Марина Серова - Загадка в ее глазах

Ознакомительный фрагмент

Мэр на мгновение задумался. Потом вынул сотовый телефон, нажал на кнопочку быстрого набора и ласково произнес в трубку:

— Гриша? Гриша, послушай меня внимательно!..

Продолжая разговаривать, мэр покинул номер. Ну, сейчас этот Гриша — очевидно, главный коммунальщик Тарасова — получит по полной программе. Правильно, так ему и надо! Среди бела дня сосульки падают… Но все-таки был кто-то на крыше. Все-таки был!

Глава 3

— Ну что, поговорим, наконец? — спросила я, когда дверь за мэром захлопнулась.

— Поговорим. А как же?… — Саша показал глазами на Ольгу Христофоровну.

— Ну, если вы перенесете ее в спальню, я уложу госпожу Качалину в постель. Она довольно долго проспит, и мы сможем наконец побеседовать.

Ольга Христофоровна была уложена в удобную кровать. Я сумела снять с Качалиной шубу, сапоги и пиджак, но переодевать ее в пижаму, лежавшую на подушке, не стала. Конечно, я могу и это сделать, но тогда утром Ольга Христофоровна почувствует себя исключительно неловко, что серьезно осложнит нашу дальнейшую совместную работу. Я погасила свет, вышла из спальни и осторожно прикрыла за собой дверь.

Безопасники ждали меня в гостиной. Они расселись в креслах, придвинув их к журнальному столику. На столе не было никакого спиртного — только сок и минеральная вода.

— То, что случилось сегодня, — непростительно! — резко сказала я, сразу же настраивая парней на серьезный разговор. — Госпожа Качалина наорала на меня совершенно справедливо. У нас три проблемы. Первая: я понятия не имею — что происходит?!

Я вопросительно взглянула на Сашу, но тот молчал, синие глаза были непроницаемы. Я пожала плечами и продолжила:

— Вторая проблема в том, что нас слишком много. Такой толпой охраняют звезду на рок-концерте, это годится, чтобы восторженных фанатов отгонять. Во всех остальных случаях такое количество охранников неэффективно и просто не нужно.

Я вновь сделала паузу. Если этот парень — тот, кто я думаю, он сейчас задаст вопрос…

— А третья? — спросил Саша. Остальные с интересом ждали, что я отвечу.

— А третья проблема, и самая главная, состоит в том, что вы, ребята, — непрофессионалы! Я думаю, что вы — военные. Десант. Или спецназ. Это так?

Саша молча кивнул.

— И охранной деятельностью вы занимаетесь… примерно с месяц. Верно?

Безопасники переглянулись.

— На гражданке вы давно, года четыре. С тех самых пор и служите в СБ. Прослушали курс лекций какого-нибудь отставного майора ФСБ. И прошли… скажем, двухнедельные курсы бодигардов.

— Откуда она знает?! — привстал с кресла Леша. Саша сквозь зубы бросил: «Спокойно», и тот медленно опустился в кресло, продолжая сверлить меня подозрительным взглядом.

А я безжалостно продолжала:

— Но охраной как таковой вам заниматься не приходилось. Ваша работа заключалась в наружном наблюдении, сборе информации и демонстрации физической силы на переговорах. Именно в этом качестве вы приезжали в Тарасов два года тому назад. Предлагаю забыть об этом как можно скорее.

Я опять вопросительно взглянула на Сашу. Если между нами встанут какие-то старые обиды, работать вместе не получится. Ума не приложу, что тогда делать… Но Саша молчал, глядя на меня с явной неприязнью. Хорошо, просто отлично! Это значит, что и для него работа важнее, чем какие-то личные претензии. Я сказала:

— Госпожа Качалина — ваш первый охраняемый объект. Работа охранников вам не нравится, вы не имеете необходимого опыта и чувствуете себя неуверенно. Скажем, образно говоря, чувствуете вы себя голопопыми щенками, а этого никто не любит, особенно — такие серьезные парни, как вы. Кроме того, ваша хозяйка склонна высказывать вам претензии по поводу и без, что не прибавляет вам уверенности в себе. После сегодняшнего инцидента — особенно!

— Ну, что дальше? — сквозь зубы процедил Саша.

Я улыбнулась:

— Дальше? Дальше я познакомлю вас с основами профессии бодигарда, и мы будем работать вместе, как одна команда. Дружно и счастливо проведем эте две недели, которые госпожа Качалина проведет в Тарасове, а потом она отправится домой, в Москву, и вы вместе с ней. И мы с вами больше никогда не увидимся. Идет?

