитны шипы.Что с ними сделали злые морозы,Лед витрин голубых…

Настя скользила по ледяной глади, а впереди два подростка толкали перед собой широкую фанерную лопату, за которой оставалась полоса чистого льда.

Настя на секунду остановилась, чтобы перевести дух, и вдруг увидела под ногами что-то непонятное. С тревогой в сердце она низко наклонилась и аж вспотела от ужаса. Из-подо льда на нее смотрело женское лицо.

Оно показалось Насте знакомым, но девушка не успела вспомнить, где его видела, потому что лицо начало преображаться. Кожа на щеках женщины сморщилась и посинела, а из приоткрытого рта, превратившегося в пасть, показались четыре острых желтоватых клыка.

Чудовище в женском обличье улыбнулось Насте мерзкой улыбкой и постучало когтями в лед, как в оконное стекло, — тук-тук, тук-тук, тук-тук.

Настя хотела закричать — и проснулась…

«Это ж надо! — думала она, лежа в темноте и прислушиваясь к тому, как колотится в груди сердце. — Такой ясный сон, цветной. Аня говорила, что цветные сны видят только шизофреники. Наверное, я схожу с ума».

Обозвав себя паникершей и немного успокоившись, Настя снова закрыла глаза и постепенно задремала.

На этот раз ей приснился не менее жуткий сон. Будто внизу, на тротуаре, стоят люди, одетые в черное, и смотрят на ее окно. Сперва они стояли в полном молчании, а затем вдруг открыли рты и хором прокричали:

— Отдай то, что взяла, маленькая стерва! Отдай — или мы вырвем твое сердце!

А потом бросились к дому, прыгнули на стену и стали быстро взбираться наверх, не сводя страшных черных глаз с Настиного окна.

Проснулась Настя в восемь утра, вся мокрая от пота. В висках стучало, как после бурной вечеринки. Девушка лежала в постели, глядя в потолок и стараясь припомнить, сколько коктейлей они вчера выпили с Машкой. Судя по похмелью, много.

В конце концов Настя вспомнила один из дзенских коанов, в котором мудрый учитель отчитывает ученицу за то, что та делит реальность на явь и сон. И во сне предпочитает орудовать не ученическим мечом, а железной кочергой. «Неважно, где ты, и неважно, как выглядит мир вокруг тебя. Меч должен стать твоим якорем в бушующем море и твоей спасительной соломинкой, плавающей на поверхности глубокого омута».

Настя повернула голову и посмотрела на свой ученический бамбуковый меч. Глупо было думать, что простая деревянная палка поможет отбиться от чудовищ, поджидающих ее в царстве кошмаров. Но, как ни странно, вид меча, пусть даже бамбукового, подействовал на Настю успокаивающе.

Она вздохнула и откинула одеяло, надеясь, что холодная вода прояснит мозги и поможет справиться с похмельем.

Приняв душ и одевшись, Настя вышла на кухню. Анна сидела за столом и читала «Московский комсомолец». На столе перед ней стояла тарелка с недоеденным омлетом и чашка черного кофе.

— Как спалось? — поинтересовалась Анна, поднимая взгляд на младшую сестру.

— Нормально, — пробурчала та, взяв чашку Анны и сделав несколько глотков. Кивнула на газету: — Чего пишут?

— Посмотри сама. — Анна повернула газету к сестре. Та увидела плохо пропечатанный портрет какой-то молодой женщины, потом вслух прочла заголовок:

— «Назад в девяностые». И про что там?

Анна снова повернула газету к себе и стала читать:

— «На улицах Москвы снова, как и в 90‑е годы, становится неспокойно. Жена известного бизнесмена, главы холдинга «Литол» Олега Литовцева Наталья Литовцева была найдена сегодня утром мертвой на Большой Никитской улице. По словам следователей, ведущих дело, киллер дважды выстрелил ей в грудь из пистолета.

В настоящий момент следствие рассматривает и другие версии. Генеральный прокурор Москвы уже заявил, что берет это расследование под особый контроль.

Наша газета выражает глубокие соболезнования родственникам и друзьям погибшей».

Пока Анна читала, Настя намазала масло на кусок хлеба, запихнула его в рот и запила остатками кофе.

— Тебе на работе этой гадости не хватает? — спросила с набитым ртом. — Почитай лучше что-нибудь оптимистичное.

— Что, например? — поинтересовалась Анна, отложив газету и потянувшись за сигаретами.

— Да что угодно. Хоть «Космополитен».

Анна усмехнулась и закурила. Выпустила изо рта облачко дыма, посмотрела на Настю странным взглядом и сказала:

— Я звонила по поводу этого дела своим ребятам.

— И что? — небрежно осведомилась Настя.

— Есть свидетели. Они говорят, что видели неподалеку двух девушек. — Помедлив пару секунд, Анна продолжила: — Там неподалеку есть ночной клуб. Очень модный.

— И что? — снова спросила Настя.

Анна стряхнула пепел в бронзовый сапожок и опять взглянула на Настю.