Секреты под кофейной пенкой - Джей Эм Холл

сделанными номерами заехала на парковку школы Святого Варнавы академии Лоудстоун и остановилась с краю, так, чтобы ее не было видно ни с дороги, ни на камерах слежения. Из нее вышла Кейли Бриттен, осмотрелась, будто боялась, что ее увидят. Брендовый костюм сменили джинсы, свитер и ботинки (джинсы «Армани», свитер из кашемира и ботинки «Прада»). За ней сразу появился Стив Ньюсон с картонными коробками в руках.

Они зашли в здание. Кейли потянулась отключить сигнализацию – но она и не была включена.

– Кто-то прозевал, – сказал Стив.

– Я включу компьютер, – бросила Кейли, – и разберу вещи в кабинете. Не хочу быть здесь дольше необходимого.

– А я пока залезу в отчеты, – сказал он, – замету следы.

Она нажала кнопку на компьютере (нетерпеливо сдирая многочисленные стикеры с экрана), а потом пошла в кабинет. Стив шел за ней с коробками.

Кейли открыла дверь и с ужасом заметила Тельму, сидящую в ее кресле за столом. Заговорил Стив:

– Что вы здесь делаете? – Он повернулся к Кейли. – Это та бабка, про которую я тебе говорил! Которая приперлась к тебе домой.

– Стив. – В голосе Кейли прозвучала нотка властности, и, как дрессированный питбуль, он послушался.

– Терри Медоус меня впустил, – сказала Тельма конкретно Кейли, даже не посмотрев на Стива. – Простите, что вот так заявилась, но мне необходимо с вами поговорить.

Она встала, отложила выпуск «Йоркшир пост», который прочитала от первой до последней буквы за два часа, что прождала их в кабинете. Его почти привели в порядок. Мебель вся стояла на месте, но содрали ковролин, под которым прятались затертые деревянные полы в викторианском стиле. Красные надписи покрывал толстый слой свежей шпаклевки.

– Она ничего не будет тебе говорить, – сказал Стив мерзким тоном.

– Стив, – сказала Кейли, – иди подожди за дверью.

Он не был рад это услышать, но повернулся и ушел.

– Я рядом, если потребуюсь, – сказал Стив, угрожающе зыркая на Тельму.

Когда он ушел, Кейли холодно улыбнулась.

– Я так понимаю, со Стивом вы уже знакомы.

– Да, – сказала Тельма.

– Зачем вам потребовалось за моей спиной вести беседы с моим мужем, я пока не понимаю.

Тельма молчала.

– Я присяду, если вы не против. – Вопрос был задан мастерски, смешливо. Из-за него весь последующий разговор будто получил ироничные кавычки. Кейли уселась за стол и изучающе посмотрела на Тельму. – Все так загадочно. И чем обязана такой чести? – Тельма открыла рот, но Кейли ее перебила: – Хотя, наверное, я сама могу ответить на этот вопрос. Хотя бы отчасти. – Она замолчала, видимо, формулируя мысль. – Вчера вечером мне позвонил Крис Канн. Неприятный был звонок, испортил мне субботний вечер с бокалом вина. – Снова попытки отшутиться. – У него была пара вопросов, один из них касался школьных бухгалтерских отчетов. Вам что-нибудь об этом известно?

Кейли замолчала, не сводя с Тельмы взгляда. Та все молчала.

– Молчание значит «да»? Я так понимаю, ваша подруга снова нелегально заглядывала в отчеты школы. – Она бросила на Тельму мрачный взгляд, а потом вдруг расплылась в улыбке. – Но знаете что? Вы могли просто попросить! Мне совершенно нечего прятать. Тельма! Я была бы готова обсудить все, что вас беспокоило. – Голос все еще был спокойный, хотя явно напряженный. Человек менее проницательный, чем Тельма, наверное, купился бы.

– У него было несколько вопросов, вы сказали? – начала Тельма.

– Вот оно! – Голос у Кейли был довольный, но уставший. – Дошли до главного. Будем копаться в грязи. – Она покачала головой. – Ведь за этим вы и пришли?

– Зависит от того, о чем вы говорите, – ответила Тельма.

Улыбка исчезла с лица Кейли.

– О моем прошлом. О том, за что меня судили. Мне непонятно, зачем вы полезли в мое грязное белье. – Серые глаза стали очень холодными. – О забытом и пережитом.

– Ну, совет академии вряд ли сможет это забыть, – сказала Тельма.

Кейли грустно покачала головой.

– Знаете, Тельма. Я ведь и правда думала, что мы с вами друзья.

Тельма ее проигнорировала. Она знала, что подобные фразы редко имеют что-то общее с дружбой и гораздо чаще с манипуляцией.

– У меня действительно был разговор с Крисом Канном, – сказала Тельма после короткого молчания. – И я рассказала ему про Лю Карна. А до этого я поговорила с самим Лю, чтобы удостовериться.

Это Кейли очень удивило. Лицо ее оцепенело. Когда она заговорила, голос хрипел от шока:

– Скажите, какое к вам это имеет отношение? – Тельма ничего не сказала, но Кейли не дала ей и шанса. – Суд признал меня невиновной. Я ничего не сделала. А Крису Канну я скажу, что в понедельник утром мы увидимся. И я буду со своим юридическим представителем. – Она подняла на Тельму взгляд. – Нет, я все же скажу… Не хотела, потому что очень вас уважаю, но… Но вы засунули свой нос в наши дела, дела, которые вас никак не касались… Зачем? Не можете отпустить прежнее место работы? Грустно, даже не грустно, а убого. – Кейли встала и покачала головой. – Наш разговор закончен. Уходите, пожалуйста.

– Прежде чем вы позовете мистера Ньюсона, – начала Тельма, – хочу сказать вам две вещи. – Голос у нее был тихий и тяжелый. Кейли, сама того не осознавая, села обратно. – Во-первых, в школу я вернулась, потому что вы попросили меня стать членом комитета. Во-вторых, я здесь не из-за Лю Карна, а из-за того, что вы сделали, чтобы никто не узнал о вашем прошлом.

Кейли какое-то время просто смотрела на нее, а потом процедила:

– Продолжайте. – Тон у нее был уставший, будто что́ бы Тельма ни сказала, это не будет стоить потраченного на нее времени.

– С самого начала четверти целый ряд сотрудников этой школы получили анонимные письма.

– Это началось еще на летней ярмарке, – резко прервала ее Кейли. – И три из них были предназначены для меня, пусть и не все дошли.

– Письма эти вызвали целую волну огорчений, – продолжала Тельма. – Сэм Боукер даже попытался лишить себя жизни.

– Думаете, я не знаю? – сказала Кейли с невероятной болью в голосе. – Тельма, у меня сердце разбилось, когда я про него узнала!

– Тут я вам верю.

– Тогда к чему вы ведете?

– К тому, что письма эти слали вы.

Повисло молчание. Лицо Кейли осунулось, и Тельма вспомнила вечер после летней ярмарки.

– Это просто смешно. Думаете, я отправила Сэму письмо?

– Сэму, Джен, Бекки – всем, кроме Нэтали Берримен. Это письмо, как вы и сами догадались, отправила Клэр Доннелли.

– Первое письмо – для меня – было спрятано в лотерейных призах. Линда Барли подтвердит, что меня и рядом с ними не было. – Голос Кейли кипел от