Тайная академия слуг - Ким Иын

– Что? Сотрудник? Пэк… Как, говоришь?

– Пэк Дохён.

Старики кивнули и снова вернулись к своим стопкам с соджу. Но тут один из них хлопнул себя по колену.

– Пэк? Фамилия такая же, как у главы компании, а?

Он прищурился и внимательно посмотрел на Дохёна. Не было похоже, что на этом холеном лице отпечатались трудности работы в большом бизнесе.

– Да, верно.

Старики с радостью приветствовали Пэк Дохёна. Как же, сын самого главы!

– Уважаемые, надеюсь на вашу поддержку в будущем!

Пэк Дохён, присев на колени, налил каждому из стариков по стопке соджу. И, получив в свою очередь стопку из их рук, выпил все до дна и принялся распевать с ними песни. О Чон Гымхи все вдруг сразу позабыли.

– Что ты здесь делаешь? – прошептала Гымхи, стараясь говорить как можно тише.

– Да вот приехал посерфить… Услышал, что вы здесь, и решил заодно проведать, – улыбнулся Пэк Дохён.

– Зимой? Ты приехал сюда, чтобы посерфить зимой? – Чон Гымхи была недовольна внезапным появлением и нарочитым поведением Пэк Дохёна.

– Мама, ну что вы… Разве серферы боятся зимнего ветра? Наоборот, наслаждаются им. – Пэк Дохён начал аплодировать продолжавшим распевать песни старикам и подергивать плечами под их завывания.

Что он задумал? Этот парень всегда был скрытным, все делал осторожно, аккуратно прощупывая почву. А теперь он вел себя уверенно, будто… будто у него в рукаве был туз. Но он не спешил выложить его на стол – наоборот, тянул время и, видимо, наслаждался созданной им напряженной атмосферой. Старики тем временем обнялись за плечи, продолжая петь.

– Уважаемые, я к вам буду часто наведываться! Вы – наша главная поддержка в строительстве курорта!

– Конечно, конечно. Какой приятный вежливый молодой человек, – наперебой отвечали ему старики. Каждому хотелось вставить хоть слово. Правда, когда курорт будет достроен, им с этого ничего не достанется, но в этот момент сам сын председателя удостоил их своим вниманием, наливал им соджу и пел с ними песни – конечно, это не могло им не польстить. Будет что потом всем рассказать.

Пэк Дохён не забыл и щедро одарить стариков – он раздал им заранее приготовленные конверты с деньгами. И Чон Гымхи, и Пэк Дохён выпили не меньше бутылки соджу за это застолье.

Выйдя из ресторана, мать и сын сели каждый в свою машину, в которой их уже ждали личные водители, и отправились обратно в Сеул. В машине Чон Гымхи все время думала о Пэк Дохёне.

Вернувшись домой, она сразу же поправила макияж, уложила волосы и переоделась. На ней было черное платье от «Феррагамо», которое Гымхи подготовила заранее. Она должна была быть элегантной, но не слишком, и создавать ощущение значительности и утонченности.

Красное от соджу лицо было аккуратно скрыто под макияжем, а на шее сверкало колье с бриллиантом, подаренное Пэк Сончхолем в честь успешной сделки по покупке земельного участка в Янъяне. В руке Чон Гымхи держала сумочку-клатч. В последний раз окинула взглядом себя в зеркале – и поспешно вышла из дома. Ее образ прекрасно соответствовал статусу жены крупного бизнесмена.

Чон Гымхи вечно была в делах и умудрялась совмещать сразу несколько образов. Отправившаяся с утра в Янъян и распевавшая там песни со стариками и выходившая в свет в вечерном наряде – это были как будто две разные женщины.

Банкетный зал роскошного отеля был ярким и многолюдным; потолки уходили далеко ввысь. Это было торжество в честь назначения Чон Гымхи председателем фонда, а также первое благотворительное мероприятие, организованное фондом.

После того как Чон Гымхи заключила сделку по покупке земельного участка в Янъяне, Пэк Сончхоль во время очередного семейного ужина, передавая ей подарок – колье, объявил о ее назначении. Дети еще слишком молоды и неопытны – пускай это место отойдет ей, так будет лучше.

Никто не осмелился ему возразить. К тому же Гымхи снова доказала свои способности, заключив сделку; конечно, в его глазах она еще больше возвысилась, дети же отошли на второй план.

Сончхоль считал, что группа еще не достигла пика своего развития. Чтобы развить и укрепить компанию, Чон Гымхи была необходима. Пэк Сончхоль был уверен, что ее профессиональные качества ничем не уступают тем, что были у него самого в молодости.

Все поздравляли Чон Гымхи. Она начинала как секретарь бывшей жены – и вот дошла до такой важной позиции… За улыбками людей скрывались разные чувства: зависть, злоба, иногда реальное уважение, а также презрение со стороны тех, кто обладал статусом по рождению. «Какая-то секретарша не только заняла место жены, но и еще пытается пробиться в бизнесе, а теперь еще и стала председателем фонда» – так, должно быть, думали они про себя. Теперь уж лучше дважды подумать, прежде чем приводить такую в дом…

Люди, находящиеся на высоком уровне, делят мир на чужих и своих, не собираясь пускать никого в свой мирок. «Уровень от такого падает», – шепчутся они между собой. Так старая элита смотрит на новых, недавно поднявшихся магнатов. Молниеносные миллионеры. Они непрочно стоят на ногах – все их состояние может легко обрушиться от одного дуновения ветра: у них нет истории, нет глубоких корней. Пэк Сончхоль тоже это прекрасно понимал. Это было одной из причин, почему он хотел развивать компанию и почему спешил выдать Пэк Дохи замуж.

– Мама, поздравляю! Но вы же потом как-нибудь передадите его мне, правда? – К ней подошла Пэк Дохи, всем своим видом излучая радость и восхищение. Даже во время поздравления она не смогла удержаться… Чон Гымхи улыбнулась.

– Да, сейчас, поскольку такова была воля вашего отца, ничего не поделаешь, но потом, когда минуют первые сложные годы становления фонда, я передам его тебе.

Пэк Дохи вдруг стала покладистой – и на то было несколько причин. Во-первых, решение Пэк Сончхоля нельзя было оспорить. Она знала, что, скажи что-то поперек его слова, это явно будет ей же во вред. Во-вторых, девушка была в хорошем настроении, потому что торговый центр процветал. Конечно, это стало возможно только благодаря поддержке и помощи Чон Гымхи. К тому же она пообещала передать ей и фонд…

Чон Гымхи не стремилась возвыситься за счет унижения и подавления других. Наоборот, она хотела обратить всех в лояльных соратников. Нужно было во что бы то ни стало привлечь на свою сторону брата и сестру. Они стали ее семьей, а она для них – женой и матерью. Гымхи искренне верила в это свое предназначение.

– Мама, спасибо, что помогаете, мне правда приятно, – сказала Пэк