И я улыбнулась еще шире. Так: как скоро этим парням надоест выпендриваться? Если мне придется улыбнуться еще разок, верхняя часть моей головы просто отвалится.

— Идет, — медленно выговорил Саша. Леша дернулся было в кресле, но Саша только глянул на него — и тот замер. Все правильно: главный принял решение, принял за всех. Они привыкли слушаться, подчиняться приказам, не раздумывая. И привыкли полагаться на Сашу: да, он — мозг этой группы.

Так, закрепим достигнутый успех! Мне не нужно, чтобы они слушались меня из-под палки и потому что старший так приказал, и, затаив дыхание, ждали момента, когда я наконец облажаюсь. Мне нужно, чтобы все они стали моими союзниками.

— Слушайте, парни, я вас очень уважаю! В своей области вы, само собой, — профессионалы. Вы отличные ребята, тренированные бойцы, но несмотря на то что выглядите вы как агенты ФБР, вы — не телохранители. Не надо думать, что вот сидит перед вами какая-то баба и учит вас жизни! Я всего лишь хочу, чтобы Ольга Христофоровна покинула Тарасов живой и здоровой. Думаю, и вы хотите того же. Ну? Работаем или продолжаем мериться крутизной?

Ответ был очевиден.

…Вернулся Паша, сопровождавший в больницу Галку. Он сообщил, что с телохранителем Качалиной все будет в порядке. Но женщина потеряла довольно много крови, и несколько дней ее подержат в больнице.

Остаток вечера прошел крайне продуктивно. Достав ноутбук, я познакомила парней с особенностями города. Пока нас интересовал только центр, но кто знает, что придет в голову госпоже Качалиной! Ведь она приехала в Тарасов с какой-то своей целью, о которой никто из нас не имел ни малейшего представления.

Саша разбил свою команду на группы, по два человека в каждой. В личной охране решено было оставить двоих — Мишу и парнишку с нерифмующимся, в отличие от остальных, именем Сережа. Он приглянулся мне тем, что был моложе остальных, следовательно, усвоил меньше стереотипов своей профессии. Глаза у него были смышленые, и он довольно быстро обучался. Миша был медлительнее, зато владел восточными единоборствами. С этой парой я собиралась поработать отдельно. Поскольку парни были хорошо подготовлены, проблемы вряд ли возникнут.

Леша и Паша должны были вести наружное наблюдение, не приближаясь к объекту. Кроме того, на них лежала обязанность проверять все места, где должна была появиться Качалина — будь то кладбище или мэрия, неважно.

Саша и Гоша отвечали за стратегию. Саша как старший группы должен был узнавать о планах Качалиной и в зависимости от этого давать распоряжения остальным. Вообще, деятельность группы нужно было тщательно планировать, а не полагаться на русский авось, как сегодня. Это значило, что следовало привлечь на свою сторону саму госпожу Качалину. В моей работе часто бывает так, что главный враг клиента — это, как ни смешно, он сам — точнее, его самонадеянность, бравада, неумение просчитывать ситуацию и тому подобные «милые» вещи, которые порою, несмотря на все усилия телохранителя, приводят к печальным последствиям.

Я надеялась, что после сегодняшнего случая госпожа Качалина осознала всю серьезность происходящего. Вместе с Сашей я составила примерный план по охранным мероприятиям на весь период пребывания столичной гостьи на ее исторической родине. План обладал добрым десятком достоинств и всего лишь одним недостатком. Недостаток был такой: уже рано утром весь мой план полетел в тартарары.

На ночлег я устроилась в гостиной, отправив ребят в их номер. Двери в гостинице надежные, киллеры, влетающие в окно на «тарзанке», бывают только в голливудских боевиках, так что ночь вполне можно было использовать для отдыха.

Поэтому я оказалась первой, кто вызвал на себя гнев отлично выспавшейся госпожи политика. Хотя к тому времени я уже успела встать и умыться и находилась, так сказать, в полной боевой готовности. Правда, я не стояла по стойке «смирно», а сидела в кресле, но тем не менее обвинить меня вроде бы было не в чем. О, как я ошиблась!

С превосходно уложенными волосами, со свежим розовым лицом, в элегантном брючном костюме, стояла надо мною Ольга Христофоровна, брезгливо морщась и приговаривая:

— Что вы себе позволяете?! Номер для персонала находится напротив! Почему вы ночевали… здесь, в моем номере?!

По своим привычкам я — типичная «сова». Мое любимое времяпрепровождение — просмотр фильмов далеко за полночь, а потом здоровый сон примерно до полудня. Утро для меня — время испытаний. Но я вчера полночи распиналась на темы профессионализма и потому решила продемонстрировать его — свой профессионализм — прямо с утра.